Система - Юлия Шамаль

Когда в зале, кроме Координаторов, осталось еще человек десять, двери закрылись. Пик Ван Кхонг достала сигариллу и чиркнула раритетной зажигалкой – она закурила, и никто ничего ей на это не сказал, даже «Телемед» как в рот воды набрал. Я поняла, что в А-плюс законы Системы работают как-то по-другому.

Вокруг стола замелькали дракеи, расставляя напитки.

– Ну, – сказал Координатор смерти Филипп Че, молчавший всю официальную часть, – теперь можно нормально поговорить?

Джонсон едва заметно поморщился.

– О чем еще?

– Нет, подождите, меня одного, что ли, это волнует?! – Филипп хохотнул, подскочил и в возбуждении пересел на край Овального стола. – Ну вы даете. Да не вопрос, парни, можем и по домам, нет так нет. Только сначала я вам песню поставлю…

Филипп пришел в биобийсболке – новейшем, очень дорогом и совершенно бесполезном, на мой взгляд, биоби – этот, с позволения сказать, головной убор позволял включать аудио– и видеофайлы при помощи мысли. А то руками пользоваться, видите ли, долго.

– Прощай, Махаааааааааааааатмааааааааа!.. – хором завыли несколько голосов, довольно, кстати, мелодично.

Я узнала этот мотив. Песню под названием «Ямайка» ставил мне в детстве отец, она была страшно старой. И вот под эту раритетную мелодию биобийсболка Филиппа крутила над его головой новый скандальный клип. Он вышел только вчера, но я уже посмотрела. Глумление над известным чиновником Махатмой Дзонгом, такое грех было пропустить. Авторы песни перечисляли все этапы жизненного пути этого достойнейшего человека и неприкрыто злорадствовали насчет суровой судьбы, постигшей его сейчас. Творческий коллектив, создавший песню и выкинувший ее в Универсум, тщательно замел следы в сетевом пространстве, – но ГССБ всех их скоро найдет, конечно.

– А? – весело торжествовал Филипп. – Каково?

– Махаааааааатмеееееееееее смеееееееееееееееерть!!!

Филипп залился хохотом, Координаторы смотрели клип молча, не улыбаясь.

– Ладно, – сухо сказал Джонсон. – Выключи это говно. Поговорим.

Филипп подчеркнуто повиновался, снял биобийсболку, пересел со стола на стул, положил подбородок на руки и, всем своим видом демонстрируя покорность, собрался слушать.

Я понимала, что их волнует. Махатма Дзонг, Секретарь Координации зоны С, обаятельный индус, всегда выступавший по Икс-Ви в традиционной темно-синей чалме, позавчера слетел с катушек. С восемнадцати баллов он скатился до двух, и его – чиновника высшей категории – увезли на медицинском беспилотнике в зону Е как простого смертного. Как меня когда-то. Естественно, эта новость произвела эффект разорвавшейся бомбы.

Сейчас у медблока, где вместе с остальными смертниками лежал Махатма, круглосуточно дежурила пресса, передавая во внешний мир сводки о состоянии здоровья бывшего Секретаря зоны С. Жена и дети от него, естественно, отказались. Многочисленные ток-шоу на добром десятке Икс-Ви-каналов взахлеб обсуждали эту тему, с пеной у рта отрабатывая две основные повестки: полную справедливость Общества абсолютной Свободы (слезы на глазах и восторги насчет беспристрастности Системы, для которой все равны) и важность чистоты мышления. Второе особенно педалировалось. Видите ли, дескать, что может случиться с каждым из нас. Даже с восемнадцатибалльником! Вот как важен контроль над собой!

Слушая все это, я, честно говоря, сначала подумала, что история Махатмы – просто показательная порка. Хозяева рая – Буклийе-Ружи, Нор-Манны и прочие – периодически проводили акции устрашения для слишком уж спокойных чиновников, окончательно решивших, что их жизнь – мед. Приятной «побочкой» от таких акций была возможность лишний раз показать беспристрастность Системы нижним зонам. В общем, такие случаи на верхних этажах Системы происходили периодически и строго по команде. Но, судя по растерянным лицам Координаторов, на этот раз команды не было.

– А может, его действительно Система понизила автоматически? – спросил Усама бин Халиви, Координатор зоны А. – Вот вы думаете про какой-то заговор. А если его нет?

– Ага! – иронично откликнулся Филипп и продолжил издевательским тоном, копируя эмиссарские интонации: – «Махатма Дзонг часто допускал негативные мысли, а восемьдесят процентов его вокабуляра свидетельствуют о том, что он был очень тревожен…» Какую же чушь несет сегодня Координатор Усама!

– Ладно, я скажу, – резким надтреснутым голосом заговорила Индира Бхупада, Координатор зоны С, бывшая начальница Махатмы, – вы же все на меня с подозрением смотрите.

– Хинди, душечка, ну что ты! – заголосил Филипп. – Тебя подозревать?! Никогда.

А вот я заподозрила: Филипп, похоже, пришел на совещание под дозой мювокса.

– Фил, сделай милость, – лениво сказала Кхонг, гася сигариллу в железную ладонь дракея, – заткни фонтан. Что ты хочешь сказать, Индира?

– Махатма был стабильнейшим, вернейшим Системе, надежнейшим человеком, – сказала Индира твердо.

Меня резануло слово «был». Вообще-то Махатма еще жил и лежал со своей последней единицей рейтинга в медблоке зоны Е где-то у Сереги…

– Он у меня курировал Урал и Сибирь, я была за ним как за каменной стеной. Наказывать его было не за что. Более того. Когда я последний раз была у Тео, – это имя она, как и все, произносила с легким придыханием, – прозвучало мнение, что у Махатмы скоро может произойти повышение рейтинга.

Все молча переваривали.

– Случайностью произошедшее я не считаю, – продолжала Индира Бхупада, – и в этом плане согласна с Филиппом. Остается только один вариант…

– Черные программисты. Ломаные технологии обнуления, – подал голос Мурат Исинбердыев, Координатор зоны D, где коротали век бедолаги с рейтингом в три-пять баллов. – Я тоже так думаю. Его заказали черным нулевикам.

Филипп громко заржал.

– Ну и термины у вас там в нижних зонах, наслушались вы бэпэвэшников!.. «Заказали нулевикам»! Это ж надо так выразиться!! А-ха-ха-ха!..

– Ну сути это не меняет! – резко ответил Мурат, сильно покраснев. – Какая разница, как говорить…

Координатором он стал недавно, видно было, что еще не привык к Филипповым манерам и не умел сдерживаться.

– Еще мнения? – Джонсон обвел взглядом присутствующих.

– А почему у нас господин Вебер сегодня так упорно молчит? – спросил Мвагу Тамогу. – Или ему нечего сказать? Вот кого особенно интересно было бы послушать. Случай-то – ну прямо по его части.

– С радостью, друзья, с радостью поделюсь своим мнением! – с улыбкой Вебер оторвался от стены, которую подпирал почти все совещание, подошел и сел к столу, уверенно втиснувшись между Тамогу и Филиппом.

Сбить Вебера с самодовольного тона было крайне трудно, я ни разу не видела, чтобы его вообще кто-то когда-то сбивал.

– Уважаемый Мурат Салтымбаевич, – начал Вебер, кланяясь в сторону Координатора зоны D и обнаруживая хорошее знакомство с евразийской традицией имен-отчеств, – высказал мнение о черных программистах. И я в целом был бы с ним согласен. Если бы не один вопрос, который я хочу задать всем собравшимся. А кто такие эти черные программисты? Так называемые нелегальные нулевики. Кто они?