Пылающие дюзы - Дем Михайлов

У двери стояло двое. Один маленький, сгорбленный, седовласый, с косичкой на затылке, держал руки у груди и суетливо кланялся. Личность мне знакомая — хозяин автоматической прачечной. Азиат. В ладони хозяина зажата платежная карта. Все как я и ожидал. И что самое главное — я подоспел к моменту, когда азиат уже прятал свою карту с поскудевшим балансом в нагрудный карман старенькой застиранной рубашки. Его собеседник, что-то бурча себе под нос, занимался тем же самым — запихивал карту с кредитами в задний карман брюк. Коренастый, с сильно раздутыми предплечьями, с поставленными дыбом волосами и трехдневной щетиной мужик был один из шестерок Микки.

Шестеркой он стоял, шестеркой он и упал. Я сделал еще один неверный шаг вперед, налетел плечом на стену, уронил с грохотом ящик и не успел вздрогнувший мужик что-то проорать, как я всадил ему в грязную шею жала электрошокера. На замусоренный пол тяжело упало безвольное тело. Неловко отставив поврежденную ногу в сторону, я нагнулся и добавил еще один разряд. Сдавленный хрип, короткое ерзанье ногами и содрогнувшийся чел вырубился. Этого и добивался.

Выпрямившись, я взглянул на старичка. Азиат отшатнулся назад и что-то быстро-быстро проговорил на незнакомом мне языке. На что я бледно усмехнулся и велел:

— Сюда иди — поманив его электрошокером.

Тот замотал головой в испуге, вжался в стену, пытаясь скользнуть к дверному косяку. Я начал злиться — еще ведь и нога ударами боли отзывается, а тут мне азиатский старичок капризы строит. И ведь врет… хоть и лопочет что-то на своем, но общий язык он понимает великолепно.

— Я не буду его убивать — со вздохом пояснил я — Он скоро очнется. Потом отведу его в полицейский участок. А что там будет с ним, того я не знаю. Но он может и вернуться сюда уже завтра и обязательно поинтересуется, почему это его вырубили, а старенького дедуля прачечника даже пальцем не тронули. К тому же я не могу дать тебе шанса выслужиться и предупредить Микки о случившемся на его ребят наезде. У тебя нет выбора, старик. Давай все сделаем быстро, а?

Секунду поразмыслив, азиат кивнул и спросил:

— Мои деньги, мистер Тим?

— Узнал все-таки? Черт… подставляй руку правую. Я тебя слабенько жахну, чтобы сердце не остановилось. Карту твою денежную не трону. А те средства, что ты перевел…

— О, я все понимаю, мистер Тим. Иначе бы вы подоспели куда раньше — тонко улыбнулся дедуля — У меня крепкое сердце, не беспокойтесь. А у вас предприимчивый разум. Далеко пойдете.

— Надеюсь, так и будет — пожал я плечами, вновь утапливая клавишу и давая секундный разряд.

Прочивший мне славное будущее старичок молча сполз по стене. Нехорошо как-то — он мне комплимент, а я его электричеством шарахнул….

Еще одна деталь плана с щелчком встала на место.

Спустя две минуты спешных действий, обе мои жертвы оказались связаны по рукам и ногам при помощи импровизированных пластиковых наручников — обычные стяжки, доступные по крайне дешевой цене. Когда тратил последние деньги, то заказал их с запасом. Мне ведь еще проводку в будущем корабле прокладывать…

Оставшемуся для меня безымянным шестерке я еще и рот заткнул. Потом наскоро обыскал его, выудив из карманов все до последней мелочи. Содрал с запястья браском. Все собранное забросил в ящик, бросил последний взгляд на уже пришедшего в себя старика — силен дед! — и пообещал:

— Это ненадолго.

Тот молча прикрыл веки в знак понимания. А я пошел дальше, тихо-тихо произнеся в микрофон на нагрудном значке:

— Минус один.

— Видел — тут же ответил Лео — Как нога?

— Пока терпимо. Ты следишь за еще двумя?

— Да. Они далеко. Закупают алкоголь для бара. С ними помощник хозяина бара.

— Еще минус двое. Отлично.

— Осталось двое злых громил и сам Микки. Прошу тебя, не расслабляйся, Тим!

— Успокойся. Я собран и методичен.

Пока мы разговаривали, я не стоял на месте, раскачивающейся походкой покинув узкий отворот позади прачечной, куда я, как и планировалось, успел как раз в тот момент, когда состоялась ежедневная пятничная выплата мзды в оплату «крыши» от мистера Микки Доуза. Теперь вся переданная сумма находилась на присвоенной мною платежной карте. Не очень хорошо с моей стороны, конечно. При желании я мог поспеть и раньше, не дав забрать деньги у старого азиата. Но я не супергерой. Я вообще не герой. И не лесной разбойник отбирающий деньги у богатых и раздающий их бедным.

А вот и бар…

Испустив долгий свистящий выдох, я свободной рукой потянул на себя створку двери с непрозрачным пластиковым стеклом и шагнул внутрь, первым делом снова уронив ящик таким образом, что тот, крутясь, с шумом заскользил по полу. В следующую секунду нога ударила меня таким обжигающим разрядом боли, что я невольно пошатнулся, с шипением выдохнув сквозь стиснутые зубы. И это спасло мою жизнь — в плечо тяжело и сильно ударило что-то большое, сбив меня на пол словно кеглю. Да что ж такое-то,… что за гребанная невезуха…

С рыком боли я шлепнулся на пол словно выпавшее из консервной банки желе пищевого концентрата. Но рукоять игольника из ладони не выпустил, вздернув дуло вверх и выпустив две короткие прицельные очереди.

Шр-р-рах! Шр-р-рах! Небольшое помещение бара наполнилось стрекотом оружия и щелканьем отлетающих от стен иголок. А еще звуком жалобного крика — никто иной как сам достопочтенный Микки Доуз изволил возопить во всю силу своей поганой глотки и схватиться за шею с правой стороны. Зацепил я суку…

Но порадоваться не успел — от пола рикошетом отскочило несколько игл, и я метнулся в сторону, ударом здоровой ноги опрокидывая один из столов и прячась в появившееся укрытие. Приподнял руку и веером выпустил длинную очередь в десять игл. Судя по раздавшимся щелкающим звукам, ни во что живое я не попал. В ответ донеслось стрекотание двух игольников, столешница задергалась от частых попаданий. Сжавшись в комок, я выудил из бедренного кармана медицинский дозер и вколол себе в шею его содержимое. Несколько раз глубоко вдохнул, дважды моргнул… и раздирающая мою ногу дикая боль бесследно исчезла. Я вновь мог пользоваться обеими ногами в равной степени. Громкая яростная брань не затихала ни на секунду. А я в некотором оторопении таращился на лежащий поодаль громадный топор — именно с ним я чудом и разминулся, вновь обыграв смерть всего на долю секунды. Меня ударило рукоятью — да так что плечо онемело — а если бы зацепило лезвием…

— Все-таки я везунчик — широко улыбнулся я, разжевывая две красные таблетки — Лишь бы только наркоманом не стать. Ну… погнали!

Ударом ноги отбросив один из стульев к барной стойке, я метнулся в другую сторону. И опередил изрыгающего ругательства шестерку, всадив ему в район пузатого живота сразу тройку игл, слегка подпортив лимонно-желтую футболку маленькими дырочками. Но начавшие расплываться кровавые пятна усугубили проблему футболки, а бандит жалобно заблеял, выронив оружие и обеими руками ухватившись за резко заболевший животик. В этот момент я впервые громко подал голос, предварительно вернувшись в убежище за столешницей: