Эффект наблюдателя: Хроники космического беспризорника - Артем Новиков

кабаков. Я отметил, что Серж с Марком не правы, и алкоголь в продаже, похоже, остался.

О том, что ночью здесь был бой, не говорило ровным счетом ничего. Хотя полное отсутствие глайдеров бросалось в глаза.

Решив, что для первого раза прогулки по центральной улице вполне достаточно, я вернулся на ферму. Входя в ворота, заметил голову Эш на гостевом домике и помахал ей рукой.

Около входа в главный дом застал Соню, что-то рисующую на облупившейся стене:

— Чего рисуешь?

— Спонка.

Они все фанатели от Спонка. В Космических рейнджерах тот крошил врагов исключительно мечом. Я покачал головой:

— Что с людьми отсутствие сети делает, да у тебя ломка.

Неожиданно подал голос Балу:

— Или она боится и рисует себе защитника.

А Соня оторвалась от стены, показала мне язык и сказала:

— Бе-бе-бе.

На следующий день после обеда я снова слинял в поселок. Решив в этот раз побродить по окраинам, свернул с главной улицы влево на первом же перекрестке. Улочка поуже и полотно дороги похуже, больше одноэтажных домов. И, в отличие от главной улицы, все дома за заборами жилые. Вскоре свернул вправо, прошел еще пару домов — и тут же почувствовал неприятности.

Приближающаяся пара парней немного постарше, шедших навстречу, целенаправленно перешла на мою сторону улицы и двинулась ко мне.

Пусть дома на улицах Нижнего и не прятались за заборами, но внимание к тебе всегда означало неприятности. Вот девчонки, живущие вроде на тех же улицах, обитают в другой реальности. Никто из них не считает территорию своей. У мальчишек все несколько иначе. Где бы они ни жили.

Мы остановились напротив друг друга:

— Ты чей такой? — лениво и вроде как расслабленно спросил парень в жилетке с кармашками.

Я пожал плечами:

— Свой собственный.

Оба местных меня внимательно разглядывали, Жилетка удовлетворенно сказал:

— Городской.

— Космический, — ответил я.

— Маугли! Вряд ли всему поселку стоит знать о вас! — тут же раздался в голове голос Балу.

Парень сделал шаг и встал прямо передо мною:

— Зря ты сунулся на нашу улицу.

Стало ясно: драки не избежать.

— Ладно, пойду на другую, — дружелюбно сказал я, поднимая руку ладонью вперед. В этот момент я холодно оценивал, как стоят его ноги.

— Так ты и ушел, — усмехнулся Жилетка.

Есть простое и очень важное правило: если понимаешь, что драки не избежать, надо бить первым. И я ударил, метя в скулу. И это была ошибка: надо было бить в туловище. Он легко уклонился от удара в голову и ударил в ответ.

Отработанным на тренировках движением я заблокировал его руку, схватил за плечо, сделал подсечку. Мы грохнулись на дорогу, вот только я сверху. Ударить в голову, заблокировать руку, вывернуть.

В мой затылок прилетел кулак второго, потом нога сбоку. Он сбил меня с приятеля и продолжал дубасить ногами, не давая откатиться и подняться. Вскочивший первый присоединился к нему.

Я сжался в комок, защищая голову и живот от ударов. На этом моя свобода действий и закончилась. Какое-то время меня мутузили в 4 ноги. Потом перестали. Я лежал, сжавшись, а парочка возвышалась надо мною, готовая продолжить. Я не двигался, они тоже.

— Вали отсюда, придурок, — раздалось наконец.

Я начал вставать, готовый к тому, что, возможно, они захотят ударить. Но они просто смотрели, как я поднялся и отступил на пару шагов, затем развернулся и пошел назад, ежесекундно готовый к тому, что на меня бросятся сзади. Но они остались на месте. Не оглядываясь, я уходил по улице; из носа текла кровь, саднило щеку, болели левая рука и бок.

Так, идя прямо по улице, я миновал последние дома поселка и свернул в сторону дороги. Местные остались позади.

Уже на пути к ферме, запрокинув голову, чтобы кровь из носа остановилась, еще раз оценил свое состояние — добавил к повреждениям разбитые костяшки на кулаке: похоже, успел им ударить, не помню. На комбинезоне оказался порван воротник, с мясом вырванный пуговицей. Удивительно, но кровью из носа смог не запачкаться.

Во мне кипели злость и обида. Вдвоем на одного, ногами лежачего. Мне хотелось убить их обоих. Я шел и представлял себе, что бы с ними сделал, как разбиваю их лица ногами. Я шел и думал о том, что ничего не закончено. И что все было бы не так, если бы я взял с собой пистолет.

План созрел мгновенно. На ферму я не возвращался, а лишь заходил, чтобы продолжить вечеринку.

Уже привычно нашел голову Эш на краю крыши и махнул ей рукой, прошел к дому и вошел в дверь. Никто не обратил внимания, как я проскользнул на второй этаж. МК-5 перекочевал из рюкзака за ворот комбинезона, и я направился к выходу.

Однако, спускаясь, я наткнулся на бабушку, которая тут же привлекла ко мне внимание. Мгновенно рядом оказалась целая толпа.

Соня присвистнула, увидев мое лицо.

Серьезный Серж спросил:

— С кем вы подрались?

И пришлось отвечать:

— Это в поселке.

— Ты ходил в поселок?!

— Я там еще вчера был.

— Так, умойся и садись к столу, надо обработать царапину.

Я понял, что попал. Попытаться уйти сейчас — не выйдет. Пришлось подчиниться.

— Рассказывай, что случилось, — потребовал Серж, открывая аптечку.

Пришлось рассказывать. Мне обработали лицо и костяшки кулака.

— Покажи бок, — потребовал тот, когда я упомянул, что тот болит, и до меня дошло, какой же я тормоз. Пистолет!

— Да все нормально, ничего с боком не надо делать.

— Показывай! — требовательно сказал Серж и потянулся к пуговицам комбинезона.

Мои попытки отвертеться были проигнорированы, комбинезон расстегнут, и миру явился МК-5.

Все замерли, и наступила тишина. Первым опомнился Серж:

— Откуда у тебя оружие?!

Я молчал.

— И куда ты с ним собрался?

Я молчал.

Но Серж и так все понял:

— Маугли, ты собрался стрелять в обидчиков?!

Я молчал.

— Маугли, ты совсем идиот? Стрелять в подростков?!

Я бы мог многое ему рассказать про стычки на улицах, но, взвесив, решил, что, возможно, убивать и правда было бы чересчур.

— Скорее просто припугнуть.

— Маугли! — тяжело вздохнул Серж. — Знаешь, почему взрослые гораздо реже влипают в неприятности? — он выдержал паузу. — Потому что последним у человека развивается участок мозга, ответственный за прогнозирование событий. Что будет после того, как ты припугнешь своих обидчиков пистолетом? Сюда заявятся их родители. Или еще хуже, такие же