Турнир зрячих - Оливер Митчел

рукой подать. Сшибка, и принц летит наземь, выбитый из седла точным ударом копья в грудь. Кираса выдержала, это он понял спустя пару секунд после приземления. А может, и минут. Трудно сказать, когда голова кружится, как юла, а в уши настойчиво лезет коктейль из многоголосых воплей сражающихся, раненых и умирающих. Ещё с минуту ушло на то, чтобы хоть как-то приподнять закованное в металл тело. Опёршись на локоть, Дарин с трудом перевалился на бок. Ему бы лежать тихонько, притворившись мёртвым, и в ином состоянии принц бы так и поступил, но сейчас он почти ничего не соображал и действовал больше по инерции, чем осознанно. Осмотрелся. Всадники уже успели разъехаться и сойтись по второму разу, началась рубка. Несколько одиноких коней бродили по полю. Их силуэты чётко обрисовывал призрачный лунный свет. Лучники? Бегут прочь, огибая лагерь. Но почему? Переведя взгляд на прибрежную полосу земли, он увидел причину. Имперские маги всё же добрались до берега, растерев первые ряды простой солдатни в порошок. Теперь они шли вперёд, разбившись на пары, и, подобно варварским богам войны, сеяли перед собой смерть. Вражеские чародеи проморгали этот момент, увлёкшись попытками расправиться с отвлекающим отрядом, да и сил они уже потратили изрядно. В результате, рядовые меладрийцы, оставшиеся без прикрытия, смешались, и началось паническое бегство. Недаром ардраг назначил высадку на поздний вечер. В темноте, сначала командование врага, а потом и простые солдаты, неверно оценили ситуацию, и теперь поле боя оставалось за имперцами, которых всё ещё можно было смять, задавить числом, только сделать это было некому. Паническое бегство стало повальным, разумные даже не пытались укрыться в лагере, напротив, покидали его, давя и расталкивая друг друга. Некоторое время принц наблюдал за этим завораживающим зрелищем, постепенно приходя в себя, а после с трудом встал на ноги и, бросив взгляд на противоположный берег, скрипнул зубами. Там во всю разгорались огромные костры, охватившие множество палаток. Разобрать что-либо с такого расстояния, да ещё ночью, было затруднительно, да и зачем? И так всё понятно. Королевские всадники добрались до лагеря, и имперцам резко стало не до высадки. Учитывая, что на воде больше не было ни одного огонька, нетрудно представить, какую сумятицу внесли в чёткий план главнокомандующего меладрийцы. И какие потери сейчас несёт Пятая армия. Потери, которых легко можно было бы избежать, не согласись отец с идиотским планом сестрицы. Что мешало без лишней спешки сосредоточить в Тигарино больше войск, и раздавить Нитхарда, как клопа?!

Подавив рвущееся из горла рычание, Дарин отвернулся от безрадостной картины и побрёл к ближайшему коню, спокойно пощипывающему травку.

* * *

Принц раздражённо мерил шагами палатку, борясь с желанием что-нибудь расколотить. Например, лампу, освещавшую скудное убранство его временного жилища. Наконец, он раздражённо хрустнул шеей и, сделав знак Вирдену, вышел наружу, прямо под дождь. Мало им было проблем, так ещё и погода испортилась. Земля в проходах между шатрами уже успела превратиться в липкое месиво, а в некоторые лужи можно было провалиться по щиколотку. Не обращая на это внимания, Дарин быстрым шагом направился в другой конец отбитого у меладрийцев лагеря. Пока что полупустого, большая часть имперцев всё ещё оставалась на том берегу. Навстречу им с телохранителем попалось лишь несколько ординарцев, спешащих с какими-то поручениями. Рядом с лазаретом не было ни души. Маги уже сделали своё дело, подняв на ноги всех пострадавших в бою и при переправе, кроме самых тяжёлых. К ним Дарин и направлялся. Войдя в одну из палаток, он тут же почувствовал запах перегара. Энергии у чародеев на всё не хватило, необходимую помощь они оказали, а обезболивание предоставили креплёному вину.

– А, командир! – бодро воскликнул Тейнор, не делая, впрочем, попыток встать с топчана. – Пришёл нас проведать?

Кроме сержанта внутри находилось ещё двое раненых, из тех, кому давно уже полагалось быть на том свете, потому, что с такими ранами долго не живут. Тому же Тейну одним ударом раздробили плечевой сустав, а другим рассекли череп, так что бедолага упал с коня, провалившись в предсмертное забытьё.

– Пришёл. Как дела?

– Бывало и получше, – хмыкнул Тейнор, но тут же спохватился. – А с Жаном что?

– Живой.

Живой – это мягко сказано. Рыжий умудрился попасть в пятёрку счастливчиков, вышедших из боя без единой царапины. Остальным воинам тридцать третьей конной сотни повезло куда меньше. Из людей Гастона выжило всего тридцать семь, а от гвардейцев вообще остался жалкий десяток. Мэтр Ласло погиб при отступлении, и не он один.

– Слава богам! А неплохо мы надавали меладрийцам по шее! Небось их королёк сейчас драпает, теряя штаны.

Неплохо, как же! Из двухсот семидесяти тысяч имперских солдат, ставших лагерем у реки, от лихой атаки королевских кавалеристов пали как минимум двенадцать. Сколько раненых ещё испустят дух, одним богам известно. При переправе и на отвлекающем манёвре погибло семьдесят мэтров. В основном магов третьей ступени, но были среди них и магистры. Что до потерь врага, они составляли до тысячи всадников на восточном берегу и до трёх тысяч на западном, включая жалкую горстку колдунов, уничтоженных их отрядом по дороге сюда. Из плюсов – разве что брошенный с потрохами лагерь, наиболее ценным содержимым которого можно было считать кое-какие запасы провизии. Ну, и возможность беспрепятственно форсировать реку, что, в свете понесённых потерь, по мнению принца было ужасной идеей. Он был практически полностью уверен в том, что оставшихся чародеев не хватит, чтобы взять столицу. Даже с учётом наличия у имперцев двух архимагов, магические потенциалы противников были примерно равны. А теперь… Но ардраг и слышать ничего не хотел. Его окрылили успех и гордость за себя, как автора гениального отвлекающего манёвра. Действительно, битва на реке Ом продемонстрировала всю силу тактического гения лен Гарда, и он принимал от своих офицеров заслуженные поздравления, параллельно готовя Пятую армию к полноценной переправе через реку. Прикрытие тыла должны были обеспечить опять же мэтры. Поскольку в конной группировке противника чародеев практически не было, этот план также имел все шансы на успех. Дарин ещё во время службы на пограничной заставе усвоил, что маги являются основным инструментом ведения военных действий, но только теперь, во время кампании, увидел насколько они на самом деле важны. Ему, к слову, тоже досталась порция лести, восторженных возгласов и искренних поздравлений. Отныне принц в глазах рядовых солдат и их командиров был героем, достойным представителем рода Эст, славного как мудрыми правителями, так и отважными воинами, а это дорогого стоило.

От размышлений его отвлекло тихое