Заря новой эры (сборник) - Оксана Плужникова

– Алан, моя любовь к тебе сильнее смерти, дольше вечности и горячее звезды, – говорила Миэра, улыбаясь. – Она не пройдёт с течением времени и никогда не остынет. Я знаю, что твоя любовь ко мне также сильна, как и моя к тебе. Пусть моя душа всегда будет рядом с тобой, сопровождая на десятках световых лет в пути и не покидая ни на миг.

Изображение погасло, а Алан, как ни старался, всё же не смог сдержать слёз отчаяния и утраты.

Нэнси Адамс нервно прохаживалась по бетону космодрома, тщетно пытаясь хоть как-то успокоиться. Ей предстояло впервые лететь на ракете, и она ужасно волновалась. Нэнси, молоденькая школьная учительница, должна была отправиться на Луну на новую работу. Человечество совсем недавно стало обживать земной спутник, и развивающимся колониям требовались специалисты определённых профессий, связанных в первую очередь с наукой и образованием.

Кроме Нэнси, в экипаж входили ещё двадцать четыре человека – два пилота, восемь врачей, пять инженеров, четыре физика-ядерщика, планетолог, два биолога и ещё две учительницы. Раньше, ещё несколько лет назад, на Луну ежегодно отправляли по три-четыре человека, но потом Правительство решило, что это слишком затратно, и потребовало от Космического Агентства создания нового космического корабля, рассчитанного на большее количество пассажиров.

Первый корабль, созданный по этому проекту, сейчас как раз и готовился к старту. Это действительно совершенно новый корабль экспериментального проекта. Подробности не разглашались, но, по слухам, как раз в этом полёте собирались опробовать принципиально новый двигатель. Корабль с Земли поднимали привычные водородные ракеты, но уже в экзосфере запускался недавно созданный ядерно-плазменный привод, который должен был обеспечивать кораблю движение с постоянным ускорением, равным ускорению силы тяжести на Земле. Это, во-первых, обеспечивало бы экипажу комфортные условия полёта без невесомости, и сокращало бы время в пути всего до трёх часов. Чуть больше часа корабль должен был набирать скорость, и примерно столько же – тормозить. Поговаривали, что эти двигатели в скором времени откроют человечеству дорогу не только к планетам Солнечной системы, но и к звёздам. Впрочем, эта новизна и волновала Нэнси, чувствовавшей себя неким подопытным кроликом.

– Нужно успокоиться, нужно успокоиться! – быстрым шёпотом говорила девушка, повторяя одни и те же слова, словно мантру. – Нужно успокоиться!

Она и не заметила, как к ней подошёл Марк Элдридж, первый пилот.

– Всё нервничаешь, Нэнси? Не переживай, ничего страшного в этом перелёте нет. Зато опробуем новый корабль, представляешь, как вам повезло? Всего три часа, меньше чем на самолёте через океан, и ты уже на Луне. К тому же многие в команде, как и ты, летят впервые. – Марк немного помолчал, засмотревшись на устремлённый в небо новейший космолёт, напоминавший огромное вытянутое яйцо, стоявшее на четырёх толстых колоннах – водородных ракетах, а потом снова повернулся к девушке: – Я мог бы дать сигарету, чтобы ты успокоилась, но перед полётом курить нельзя…

– А я и вообще не курю! – фыркнула Нэнси.

Нэнси не успокоилась, даже когда оказалась внутри корабля – не давала покоя мысль о том, как она перенесёт минуты перегрузки? Конечно, в Космическом Агентстве их всех достаточно тренировали, но кто знает, что там с этим новым кораблём? Одно немного радовало: обещали, что почти не будет не будет невесомости, только несколько минут при манёвре на торможение.

Пассажирский салон космолёта напоминал кабину комфортабельного воздушного лайнера. Нэнси заняла своё место в мягком кресле рядом с биологом Викторией Картер, и пристегнулась ремнями.

В грузовом отсеке закончилась погрузка – космолёт имел и повышенную грузоподъёмность по сравнению со старыми моделями. Сейчас он принял на борт новейшее оборудование, множество разнообразных технических и медицинских устройств, станки, 3D-принтеры, а также большой запас продовольствия и предметов быта – лунная колония примет всё это с великим удовольствием.

Руководитель полётов дал команду на старт – механический голос отсчитывал последние секунды. Нэнси, да и все остальные, вжались в кресла.

– Пять…четыре…три…два…один…Старт!

Где-то внизу, в ослепительном пламени, остались стартовые опоры, космодром и Земля. Грохот водородных двигателей и характерная тряска быстро сменились гудом на низких тонах – как объясняли Нэнси, именно так должен «звучать» реактор корабля, но настораживало то, что перегрузка не спала до нормальной земной силы тяжести, а чувствительно возросла, правда, пока ещё в терпимых пределах.

С трудом повертев головой, Нэнси увидела обеспокоенные лица других пассажиров.

– Что-то меня в кресло вжимает, или мне только кажется? – просипела Виктория Картер, ещё пытаясь шутить. – А обещали комфортный полёт, придурки!..

В этот момент включилась внутренняя связь:

– Внимание пассажирам, говорит командир корабля Марк Элдридж! У нас нештатная ситуация – мы не контролируем реактор, ускорение возрастает. Связи с ЦУПом нет, сильные электромагнитные помехи. Всем сохранять спокойствие, мы пытаемся восстановить контроль над системами корабля.

– Ох ты, дьявол! – еле шевеля губами ругнулась Нэнси: нехорошее предчувствие её не обмануло.

– Весёленькое дело, – сдавленно просипела биолог, – реактор они не контролируют! Держись, подруга, может, выкарабкаемся…

Нэнси из последних сил вцепилась в подлокотники и зажмурилась, чувствуя, как тело наливается неимоверной свинцовой тяжестью. Космолёт не трясло, только ровный низкий гул и ощущение, словно на тебя равномерно набрасывают все больший и больший груз.

Когда перегрузка вдавила её в кресло настолько, что стало невозможно дышать, Нэнси потеряла сознание.

* * *

Когда Нэнси пришла в себя, сил не оставалось даже на стоны, и дико болела голова. Рядом безвольно колыхалась в ремнях Виктория Картер с кровоподтёками из носа – на корабле царила невесомость!

Нэнси увидела, что в воздухе плавают мелкие незакреплённые предметы, и почувствовала, что губы и подбородок мокрые – от перегрузки у неё тоже открылось носовое кровотечение. Не расстёгивая ремней, чтобы не улететь из кресла, она зашарила в карманах в поисках носового платка, и когда кое-как остановила кровотечение, и стёрла с лица кровь, то прислушалась.

Ровного гула реактора не было слышно, а в салоне начали раздаваться голоса приходивших в себя пассажиров. Виктория тоже очнулась и сейчас тихо ругалась, массируя себе виски. Нэнси молча потянула ей пачку бумажных платочков.

Люк кабины пилотов распахнулся, и в пассажирский салон выплыл Элдридж. У первого пилота на лице тоже красовались кровоподтёки, белки глаз покраснели от лопнувших сосудов. Посмотрев на командира корабля, Нэнси подумала, что и сама выглядит не лучше.

– Все живы? – поинтересовался он.

Со всех сторон раздались слабые, но утвердительные голоса – похоже, никто серьёзно не пострадал, все благополучно пережили странную выходку корабля. Врачи, оправившиеся от пережитого, уже проверяли состояние других членов команды, плавая от одного кресла к другому.