Из западни - Александр Чернов

Но японцы ученики способные, и «Добрыня», получив три снаряда с замаскированных на прямой наводке орудий, травя пар, с грехом пополам уполз обратно на ремонт, благо мощности прекрасно оборудованного депо в Дальнем сделать это позволяли качественно и быстро.

На новой позиции все повторилось примерно по той же программе. Учитывая, что снабжение японской армии велось по большей части силами китайских носильщиков-кули и подводами на быках и мулах, темпы наступления на Порт-Артур обещали стать воистину черепашьими. Чтобы еще более сбить их, Михаил, пользуясь отсутствием сплошного фронта на флангах, отправил в японский тыл две сотни из сводного казачьего отряда охотников, который был сформирован по его личному распоряжению в Ляояне.

Командовал им полковник Федор Артурович Келлер, который прибыл из столицы в штаб Куропаткина по личному обращению Михаила. К сожалению, добрался он туда только на четвертые сутки после ухода владивостокских бронепоездов к Циньчжоу. Не смутившись своим опозданием, поскольку телеграмма от наследника престола пришла слишком поздно для того, чтобы он мог добраться до Ляояна к 25 мая, бравый кавалерист развил бешеную деятельность. В ее результате добровольческий казачий отряд из трех сотен забайкальцев и амурцев был за два дня сформирован, получил довольствие и боевое снабжение, а генерал-квартирмейстер Маньчжурской армии Харкевич доведен до предынсультного состояния, поскольку с кавалером двух Георгиев особо-то не поспоришь.

Выйдя на рысях из Ляояна во втором часу дня 6 июня, отряд Келлера за два перехода с ночевкой в Вафангоу выдвинулся к перешейку, который миновал в вечерних сумерках стремительным броском, обойдя Цзиньчжоу по побережью Ляодунского залива. Причем практически без потерь, как вследствие неожиданности прорыва казаков для японцев, так и по причине банальной нехватки боеприпасов у их артиллеристов.

Из записок вольноопределяющегося Антипова,

состоящего при отряде полковника графа Ф. А. Келлера

«Русский инвалид», номер от 29 сентября 1904 года

Полковник Келлер внимательно рассматривал в бинокль дорогу от Бицзыво, по которой двигались цепочки китайских кули под конвоем японских солдат. Очередной транспорт с боеприпасами для 2-й японской армии разгрузился…

Да, японцы с нетерпением ждали прибытия именно этой колонны – китайцы, упираясь изо всех сил, волокли на себе и в арбах винтовочные патроны, снаряды к 12-сантиметровым гаубицам Круппа и 7,5-сантиметровым пушкам Арисака. Изредка, кроме носильщиков и бурлаков, попадались и группы тяжелогруженых арб, которые тянули впряженные по пять-шесть бурые мулы, серенькие невысокие лошадки и совсем уж крохотные по европейским меркам ослики.

«Уо-уо!» – заунывно кричали погонщики-китайцы. Японские солдаты, распределившись по отделениям вдоль колонны, тщательно вглядывались в окружающие горные склоны, кусты и купы деревьев. Они уже знали о новой угрозе – внезапных налетах русских казаков и кавалеристов, обстреле колонн с разгоном носильщиков и захватом или уничтожением так необходимого 2-й армии имущества. При этом принимаемые командованием меры охранения помогали не всегда. Именно поэтому столь важный груз в этот раз сопровождал целый батальон пехоты и два эскадрона кавалерии с горным орудием. Дозоры, возглавляемые младшими офицерами, должны были заранее предупредить о засадах. Впрочем, большая протяженность колонны не позволяла осуществить ее плотное прикрытие.

Японцам не повезло. Китайские «доброжелатели» загодя донесли до русских весть о приходе в Бицзыво транспортов с боеприпасами, счастливо избежавших внимания русских вспомогательных крейсеров из Владивостока и миноносцев из Артура. И поэтому на пути колонны засели в засаде не только две сотни забайкальских казаков, но и пластуны из охотничьих команд. Как водится, в ожидании дела курили и коротали время разговорами. Обсуждали разные новшества, что уже понавводил Михаил Александрович.

Некоторые из квантунских «старожилов» поговаривали, что прорвавшийся к Артуру с бронепоездами великий князь чаще просто озвучивает подсказанные ему этим странным и уже знаменитым молодым моряком Балком решения. Понятно, что такими смелыми можно было быть только судача за спиной, и только вполголоса, поскольку и наследник престола, и лейтенант были известны своими решительными характерами. Не зря первого за глаза звали «Фокобойцем», а второй имел даже несколько прозвищ. Самым занятным из них, безусловно, было «Хана крючкотворам».

Самому графу Келлеру с Балком лично встречаться еще не доводилось, по приказу штаба адмирала Макарова, он затевал сейчас в крепости нечто секретное по своей, морской, части. Но среди казаков был, однако, один рубака из отряда Балка – хорунжий-забайкалец Федор Каргин. И его рассказы об их делах заставляли задуматься: не хвастает ли бывалый казак, преувеличивая, как свойственно охотникам и путешественникам в их бивуачных байках…

Разговоры офицеров прервал звук, напоминающий звук рвущегося полотна, только более громкий и суховатый: треск пулемета Максима возвестил, что в засаду, подстроенную есаулом фон Эксе, попал передовой японский дозор. Через несколько минут появился один из казаков принца Мюрата с сообщением об уничтожении взятых в ножи боковых дозоров врага в предгорьях. Начало боя пошло точно по плану.

Японская пехота, стремительно собираясь во взводы и роты, оставляя лишь небольшое охранение, двинулась вперед. За нею устремился расчет с орудием. В этот момент выстрелы мосинских винтовок и треск трех пулеметов раздались уже с левого фланга практически на всем протяжении колонны. Расстреливаемые практически в упор японцы заметались, теряя людей, в первую очередь офицеров (фон Эксе как сам был прекрасным стрелком, так и в свою команду специально подбирал «целких» охотников-сибиряков), и всякое подобие порядка. Хаоса добавляли разбегавшиеся кули, истошно орущие ослики, горящие китайские арбы, а также взрывы импровизированных ручных гранат, которыми были вооружены пластуны под началом ветерана бурской войны поручика Августуса.

Под прикрытием огня из засады казаки с гиком и пиками наперевес ударили на японских кавалеристов. Часть из них попыталась было принять бой в пешем строю, но была рассеяна сибиряками. Остальные рассыпались в разные стороны, еще больше увеличивая беспорядок в колонне. Лихим броском казаки из второй сотни захватили группу повозок в центре колонны и, угрожая китайским погонщикам нагайками и пиками, быстро погнали ее в предгорья. Позднее, описывая этот бой, русские газетчики отмечали, что отряд Келлера захватил повозки со 120-миллиметровыми гранатами и зарядами к гаубицам Круппа, изрядно пополнив таким образом боекомплект бронедивизиона «Варяг»[26].