Первая заповедь Империи - Александр Шапочкин

– Слушаюсь… – зло процедила искин. – Найдено семьсот двадцать четыре доступных устройства. Начинаю загрузку! Семьдесят пять процентов! Сто – выполнено!

– Поехали! – сказал я ключ-фразу, недоумевая над тем, что могло разозлить Нину.

Антураж «белой комнаты» прыснул в разные стороны. Очистившееся пространство померкло, сменившись всполохами разных цветов, несущихся прямо мне навстречу. Я как будто падал в бесконечную трубу с намалёванными на стенах цветными пятнами. Катавасия продолжалась минуты три, затем медленно начали проступать контуры окружающих объектов, и ещё минут через пять я наконец-то оказался в комнате дока.

Я опять был персонажем с дурацким именем Император и, похоже, полностью «убитым» стартовым заданием. Во всяком случае, его сценарий развивался совсем не так, как мне бы того хотелось. Да и вообще, я уже порядком устал от заскриптованных театральных сценок стартовой локации. Хотелось окунуться в нормальный игровой мир, сесть на гравицикл и проехаться по пустошам, сшибая мутантов и давя исковерканную инопланетной флорой земную растительность. Вволю полетать на флаере или, набрав команду, отправиться искать приключения в какой-нибудь древний бункер или на руины ближайшего города.

Но нет, вместо всего этого разнообразия нужно было ковыряться с этим довольно унылым квестом. А что поделаешь – иначе в большой мир игра просто не пропустит.

Открыв глаза, я огляделся. Обезглавленный доктор Уволл Бейн всё так же полулежал на своём кресле, над которым роилось множество толстых мясных мух. В груди его зияла окровавленная дыра, а в ней плескалась ярко-голубая светящаяся масса, которая остаётся от рептицидов после поражения их тканей плазменным оружием. Условность, мало соответствующая действительности и тем не менее довольно удобная для игроков.

Слева от меня – на диване, перед рамкой работающего монитора, лежала Хомячок. Видимо, неугомонная девчушка, очухавшись от виртуального шока, снова полезла в игру. Впрочем, теперь она была для неё абсолютно безопасной. Виртошок – штука опасная, но одноразовая.

Скорее всего Хома и прикончила проклюнувшегося из трупа паразита, а затем, удобно устроившись, начала читать дневник предателя, но по какой-то причине вышла из игры. На сей раз нормальным способом, а потому её лишённое трёхмерного объёма тело осталось лежать в этой комнате. В другом месте она исчезла бы минут через десять-пятнадцать после выхода, но эта комната была сделанным специально для нас с ней «инстансом», в который нет доступа другим игрокам, и проваляться так она могла здесь хоть неделю, хоть год, пока вновь не зашла бы в игру.

Встав, я сделал несколько шагов и снова оказался сидящим на полу, скрестив ноги и повесив голову на грудь.

– Что за ерунда! Нина?

– Я тебе уже третий раз пытаюсь сказать, – разъярённой кошкой зашипела на меня искин. – У нас! У всех нас на «Волге» – серьёзные проблемы! А ты, как маленький, в игрушки полез играться.

– Ты чего злобствуешь? Говори уже, что случилось-то? – сделав ещё одну попытку встать, я вновь оказался на полу и, открыв меню, взглянул на статус соединения с игровым сервером.

«Пинг», как его по старинке называли игроки, зашкаливал за полторы минуты. Хотя, конечно, это было в корне неверно. Нуль-связь – это не древний доисторический «Интернет» и даже не планетарная сеть. Она либо работает, либо её вообще нет. Третьего не дано. А статус соединения показывал лишь загрузку приёмного оборудования игрового устройства и калибровку мачты ретранслятора.

– Ах, я, значит, злобствую!

– Да что там случилось-то? – я в недоумении посмотрел на потолок – туда, откуда, как мне всегда казалось, звучал голос искина. – Только не говори мне, что на супер проникли инопланетяне и сейчас…

– Всё с «Волгой» в порядке, – раздражённо крикнула на меня Нина. – Всё замечательно! Просто великолепно! Мы победили, можешь продолжать плевать на всё и играть в свои игрушечки!

– Нин, из нас двоих кто головой ударился – я или ты? – оторопело спросил я, не веря своим ушам. – Это что, вообще, сейчас было?

– А ничего! Ты хоть понимаешь, что произошло?! Ни хрена ты не понимаешь и не хочешь понимать! Ты вообще о чём-нибудь, кроме игр, думать способен? – бушевала искин, распаляясь всё больше и больше. – Игры, игры, игры! Ты бы хоть поинтересовался…

Удивительное – всегда рядом! Нина – искусственный интеллект, созданный для того, чтобы помогать человеку и безукоризненно исполнять все его приказы, бился в самой настоящей истерике. Я уже молчу о том, что первый раз в моей жизни искин кричала на меня, материлась, обзывала по-всякому и костерила на чём свет стоит.

Да я вообще никогда и ни от кого не слышал, чтобы какой-нибудь электронный разум так разговаривал с собственным хозяином. Не бывает у них истерик и срывов. Искусственный интеллект и отличается от человеческого в основном тем, что не подвержен резким перепадам настроения и всяческим расстройствам психики. И вот тебе на! Моя Нинка как будто слетела со всех своих электронных катушек и закатила мне самый настоящий семейный скандал. А если бы у неё было антропоморфное тело – она бы в меня тарелками стала бросаться?

Открыв рот, я с удивлением и даже некоторой долей гордости слушал крики и ругань, казалось бы, самой обычной девушки, которую вконец довели причуды её непутёвого парня. Я оказался бездельником, хамом, патологическим самоубийцей, кретином и прочее, прочее, прочее! Вместо того чтобы заниматься какими-нибудь важными и полезными делами, я, видите ли, ни о чём в жизни не думаю, кроме как о своих мерзких играх!

– …И не обращайся ко мне больше! Всё! Считай, что меня у тебя больше нет! – выкрикнула, наконец, электронная девушка и замолчала.

– Так, – сказал я, потерев виски подушечками пальцев, – тебе как? Полегчало?

Ответом мне была тишина.

– Давай-ка я тебе кое-что напомню… – вздохнув, сказал я.

Шутить про гарантийный штекер не хотелось. Эта искусственная истеричка была мне слишком дорога, чтобы я действительно мог позволить себе выполнить подобную угрозу. К тому же кто её знает, как сейчас она может воспринять подобные напоминания о своём небиологическом происхождении.

Вместо этого я монотонно и нудно начал зачитывать по памяти алгоритм действий для военнослужащих Звёздной Гвардии при проведении медико-карантинных мероприятий в связи с повышенной ксенобиологической угрозой, при первом контакте с неизвестными инопланетными видами. Вообще-то длинная портянка текста с кучей параграфов, пунктов, подпунктов и сопутствующих картинок сводилась к одному – солдат должен находиться в отведённом ему боксе и выполнять все распоряжения медперсонала в ожидании, когда его наконец-то выпустят. Причём делать это не абы как, а находясь в виртуале, с отключённым от тела сознанием.

При этом бойцам настоятельно рекомендовалось находиться на специально подготовленном «мире-полигоне», созданном Космофлотом РЗИ, где полагалось участвовать в активных играх, викторинах и спортивных мероприятиях. Иначе говоря – развлекаться, поскольку это было крайне важно для медиков, ведь при этом задействовался целый ряд структур мозга, называемых «Центром удовольствия». Собственно, виртуальный наркотик в «белой комнате» использовался по той же самой причине.