Новый путь - Валерий Большаков

— Не бойтесь, господа, это не музейный экспонат, хотя и принадлежал, как мне говорили, Нелли Кастис, дочери самой Марты Вашингтон! Джекки Кеннеди притащила его сюда — очень деятельная была особа, всё тут переиначила на свой вкус. Что поделать, Первые Леди скучают порой… Правда, моя Бетти не из таковских.

Степан поерзал, устраиваясь поудобнее, и откинулся на мягкую спинку. Форд одобрительно кивнул ему, занимая кресло напротив. Оглядев гостей по очереди, хозяин Белого дома уставился на Вальцева.

— Вы — Мика? Не так ли?

— Вы не ошиблись, сэр, — вежливо наклонил голову Максим. — «Миха» — это я.

В Степане шевельнулась тревога. Он покосился на товарища — да нет, с самообладанием у Макса все о`кей. Два раза его пытали местные мозголомы — облепят присосками детектора лжи, и нудят, нудят, нудят со своими вопросниками, до полного изврата… Пронесло, вроде.

Подвигав бровями, президент взял доверительный тон.

— В политике мне всегда везло, Мика, — он непринужденно закинул ногу за ногу, и сцепил пальцы рук на колене. — После войны я без труда вышел в конгрессмены. А вот в Первые Джентльмены меня не избирали — я въехал сюда чуть больше года назад, когда Никсон подал в отставку…

— Уотергейт, — вытолкнул Вальцев.

— Да, — кивнул Форд, и негромко засмеялся: — Тогда наш долгий национальный кошмар окончился, а мой начался! Но! — он поднял палец, мигом посерьезнев. — Мне вовсе не хочется прослыть в истории случайным человеком, временно ставшим на постой в Белом доме. Коли уж исполняется моя «Великая американская мечта», то пусть все будет по максимуму! Понимаете, Мика?

— Да, сэр, — Вальцев задумался.

Степан торопливо прикрыл рот ладонью, чтобы никто не заметил случайной улыбки, родственной нервному тику.

«Макс вспоминает, чего ему „Миха“ понаписал про Форда и Картера!»

— Вероятней всего, вам не простят тот христианский жест, когда вы помиловали Никсона, — уверенно заговорил Майк Зор. — С другой стороны, Джимми Картер — слабый президент. Он годен, как исполнитель, но стратегических инициатив от него не дождешься. Это большой плюс для вас. Тем не менее, Джимми сделает несколько блестящих ходов, и в этом вы можете опередить его.

— Например? — прищурился Форд.

— Например, регулярно наносить визиты в провинциальные города, отвечать на вопросы сограждан в радиопрограмме «Спроси президента Картера»… э-э… «Спроси президента Форда».

— Любопытно… — заинтересовался Первый Джентльмен.

— Да! — вдохновился Вальцев. — А еще стоит ввести хотя бы двух женщин в состав кабинета — привлечете прекрасную половину электората. Подыщите ответственные посты для чернокожих и латинос — и отберете их голоса у демократов. Договоритесь… ну, хотя бы начните договариваться с Советским Союзом по ОСВ-2. А если вы резко снизите налоговые ставки — это простимулирует инвестиции, начнется экономический рост, безработица упадет, а зарплаты вырастут…

Форд щелкнул золоченым «паркером» и принялся строчить в блокноте, переспрашивая Макса. Тот сыпал цифрами и фактами из будущего, а президент, похоже, грезил наяву — ему виделись ликующие толпы, как фон — флаги, полощущие звездами и полосами, а рядом счастливая, не скрывающая слез радости Бетти, и он, вскидывающий руку с пальцами, разведенными буквой «V». Виктория! Победа!

…Лимузин неспешно катил через парк Монро, сквозивший оголенными ветвями. Серый «Линкольн Континенталь» обгоняли юркие «Датсуны» и огромные «Кадиллаки», тяжело расплывавшиеся над авеню, но Чак Призрак Медведя, сидевший за рулем, игнорировал всех подряд.

В салоне витали запахи выделанной кожи и дорогих сигар.

Максим с Джеком развалились на пухлом заднем диване, а Степан притулился напротив, на откидном сиденье, где обычно мостился телохран, и поглядывал на агента КГБ с оперативным псевдонимом «Гвидон», мирно сосуществовавшего с цэрэушником.

Вальцев, похоже, медленно остывал от недавней горячки. Натуга сопровождала их везде и всегда, не оставляя даже ночью, став трудно выносимой неизбежностью жизни, но на приеме в Белом доме напряжение достигло наивысшего вольтажа. Порой самого Стивена одолевало почти не укротимое желание вскочить, заорать, хоть как-то сбросить с себя душащие оковы, ослабить чудовищный гнет — и тогда его улыбка коченела, смерзаясь со стынущим лицом. И это его, «наперсника детских игр»! А Максу каково?

Вакарчук неслышно вздохнул. Он уже притерпелся к нелегальному положению, свыкся с выматывающей нуждой постоянно быть настороже, следить за каждым шагом, словом, взглядом. Да и «западный образ жизни», совсем недавно вызывавший тоскливую зависть, вошел в привычку. А за яркими обертками и фасонистым глянцем всё явственней проступала тупая серость. Отравленный видением ломившихся полок в здешних супермаркетах, он глотнул антидоту — и в голове прояснилось.

Вот только… Как он поведет себя, если их по-настоящему прижмут? Вальцев точно не сдастся, а Стивен Вакар? Не предаст ли он Родину дважды? Во второй раз полегче будет…

— Устали, Майк? — Даунинг неожиданно встрепенулся и нажал кнопку.

— Терпеть можно, — слабо улыбнулся Максим, следя за полупрозрачной перегородкой, что с шорохом отрезала троицу избранных от Чака и Пегготи, сидевших впереди.

— Скажите… — куратор забарабанил по широкому подлокотнику, и кривовато усмехнулся, пряча неловкость за наигранной шутливостью: — А что станется в будущем с Джеком Даунингом?

— Я ждал этого вопроса, — спокойно сказал Вальцев, откидывая голову на кожаную подушку.

— Стоп, ребята! — вскинулся Степан. — Тут прослушки нет?

— Все чисто, Стивен, — Джек сделал нетерпеливый отметающий жест. — Фолви дважды проверял.

— Если бы я остался в СССР, — неспешно начал Майкл Зор, косясь на Даунинга, — вы бы лет через десять стали резидентом в Москве, а в девяностых вас назначили бы начальником Оперативного директората ЦРУ…

— Н-неплохо… — «Айвен» даже растерялся от сияющих перспектив. — Но вы здесь!

— Да, — согласился Максим, — и потолок достижимого резко ушел вверх. Сами подумайте: мы с вами только что консультировали президента Соединенных Штатов! И я уж не знаю, до каких высот Джек Даунинг поднимется теперь. Выйдет в директора ЦРУ? Или займет пост вице-президента? Не забудьте: до выборов ровно год, можно успеть заделаться для Форда незаменимым! А я вам в этом помогу…

«Айвен» не сразу ответил, а когда собрался с мыслями, Вальцев опередил его.

— Не поймите меня превратно, Джек, и не ищите в моем предложении намека на «широкую русскую душу»! — заторопился он. — Просто мы со Стивеном привыкли именно к вам, а ваш ум и терпение делают ситуацию сносной. Думаю, вы понимаете, что нам сложно укорениться в чужой почве, да и, ведь, без «садовника» нашу парочку точно не оставят! Пусть уж всё остается, как есть.

— Пусть! — бодро откликнулся Даунинг, блаженно релаксируя. — Какие пожелания, джентльмены?