Конец света - Василий Головачев

– Лейтенант Киреев, северный округ. Нарушаем, товарищ водитель?

– Что? – сухо спросил Потапов, кинув взгляд на «Опель» в десятке шагов, в котором сидел водитель.

Лейтенант внимательно обвёл его лицо цепким взглядом.

– ПДД, разумеется. Документы, пожалуйста.

– Сначала докажите, что я нарушал ПДД. – Потапов усмехнулся. – У вас даже радара нет.

Лицо лейтенанта не дрогнуло.

– Радар не обязателен. – Он дотронулся пальцем до панельки прибора на предплечье. – Пит-стоп семнадцать, сообщите данные по серебристому «Ягуару» номер семь, пять, три, регион сто девяносто семь.

– Нарушение скоростного режима, – раздался из прибора грассирующий женский голос. – Улица Живописная, район дома номер двенадцать, время двенадцать сорок четыре, скорость восемьдесят восемь, плюс Дмитровское шоссе на пересечении с улицей Селигерская, время тринадцать двадцать, скорость девяносто шесть. На выезде из города превышение средней скорости движения на сорок четыре километра.

– Вот, – сказал лейтенант с вежливой улыбкой.

– Пит-стоп, – пробормотал уязвлённый Потапов; систему пит-стоп запустили не так давно, и он не привык ещё к тому, что камеры на дорогах столицы не только фиксируют нарушение, но и передают об этом мобильным отрядам ДПС. – У меня антирадар… но он ни разу не просигналил!

Лейтенант снова улыбнулся, играя обаяшку-полицейского.

– Новые видеокамеры, гражданин…

– Потапов. – Михаил достал документы на машину, права, протянул инспектору, потом, поколебавшись немного, всё-таки вытащил офицерское удостоверение; любая задержка в нынешних обстоятельствах была чревата неприятными последствиями. – Командир, я спешу по делу, прошу не задерживать. Впишите нарушения в свой кондуит и пришлите почтой, номер вы видите. К сожалению, я не на служебной машине…

– Вижу. – Лейтенант мельком глянул на «Ягуар», потом пристальнее всмотрелся в стёкла кабины. – Вы не один?

– Это имеет значение?

– У нас ориентировка… из психбольницы сбежал опасный пациент… осматриваем все машины. А вы постоянно превышаете…

Потапов ловко выхватил документы из руки инспектора.

– Лейтенант… как вас там? Киреев? Формально вы абсолютно правы, я еду быстрее, чем разрешают правила дорожного движения, но если в результате задержки у меня сорвётся задание, я вас в любом округе найду.

– В таком случае придётся составить протокол, – поскучнел полицейский, поднимая руку с дубинкой, призывно махнул рукой водителю «Опеля». – Верните документы, гражданин Потапов.

– Майор Потапов! – процедил сквозь зубы Михаил. – Щас, только побреюсь.

Брови лейтенанта дрогнули, но отреагировать на движение он не успел. Потапов нанёс ему два удара – в живот и в подбородок, так что инспектор, вякнув, кувыркнулся через низкую решёточку справа от дороги.

Его напарник, молодой, белолицый, незагоревший, вылез из «Опеля» и бросился к месту схватки, однако нарвался на прямой «гвоздобой» майора и последовал за лейтенантом.

Проезжающих мимо машин, к счастью, было мало, заметили драку только два водителя, но не стали тормозить, наученные подобного рода происшествиями. Потапов тоже не стал ждать «продолжения банкета», нырнул в кабину «Ягуара» и дал газ.

Дарья заговорила не сразу:

– Обязательно надо было их лупить?

Потапов хотел отшутиться, заметив, что он их пальцем не тронул (что было правдой), но заметил морщинку на лбу нахмурившейся девушки и виновато шмыгнул носом.

– Не обязательно, но другого варианта я не нашёл. Мы в бегах, погоня где-то близко, и потеря даже пары минут может стать фатальной. Кстати, мне показалось…

– Что?

Михаил оглянулся.

– Инспектор сказал, что им разослана ориентировка – сбежал психбольной из какого-то лечебного центра, но он не сразу сделал это заявление, а только после того как я предъявил ксиву.

– Что?

– Удостоверение офицера «конторы».

– Ну и что?

– Ему очень хотелось посмотреть, кто у меня пассажир. Стёкла отсвечивают, он всматривался.

– Мог бы просто подойти. Ты думаешь, меня… ищут?

– Всё может быть, твои телохраны не простые сотрудники ЧОПа, а профи батальона «Аргус».

Дарья тоже оглянулась.

– Они же не знают, куда мы поехали?

– Но могут на всякий случай перекрыть все возможные пути бегства. Далеко ещё?

– Километров пять, там поворот налево по указателю.

– Ладно, успеем, надо думать, как проехать на территорию усадьбы. Если твои вертухаи догадаются предупредить охрану дачи, мы попадём в западню.

– Тогда лучше не ехать…

– У нас нет другого выхода, надо успеть нейтрализовать программу «засветки», иначе мы в какой-нибудь момент неожиданно вспыхнем, даже если будем находиться в безопасности.

– Хорошо.

– Есть мысли, как попасть на дачу без напряга?

– Я позвоню…

– Кому? Не отцу, надеюсь?

– Я бывала здесь часто, меня знают в лицо и должны пропустить без проблем.

– Тогда давай поступим следующим образом. Рулить можешь?

– Да, я вожу «Миникупер».

– Садись за руль, я пересяду на заднее сиденье, пригнусь, а когда мы проедем на территорию…

– Там их человек шесть, охранников, не меньше.

Потапов улыбнулся.

– Главное проехать, не поднимая шума, остальное я беру на себя.

– Мне страшно!

Он остановил машину, повернулся к девушке, вглядываясь в её затуманенные печалью и неуверенностью глаза.

– Мы прорвёмся! Такие подлые расчёты нельзя спускать никому, даже родному отцу! Но если ты не хочешь рисковать, я пойду один.

– Нет! – выпрямилась она, кусая губы, смахнула пальцем набухшую слезу, уткнулась лицом ему в грудь. – В последнее время отец меня вообще не слушал, стал как чужой! Булат поэтому и осмелел, окружил меня своими цепными шакалами. Я его ненавижу!

– Успокойся, будет и ему награда! Едем. Жаль, нет времени на вызов, у меня в группе есть классный айтишник Вова Тушканчик, он бы запустил «ночной дозор», и мы бы проникли к вам на дачу без помех.

– Что такое «ночной дозор»?

– Спецпрограмма, по сути, вирус, его изобрели хакеры, он загружает нужные файлы, перехватывает сетевой трафик, снимает скриншоты, включает и выключает веб-камеры и так далее. Нам придётся прорываться без поддержки. Ты готова?

Дарья отодвинулась, глубоко вздохнула, робко улыбнулась.

– Кажется, да.

– Есть такой вид спорта – шахбокс называется, спортсмены сначала соревнуются в шахматы, потом проводят боксёрский поединок. Вот мы сейчас и сыграем в шахбокс. Твой ход первый, ты начинаешь, поэтому надо выглядеть уверенной и естественной, по-спортивному злой, чтобы охранники ничего не заподозрили.