Ст. лейтенант (Часть 1) Назад в СССР. Книга 10 - Максим Гаусс

все ещё лежал на полу. Списывать его со счетов нельзя, слишком опасный человек, несмотря на ранение.

Я снова постучал по крыше кабины.

— Антон, потихоньку сбавляй скорость! Наблюдай в зеркала, как только они приблизятся на расстояние менее пятидесяти метров, резко бери влево.

— Но там же камни! — Окунев увидел, как по левой стороне, вдоль нашего маршрута и впрямь валялись разнокалиберные камни и даже небольшие валуны.

— Вдоль них!

— Понял!

А я вновь схватился за пулемет.

Выждал минуту, затем саданул очередью по пикапу. Пули застучали про металлу, посыпались искры. Снова тот начал отставать, но уже через несколько секунд резко ускорился. Пристроился у нас с правого борта, метрах в двадцати. Пулемет ДШК был направлен точно на кузов. Само собой они пока не стреляли.

— Хрен вам! — короткой очередью я дал по корпусу. Пулемётчик в ужасе отшатнулся, а водитель резко крутанул руль — машина шарахнулась в сторону.

Окунев тоже вильнул. С правого борта приближался ГАЗ-66. Я перекинул пулемет на ту сторону, дал очередь по передним колесам. Пикап верткий, быстрый. По нему сложнее попасть, а тяжёлый грузовик вот он — даже несмотря на лютую качку, я попал с первого раза.

Как и на КамАЗе, у «Шишиги» тоже имелась система централизованного регулирования давления в шинах, но попроще. Однако очередь из ПКМ это серьезный аргумент.

ГАЗ-66 резко сбавил ход и вильнул влево. То ли он на камень налетел, то ли яму словил — машина резко накренилась и в лучших традициях американских боевиков — перевернулась, упав на бок. Боевики полетели из кузова, словно мешки с картошкой по дороге…

Минус один. Есть.

Я тут же перекинул пулемет обратно, но не дотянулся. Тут наконец-то среагировал Антон, резко свернув левее, отчего нас занесло.

Не удержавшись, по инерции я полетел в ту же сторону больно ударился спиной о борт. Не удержал пулемёт — тот упал куда-то под ноги.

И тут на меня навалился Том. Он уже освободился от веревки — вот сукин сын, а?!

— Вам не уйти! — зашипел он, пытаясь добраться до моего горла.

Оттеснив его коленом, я с силой оттолкнул его в сторону. Американец ударился головой, но тут же схватил большой разводной ключ и рыча словно зверь, вновь навалился на меня.

Внедорожник завихлял, пошел зигзагом. Скорость движения упала ещё больше — сыпучий грунт ухудшал и без того дерьмовую атмосферу.

— Что там у тебя? — крикнул Окунев, заметив, что я перестал отстреливаться от преследующего нас противника. Завертел головой по сторонам.

Ответить я не смог.

Уклонившись от удара ключом, я изловчился и выбил его из рук противника, а сам выхватил нож. Дважды полоснул им по рукам и пальцам Тома — тот взвыл от боли. Брызнула кровь.

Новый толчок. Американец повалился на меня. Ловким ударом кулака в ухо, я успокоил противника.

В этот момент другой пикап с силой врезался нам в заднюю часть кузова, отчего я едва не размозжил себе голову о бортовую штангу. Раздался жуткий скрип и лязганье металла.

Я отчётливо разглядел, что на пассажирском сидении внедорожника сидел один из американцев.

Он как раз высунул руку в окно — в ней была зажата рукоять пистолета.

— Влево! — рявкнул я.

Окунев бросил машину влево, отчего второй пикап пронесся вперёд. Мы ушли с линии огня, но надолго ли?

Схватив пулемет, я тут же открыл огонь, разом накрыв огнем пулемётчика и второго боевика, что сидел в кузове. Вероятно, досталось и водителю.

Хотел добавить еще очередь, чтобы окончательно вывести их транспорт из строя, но закончились патроны…

Схватив металлическую канистру с топливом, я что было сил швырнул ее в сторону пикапа. Тут же выхватил пистолет и трижды выстрелил по ней. Рвануло.

Искра от срикошетившей металлической поверхности подожгла топливо. Грохнуло не сильно, но внедорожник объяло пламя…

Оставался последний ГАЗ-66, вот только обороняться теперь точно было нечем. В моем пистолете оставалось всего три патрона! Этим грузовик не остановить.

Вероятно ЦРУ-шник, что сидел внутри, принял решение ликвидировать нас, вместе со своим соотечественником.

Грузовик, ревя двигателем и быстро набирая скорость, летел прямо на нас.

Удар получился сильным — я едва удержался. Антон потерял управление и мы во что-то влетели…

Транспорт развернуло вдоль своей оси, водитель оказался впереди, точно напротив передней части ГАЗ-66.

Американец выхватил пистолет и открыл огонь по Окуневу… Тут сложно было промахнуться!

Бах! Бах!

Бах!

Больше мы никуда не поехали. Откинув в сторону Тома, я спрыгнул на землю. Прямо на ходу стрелял по кабине грузовика. Все три пули попали, но куда и в кого, разобрать было почти невозможно…

Едва не споткнувшись, я шустро, зигзагом бросился к «Шишиге». Раздался одиночный выстрел — песок под моими ногами взметнулся фонтанчиком. Второй выстрел — пуля попала мне в предплечье.

Вскрикнул. Ерунда, зацепило мягкие ткани — пуля прошла навылет. По руке потекла теплая кровь.

Я уже у машины, вовремя ушел с линии огня.

Из кузова грузовика, с хорошо узнаваемой М-16 в руках, что-то гневно выкрикивая, спрыгнул араб, но воспользоваться своим оружием не успел.

Размахнувшись, я швырнул уже бесполезный пистолет, попав ему точно в голову. Противник охнул, упал там же, где и стоял. Выхватив винтовку из его рук, я направил ее на владельца и дважды выстрелил — готов. Показался второй боевик.

Я неловко закатился под машину. Из кабины спрыгнул американец, тоже раненый, судя по всему. С пистолетом.

Заметив меня, он вскинул руку.

Я оказался быстрее.

Выстрел. Выстрел.

Отшатнувшись, он упал на спину. Показались ноги противника.

Замешкавшись, я хотел выбраться с другой стороны ГАЗ-66, но тут, всего в двух метрах от меня упала граната… Вот черт, кажется, через это я уже проходил!

Резко откатившись в сторону, я рывком оказался за колесом. Бабахнуло. Во все стороны полетел песок.

У меня была ранена конечность, да и сам я весь в царапинах и ссадинах. Но, кажется, все… Тишина!

Противника больше нет? А кто же бросил гранату?

Глава 20. Разбор полетов

С обратной стороны «Шишиги» лежал раненый боевик. Заметил я его не сразу.

Разорвавшаяся граната, предназначенная мне, осколками случайно зацепила его… Кто-то из числа противника поторопился, а кто-то недоглядел. Несогласованность действий в разношерстом формировании — это нормальное явление. Особенно, если взять в расчет, что представители ЦРУ почти никогда не считают жизней тех, кто им помогает.

Проверено временем.

Оказалось, что сириец ещё был жив, но судя по его