Тайна Холли - Катя Брандис

Мы с Нелл переглянулись.

– Вот это да! – только и сумел выдохнуть я.

– Я хотела сказать то же самое, – отозвалась Нелл.

И мы бросились к Миро, чтобы помочь ему справиться с пленником.

За несколько часов до рассвета в кабинете Лиссы Кристалл состоялся весьма необычный допрос. Допрашиваемый сидел в жестянке в обществе нескольких слипшихся леденцов, а жестянка находилась в школьном сейфе.

– Он правда не сможет оттуда выбраться? – шепнул я Джеймсу Бриджеру, который стоял рядом со мной. – В машине мы всю дорогу боялись, что он превратится в человека или гризли и разломает банку.

– Он прекрасно знает, что, сидя в банке, может серьёзно покалечиться, если попытается превратиться из осы в кого-нибудь ещё, – тихо ответил Джеймс. – Если острые края банки оторвут осе лапки, то и в обличье гризли или человека он недосчитается лап, рук и ног.

Ну и ну!

– А сломать сейф не сможет даже гризли, – заверил меня Билл Зорки, вернувшийся в школу вместе с другими волками. Он нарочно загораживал дверь, чтобы любопытные ученики не заглядывали в кабинет под предлогом каких-нибудь невинных вопросов.

Я был единственным, кому позволили присутствовать при допросе: Джеймс считал, что я это заслужил. Странное ощущение – стоять среди учителей и слушать. Но мне не только разрешили послушать, но и попросили рассказать, что я разузнал.

– Между прочим, он союзник Эндрю Миллинга, скорее всего один из его главных помощников, – рассказал я собравшимся учителям. – Он сам мне это сказал, и думаю, это правда.

– Да, вполне возможно, – мрачно кивнул Билл Зорки. – Лисса ещё наверняка спросит его об этом. К счастью, сейчас даже Миллинг не сможет ему помочь.

– Мистер Гудфеллоу, похоже, последние годы вашей основной профессией были грабежи, – начала допрос Лисса Кристалл. – Неужели за всё это время ни один оборотень не заподозрил, что у вас три обличья?

Гудфеллоу рассмеялся. Смех прозвучал гулко – видимо, из-за жестянки.

– Нет, до сих пор это считалось легендой – а кто верит в легенды! Мои родители были медведями. Понятия не имею, как среди моих предков оказалась оса.

Лисса вскинула брови:

– Когда вы обнаружили своё третье обличье?

– Довольно поздно – в двенадцать лет. – Пусть и с неохотой, но Гудфеллоу всё же отвечал на наши вопросы. – В обличье гризли я забрался в дупло диких пчёл, чтобы полакомиться мёдом, и вдруг бац! – сам превратился в насекомое. Не очень-то приятный сюрприз. К счастью, превращения всегда давались мне легко, и я довольно скоро научился управлять своим третьим обличьем.

В кабинете мисс Кристалл было довольно тесно, поскольку мистер Элвуд присутствовал при допросе в обличье оленя-вапити. Возможно, потому, что его единственный пиджак был в стирке.

– Караг рассказал нам, что вы копите деньги, чтобы выкупить свою территорию в Канаде, – вмешался мистер Элвуд. – Это правда? И если да, то где именно?

Гудфеллоу назвал какое-то место. Билл Зорки, который был родом из Канады, после недолгих размышлений кивнул:

– Точно, там обнаружили нефтеносный песок. Паршивая штука.

Мы перевели взгляд на заляпанные илом и пованивающие серой кульки, которые лежали посреди Лиссиного стола.

– Давайте-ка посмотрим, – сказала директор и, брезгливо открыв первый кулёк, стала доставать из него один предмет за другим. Цепочка с голубоватыми и розовыми драгоценными камнями, ещё цепочки, много круглых штук, которые надеваются на руку (как они там называются?), несколько дюжин золотых колец, горсть массивных, тяжёлых часов, которые я бы ни за что не стал носить на запястье. За ними последовали три или четыре толстые пачки стодолларовых банкнот и… ничем не примечательная пластиковая банковская карта. Лисса осторожно положила её поверх сверкающей кучи. В остальных кульках обнаружились похожие вещи.

Мы молча уставились на драгоценности.

– Скорее всего, всё это было украдено в наших краях. Деньги он наверняка переводит на свой счёт, – предположил Бриджер.

– По меркам оборотней, этот парень немалого добился, – сказал Билл Зорки, и я понял, что он имеет в виду. У многих оборотней не было ни фамилии, ни паспорта – не говоря уж о банковском счёте.

Потом мы довольно долго молчали. Наверное, все думали о том же, о чём и я, но, поскольку мы были в человеческом обличье, я не слышал их мыслей.

– Только посмотри на это барахло – эти так называемые ценности! Да кому они вообще нужны! – высказался Джеймс Бриджер. – Из-за такой ерунды мы бы не сдали его человеческой полиции. Мы просто анонимно подбросим всё это в полицейский участок. Но вот его коварное нападение на Карага, Нелл и Холли…

Билл Зорки кивнул:

– Надо как можно скорее отправить его в одну из тюрем Совета, например в тот зверинец в Колорадо – он ближе всего. Думаю, он пробудет там довольно долго.

– Но кто отвезёт его туда? Никто из нас не может взять на себя такую ответственность! – В голосе Айсидора Элвуда звучал неподдельный ужас, он с беспокойством перебирал копытами. – Лучше вызвать курьера Совета, который…

Директор, нахмурившись, повернулась к нему:

– Айсидор, если уж ты непременно желаешь участвовать в этом собрании в зверином обличье, к сожалению, я вынуждена попросить тебя воздержаться от комментариев. Если ты, конечно, не хочешь, чтобы наш «гость» услышал абсолютно всё, о чём мы говорим.

Мистер Элвуд обиженно наклонил голову, смахнув при этом рогами стопку писем и календарь с письменного стола. Поднять их никто не потрудился.

– Ясно одно! – Из сейфа в наши головы вдруг ворвалась отчётливая пронзительная мысль. – В том, что я сейчас здесь сижу, виноваты люди! Если бы не они, мы, оборотни, могли бы жить в мире и…

Билл Зорки резко обернулся, сверкнув жёлтыми глазами:

– И только потому, что с вами поступили несправедливо, вы считаете себя вправе сами творить зло? Все мы отчасти люди, и вы тоже!

Да уж, Гудфеллоу сморозил глупость. Всем в школе было известно, что к всевозможным отговоркам мистер Зорки относится не лучше, чем к выхлопным газам. А ещё он терпеть не мог, когда кто-то пытался свалить вину на других, не задумавшись, не допустил ли сам ошибки.