Война - Алексей Рудаков

— Бред!

— Таков закон, Капитан. — подтвердил Грей: — Ты же не хочешь отвечать, если мы траванёмся?

— Эй. Это мой корабль. Какие нафиг Уставы? Тут правила определяю я!

— Уже нет, — Жанна с деланным сожалением развела руками: — Экипаж больше трёх, и вы автоматически становитесь уже не вольным пилотом, а Капитаном.

— Так я и так — капитан этого корыта!

— С этим никто и не спорит, Капитан. Но теперь вы отвечаете за нас всех. И за здоровье вашего экипажа — в том числе.

Я тоскливо посмотрел на неё. И зачем мне всё это? Летал себе один, никаких забот. Даже когда на борту был Александар, Ариша и Бродяжка — подобных вопросов не возникало.

— Вот вам, для утешения, — она протянула мне тарелку с ещё одним кусочком пирога, не забыв выдать по такой же порции и остальным: — Но, с завтрашнего дня, я для всех разработаю диеты. Образ жизни у нас тут малоподвижный, значит будем компенсировать питанием.

— Продам. Продам корабль к чёрту! Вот вернёмся — и сразу продам. — меланхолично сообщил я всем присутствующим, доедая полученный кусочек пирога.

— Ваше право, капитан. — подтвердила она: — Но я всё же надеюсь, что вы — к концу полёта, измените своё решение. Мы будем над вами работать, да, экипаж?

Экипаж, в составе Грея и Клёна промычал что-то неразборчивое, но однозначно одобрительное к её словам.

Я уж было хотел возмутиться, но тут дверь кают-компании распахнулась и в помещение ворвался Сэймор.

— Все за мной! — он крутанулся на месте и скрылся за дверью, оставив её распахнутой. Мы озадаченно переглянулись.

В проёме появилась его голова: — Чего сидим, пойдёмте!

— Куда, Сэймор, и зачем? — вставая поинтересовался я.

— Во вторую лабораторию, куда же ещё?!

— У меня на борту есть вторая лаборатория?

— Теперь есть! Да пойдём те же! Сами всё увидите! Это…это надо видеть! Исторический момент! Мы войдём в историю! — он, стоя в коридоре аж подпрыгивал от нетерпения.

— Ну, что, экипаж… — я поочерёдно посмотрел на всех, задержав взгляд на Жанне: — Пойдёмте, что ли. Всё одно сладкого больше не дадут. Или дадут?

— Не-а. До ужина потерпите, — она отрицательно покачала головой, и мы направились из кают-компании.

Уже подойдя к лестнице, ведущей на нижние, трюмные уровни корабля, я понял, чего мне не хватало всё это время и обернулся к Сергею:

— Слушая, Клён. А пистолет мой где?

— Пистолет? — переспросил он, не скрывая своего удивления.

— Зачем вам пистолет? — тут же навострил уши Сэймор: — Вам он не потребуется. Это наука, а не ваши… Ваши… — отчаявшись подобрать подходящие слова он неопределённо покрутил в воздухе ладонью и начал быстро спускаться на нижнюю палубу.

— Да, Клён. Мой пистолет. Он в кобуре был, на скафандре.

— Когда я вас сюда тащит, — он мотнул головой назад, имея в виду кают-компанию: — Ни кобуры, ни пистолета при вас не было. Обрывки ремней, сожжённые были.

Ясно. Наверное, тот импульс, то излучение, что сожгло мою ногу заодно и пережёг ремни портупеи — у меня она была из натуральной кожи. Ногу хоть немного, но скафандр защитил, а вот стволу не повезло. Чёрт! Это уже становится какой-то традицией — терять пистолеты так регулярно.

— Кстати об оружии, — меня догнал и слегка придержал за плечо Грей: — Я ж безо всего остался, — он виновато развёл руками: — В нашем отсеке всё сгорело, а то, что у меня с собой было — пистолет, я, как и ты, потерял. Надо будет по прибытии закупиться.

— Вы меня разорите!

— Да мне не много надо, правда. — он виновато посмотрел на меня: — Ну там карабинов пару, снайперку, гранат ящик. Два, — поправил себя он: — Наступательных и оборонительных. Мин тоже надо. Броню новую. Ну и пистолетов тоже.

— Карабин один дам прямо сейчас, — я кивнул на оружейный ящик, расположенный напротив лестницы. По Уставу тут, в случае абордажа, распологался один из ключевых постов обороны корабля, перекрывая собой проход с нижних уровней в главный коридор.

В ящике, зажатый скобами, покоился, покрытый приличным слоем пыли, стандартный пулевой карабин.

— Ну ты его и запустил… — старшина вытащил ствол из держателей и чихнул от поднятого этим движением облачка пыли.

— А мне пистолет можно, капитан? — рядом нарисовалась Жанна: — Я, в одном журнале, такой симпатичный пистолетик видела. Он весь блестящий такой, на ручке накладки перламутровые, а кобура отделана под золото…

— Жанна, — я вздохнул: — Роль легкомысленной дурочки вам не идёт. Зачем вы это?

— Так проще, — призналась она.

— Хорошо, — я подавил вздох: — Купим оружие. Вы с ним, — я кивнул на Грея: — Определитесь, что вам из оружия надо, хотя вот хоть убейте — не понимаю, зачем повару пистолет? Тараканов на кухне отстреливать? Так их нет.

— Ещё немного и завелись бы! — парировала она: — И, раз уж зашёл разговор об оснащении. Мед отсек надо переоборудовать. У вас там стандартный набор стоит.

— Угу, — кивнул я: — Мне и он не нужен был.

— Надо заменить.

— Зачем?!

— Нога как?

— Не болит. Практически не болит, зудит немного.

— А вот с подходящим оборудованием, я бы вас в десять минут на ноги поставила бы.

— Мне и так не плохо, — я попробовал избегнуть очередных трат, понимая, что раскошелиться всё одно придётся.

— А будет лучше. И продуктов закупить надо. Не сухпай с полуфабрикатами, а нормальную еду. Холодильник сменить, у вас он маленький. Нас же теперь больше.

— Сдаюсь! — я поднял в верх руки: — Грабьте. Всё берите, всё, нажитое непосильным трудом!

— Капитан, ну мы же для вас стараемся.

Я хотел было съязвить, но тут, снизу, послышался недовольный голос Сэймора:

— Ну где вы там?!

Так и не высказавшись я начал спуск к нему.

— Я понял, что именно мы нашли. — он заговорил, едва мы все оказались на нижней палубе: — Пришлось повозиться со своей базой данных, но поверьте — это того стоило. Это не артефакт. Это — хранилище, оболочка.

Мы подошли к двери и он, набрав код, распахнул её.

— Мы попробуем раскрыть контейнер используя записи, которые удалось расшифровать с фресок второй планеты, — продолжил свой рассказ Сэймор, когда мы все зашли в один из освободившихся трюмных модулей, переоборудованных доцентом в дополнительную лабораторию.

По центру отсека, на треноге, расположился шар, тот самый артефакт, который мы, с такими жертвами вытащили из катакомб под руинами храма. Сейчас шар был отчищен от пыли и его сферический корпус отливал в свете светильников приятным золотистым свечением.