Эндор II - Адэмар Роханский

Леха! Поднимайтесь все. Нашли, кому кланяться!

— Старый проказник! Такой момент испортил!

— Что это значит?! — Катильда вскочила с такой небывалой грациозностью, что я едва успел убрать руку. Взметнулись и остальные. В один миг карие глаза девушки обратились в красные угольки, извещая об одном — прикосновение к источнику огня свершилось. В ту же секунду я отпрыгнул на три шага назад, и в меня устремился пламенный шар.

— Стойте! — воскликнул Марониус. Всё произошло столь стремительно, что даже он застыл в изумлении.

Как случилось это прежде с Роном, я отбил огненный снаряд ногой, но не в Катильду — не желал я ей вреда — а в небо. На высоте четырех метров шар разорвался, окрасив небеса алым светом.

Приметив золотое свечение, окутывавшее меня, Катильда и остальные вновь опустились на колени.

— О свет, прости меня за мою глупость, — взмолилась она, сложив ладони. Затем, повернувшись к Марониусу, добавила, — Верховный маг, ты сам видишь, его принял свет.

Раса: Человек.

Имя: Марониус.

Уровень: 10.

А Марониус сверлил меня изучающим немигающим взором и кивнул.

— Тогда на колени, Старый! — велел я ему.

— Ага, конечно!

Катильда и преклоненные переводили удивленные взгляды с меня на старика и обратно на меня.

А мы казалось, пытались выжечь друг друга грозными взглядами. Так продолжалось долгие минуты.

И мы заржали в голос. А затем обнялись крепко.

— Как ты старый?!

— Свет милует!

А остальные так и продолжали стоять на коленях. Я подошел к Катильде и, взяв её за плечо, поднял на ноги.

— Поднимитесь все!

Когда все встали, я произнес:

— Ребята, да, свет принял меня, и я сильнее каждого из вас. Но шуточки шуточками, а на колени передо мной становиться не нужно. Ладно?

Катильда смотрела на меня с недоверием, но в её глазах промелькнул отблеск понимания. Возможно, она начала осознавать, что наша цель не была направлена против её свободы или гордости, а что в признании уважения не было слабости, а лишь сила и мудрость.

Марониус по-прежнему наблюдал за нами с лёгкой ухмылкой, будто происходящее было для него театральным представлением. Однако мне не до конца была ясна его роль в этом спектакле. Он всегда был загадочен, его мотивы покрыты тенью неочевидности.

— Катильда, — произнес я более мягким тоном, стараясь привлечь её внимание, — наша сила в единстве и уважении друг к другу. Никто не может стать сильным в одиночку. Преклонение колен не умаляет твоей силы, а лишь показывает твою преданность нашему общему делу. Это знак доверия и понимания.

Она ненадолго задумалась, затем огонь в ее руках погас, уступая место разуму. Напряжение в воздухе начало спадать, но её взгляд оставался настороженным.

— Хорошо, — произнесла она наконец, голосом, который все еще был полон гордости, — я приму это. Но помните, что я не позволю никому манипулировать мной или подчинить себе.

Марониус наконец убрал свою ухмылку и, будучи довольным исходом конфликта, коротко кивнул.

— Отлично, — сказал он, — теперь, когда это недоразумение улажено, у нас достаточно дел впереди.

Я понимал, что правда действительно заключалась в единстве и уважении друг к другу. Только вместе мы могли противостоять темным силам, которые угрожали нашей стороне. Катильде предстоит понять это до конца, но первый шаг был сделан, и это вселяло надежду.

Я повернулся к Марониусу, — Ну что старый друг? Нам есть о чем поговорить?

— Еще как! — ответил он и поманил меня за собой внутрь башни. Я кивнул Катильде и остальным, а затем направился за Марониусом. Когда его нагнал, он положил руку мне на плечо по-отечески и сказал:

— А ты изменился. Личностный рост наблюдается…

Весело смеясь, мы вошли в башню.

***

Сидя в мягких креслах на балконе, мы продолжали наслаждаться тишиной и легким ветерком, обсуждая наши достижения и грядущие испытания. Покуривали трубки и в расслабленном состоянии лениво смотрели на север. Там, где за тысячи километров был суровый север. Владения Готара.

— Интересно, как появление способности летать меняет твою жизнь?» — задумался Марониус, вытягивая длинную струйку дыма.

— Это совершенно новое ощущение свободы, — ответил я. — Но я еще разбираюсь, как использовать эту способность наилучшим образом.

— Как там белочка?

— Теперь она личность.

Старый удивленно поднял бровь.

— Система, — пояснил я, — Сделала ее полноценной личностью. Теперь в интерфейсе она не значится как питомец. Прикинь?

— Удивительно!

— Ну да.

— Получил другого питомца?

— Ты не поверишь. Помнишь того медведя на острове.

— Конечно, помню, такой красавец. И здоровый.

— Так вот он теперь мой питомец…

— Шутишь?

— Никак нет.

— Поздравляю. Тебе очень повезло.

— Спасибо. А тебя только это интересует?

— Ты про систему? Как ты ее воскресил и прочее?

Я кивнул.

— Я все это уже знаю.

— Откуда?

— Стихии мне подсказали. И да, я как верховный маг получил такой дар от системы.

— Неплохо! Все ты знаешь…

— Все сильные мира сего, получили по мощному дару. Ты полет, например. А ты знаешь, что получил Готар?

Я покачал головой.

— Хотя… Один момент никак не выходит у меня из головы. Он как-то смог перенести к себе одного предателя, освободив его от моей кары.

Марониус кивнул и положил трубку на столик.

— Готар теперь может поселяться в разуме тех, у кого ослабела вера в Свет. И когда он склонит на свою сторону этих … — Марониус скорчился в гримасе, — предателей, то может телепортировать их к себе.

— Да уж… — я тоже отложил трубку, выдыхая дым, и взял в руки чашечку кофе, — Так он сможет быстро усилить свою армию.

— Да.

—