Земля зомби. Начало - Мак Шторм

Более жизненную идею подал Витя, предложив наполнить бочки топливом и кинуть пару у самой стены, а другие — как можно дальше от стены. Когда зомби стянуться, расстрелять их, вызывая взрыв, которые убьёт небольшое количество зомби, заодно, разрушив стену, приманит остальных, которых останется только увезти со стадиона и сорвать куш, забрав столько, сколько сможем увезти. С учетом, что ничего лучшего не смогли родить, сколько не думали, то решено было остановиться на этом предложении.

С бензином проблем не должно было возникнуть, в городе много заправок, а вот большие бочки мало где были. Единственное, что пришло в голову — магазины по продаже автомасел на розлив, там, как раз, бочки литров по двести стояли. Мы разделились на две машины: я с Кузьмичом и Артём в первой, Витя и отец с сыном во второй.

Поехали за бочками. Ехать было не далеко, а когда на двух машинах шесть вооружённых человек еще и относительно безопасно. Надо быть совсем отмороженным, чтобы на нас напасть, или быть очень большой бандой. К счастью нам на глаза такие пока не попадались.

Доехав до магазина, чьей специализацией была торговля автомаслами, мы, расстреляв небольшое количество бродящих рядом зомби, стали загружать пустые бочки в автомобили. Я еще накидал десять штук четырехлитровых канистр с маслами и масленые фильтры на УАЗ. Грех не «прибарахлиться», раз уже тут оказались, чтобы потом специально не искать. Получилось шесть больших бочек по двести литров, что должно было хватить за глаза. На ближайшей заправке наполнили бочки и заправили машины. Бросалось в глаза, что тут похозяйничали до нас — почти все шоколадки, кофе и вода с сигаретами исчезла. Хорошо, хоть топливо, если и наливали, то не все увезли, нам оставили на наши скромные нужды. И на том спасибо.

Вернулись к стадиону, встав подальше от него, начали думать, где лучше разместить бочки с топливом. Самый удобный вариант получался у ворот, через них можно вести стрельбу. Через стену такого не получится. Не стрелять же по бочке, лежащей у стены, сидя на этой самой стене над бочкой. А кинуть у одной стены и стрелять от другой через все поле? Тоже непонятно, на что пойду зомби. На выстрелы или на взрыв? А может, к чему окажется ближе, туда и пойдет, и тогда минимум пол стада останется на месте, что нас не устраивало. Замеченная нами припаркованная ГАЗель внесла в план коррективы. Предварительно проверив, что она исправна, мы завели её. Загрузив тяжёлые бочки в кузов, поехали к стадиону. Мы решили протаранить ворота и быстро выкинуть из кузова бочки. Потом отъехать подальше и ждать, пока толпа приблизиться к бочкам. Затем взорвать их. Остальных отвлечь, сигналя машиной, и увести подальше от стадиона.

Я за рулем ГАЗели, Кузьмич с Артёмом в кузове, остальные в наших машинах, чтобы, если что-то пойдёт не так, все могли быстро уехать в заранее оговорённую точку. Перед самим стадионом сбиваю бродящих тут зомбаков и разворачиваюсь задом к воротам. Кричу, чтобы народ в кузове держался и смотрел, чтобы их не придавило бочками. Включаю заднюю передачу и, отпуская сцепление, вжимаю педаль газа в пол.

Плавно тронувшаяся ГАЗель, быстро набирая скорость, врезается прицепом в ворота. Звук удара железа о железо сменяется металлическим скрипом, ворота распахиваются в разные стороны, ударяясь о стены, замок с вывернутой дужкой падает на асфальт. Море, состоящее из зомби, внутри стадиона, заколыхалось и пришло в движение. Проехав еще немного назад, ору «Держись!» и торможу, стараясь делать это плавно, чтобы не придавить бочками народ в кузове. Газель, покачиваясь, остановилась. Слышу звук падающих на асфальт бочек, зомби с каждой секундой все ближе, когда ребята скинули последнюю бочку, первые уже дошли до нас и скребли руками о борта ГАЗели. С хрустом воткнув первую передачу, выезжаю со стадиона и еду к нашим машинам, которые стоят в ста метрах от него.

Вдруг на полпути сзади что-то ярко вспыхивает и кузов ГАЗели окутывает огонь. Вижу выпрыгивающих на ходу Кузьмича с Артемом, с горящими огнем ногами. Резко торможу и тоже выскакиваю из уже прилично объятой огнем ГАЗели. Один из УАЗов срывается с места и едет к нам, чтобы нас забрать. У Артема и Кузьмича горят ботинки и штаны, пока они, ругаясь на чем свет стоит нецензурной бранью, сбивают огонь, я отстреливаю пятерых зомби, оказавшихся поблизости, от места нашего десантирования из горящей газели. Она уже полыхала вся, поднимая к небу облако черной копоти.

УАЗ резко тормозит рядом, ребята уже сбили огонь, поэтому сразу прыгаем в салон, который мгновенно наполняется запахом горелой ткани и волос.

Сидящий за рулем Витя, испуганно смотрит, то на нас, то на пылающую в огне ГАЗель. Артем с ходу начинает крыть Кузьмича трехэтажным матом, а тот, как ни странно, в ответ ничего не говорит и молчит с виноватым видом. Спрашиваю у Артема, что случилось.

Артем эмоционально начинает рассказывать:

— Да этот полудугок совсем мозги пгопил, мы, когда таганили вогота, у одной бочки из-под крышки от падения начал сочиться бензин на пол ГАЗели. Когда все бочки скинули и тгонулись, этот дебил, прям как в лучших амегиканских фильмах, произнес: «Виктоги!» и достал откуда-то сигагу. Я еще подумал, что ничего стгашного — не загогимся, но этот алкозельцег не пгидумал ничего лучше, как, прикугив, сделать одну затяжку и картинно бгосить сигагу себе под ноги. Пгямо на пол ГАЗели, пгопитанный бензином. Чегез секунду уже всё гогело, включая наши ноги, пгишлось пгыгать, бензина успело газлиться на пол ни мало.

Кузьмич, сидевший со сгоревшими штанами и ободранным от неудачного прыжка с ГАЗели носом, делал виноватый вид кающегося в своём проступке человека и, пытаясь сделать, как можно более дружелюбный тон, произнес:

— Ну, Артём, не серчай! Я же не специально! Давно уже подрезал сигару и хотел при случае её красиво выкурить, у меня вон штаны почти полностью сгорели и нос сильно об асфальт счесал, но я же не ругаюсь.

Артём от возмущения даже глаза выпучил, став красным, как его нелюбимый овощ — помидор:

— Конечно, ты не гугаешься, это же ты — болван безмозглый — все устгоил, и мне побоку на твои штаны! Сам виноват. А вот мои — сгогели! Не за хген собачий, да еще и жёсткую депиляцию огнем по пояс получил. Я на такое не подписывался.

Слушаю их и, как говориться, и смешно и грешно. Прерываю разошедшегося Артёма:

— Домой приедем, помажешь свою теперь уже