На краю Вселенной - Алекс Каменев

Для лицедейки из стратегического отдела сыграть роль податливой любовницы из провинциального захолустья раз плюнуть. Ну а дальше дело техники.

– Заглушить внешнюю связь. Никаких сигналов до завершения задания, – продолжила отдавать распоряжения преобразившаяся Лиа.

И пилот беспрекословно выполнял ее приказы, на этот раз даже не глядя на капитана.

– С этой секунды мы в режиме одиночного рейда. Любое неповиновение будет рассматриваться как предательство и согласно пункту один-пять приложения три устава внутренней службы СБ будет наказываться смертью, – девушка пронзительно посмотрела на Джареда, проверяя, принял ли он сказанное к сведению.

Долгое мгновение капитан молчал, но затем выдохнул непослушными губами:

– Принято.

Лиа резко кивнула.

– Принимаю командование миссией на себя.

Возражений не последовало. Пытаться оспорить? Как вариант. Но полномочия подлинные. Программу идентификации невозможно подделать, вшита на аппаратном уровне. И что капитана ждет при возвращении? Трибунал. По итогу, скажет спасибо, если отделается простым увольнением. Скорее всего, реальный арест, с последующим сроком.

– У нас нет снаряжения для вылазки на поверхность планеты, – все-таки попытался образумить стат-лейтенанта Джаред. Впрочем, без особого энтузиазма. Отдел стратегических изысканий – ему приходилось слышать об этом подразделении.

Происшествие с уничтоженным тюремным транспортом не так просто, как могло показаться на первый взгляд. И дело тут вовсе не в проникновении во внутреннюю сеть управления сектора.

– На борту имеются наборы армейской экипировки, – парировала Лия. – Плюс перед стартом я приказала загрузить в грузовой отсек четверку малых боевых дроидов с комплектацией «Штурм+». Этого хватит с лихвой.

Капитан удивился, ни о чем таком он не знал. Судя по отвисшей челюсти пилота, тот тоже.

Обведя внимательным взглядом немногочисленных слушателей, стат-лейтенант продолжила:

– А теперь позвольте познакомить вас с нашей целью, – тонкие пальцы девушки пробежались по комп-панели, на экране высветилось худощавое мужское лицо. – Уилар Хант, один из ближайших подручных главы криминального клана Куан…

Система М22-35-18.

Планета Гелия-6.

За пределами Бриджпорта.

11:15

– Сколько еще? – я покосился на дисплей навигационной проекции.

Однообразие ландшафта за стеклом обзорного контура навевало тоску и уныние. Бесконечная пепельно-серая пустошь с редкими кусками обломанных скал и невысокими взгорками каменистой земли.

– Меньше часа, – сообщила Зоуи, сверившись с картой. – Идем раньше срока.

Обгоняем график. Не слишком хорошо. В таких делах иной раз прийти раньше времени все равно, что опоздать.

– Сбрось скорость, – приказал я, кивнув на штурвал. – Не будем напрягать наших хозяев ранним прибытием. Уверен, у них там серьезная охрана на объекте, в том числе против воздушных целей. Не хватало еще, чтобы нас сбили на подлете.

Девушка молча кивнула. После проведенной вместе ночи мы едва с ней перекинулись парой слов.

Нет ничего хуже, чем вступать в личные отношения с тем, с кем работаешь. Не знаю откуда, но была в этом какая-то твердая уверенность. Может, не стоило спешить? С другой стороны, она сама пришла, сама сняла рубашку, сама притянула голову к груди. Какой мужчина сможет в этот момент остановиться? Это из разряда фантастики.

– Кстати, Ромеро часть заплатил вперед. Ваша доля, – я перебросил по пятнадцать тысяч Солу и Зоуи.

Пиктограмма банковского счета мигнула, информируя о сделанном переводе в рамках обмена между нейронными сетями.

– Ого, неплохо, – обрадовался техник.

Девчонка-пилот проявила радость более сдержанно.

– Спасибо.

Себе я оставил чуть больше, посчитав, что будет справедливо удержать небольшой процент как вознаграждение. В конце концов, корп заключал договор именно со мной.

– У меня для тебя тоже кое-что есть, – Сол перегнулся из пассажирского отсека.

В проем сунулся вчерашний панцирный рукав. Черная поверхность брони переливалась матовыми бликами.

– Зачем мне эта штука? – я попытался отпихнуть элемент технолат обратно. – Сам же сказал, что она бесполезна.

– Я провел небольшие улучшения, – техник ткнул большим пальцем себе за спину. – Здесь нашелся приличный набор инструментов и парочка запасных блоков. Ну, вот и сообразил, как все это добро пристроить.

Зоуи бросила быстрый взгляд назад.

– Кажется, это тоже осталось от Рэя. Он собирался продать, но не успел.

Я взял протянутый панцирь, первый критический осмотр не выявил особых изменений.

– И что в нем поменялось? Выглядит так же.

Сол дернулся, толстые пальцы протянули толстую пластину прямоугольной формы.

– Забыл. Это блок питания. Надо залинковать его с портом энергоподачи. Сейчас.

Началась возня, спустя пару минут напряженного пыхтения и сопения броня вернулась ко мне.

– Я провел калибровку, сбросил заводские настройки и перепрошил личностный идентификатор, – он помолчал и небрежно закончил: – Плевое дело.

Несмотря на тон, было видно, что техник искренне гордится проделанной работой.

– Он теперь рабочий? – удивился я, подумал и уточнил: – Им можно пользоваться?

Сол закивал.

– Да, но только с ограничениями. Про щит и не мечтай. Силовая защита жрет кучу энергии. Стандартный блок тут не подойдет, нужна высокоемкая батарея военного образца, – здоровяк хмыкнул: – Но нам ведь и не воевать в открытом поле сутками напролет, так?

– Так, – согласился я.

– Ну, вот и я про что, – воодушевленно сказал Сол. – Стандартный энергоблок тоже отлично подходит.

Примерил на руку поверх куртки.

– Нужен полный тактильный контакт, – пояснил Сол.

Так, ладно, а если так: взял нож и вспорол рукав, обнажая левую руку до плеча. Рецепторы с внутренней стороны панциря показались прохладными.

– Фиксация… сейчас… секундочку… – бормотал техник, возясь с управляющим блоком.

Ячейку питания приладили на пояс. Не бог весть что, но получилось прилично.

– Попробуй пошевелить.

Следуя указаниям, сжал пальцы в кулак. Перчатка плотно облегала руку, приходилось делать усилия. Послышался слабый скрип.

– Теперь с силовым нажимом, – Сол исчез в пассажирском отсеке, вернулся с куском металлического провода: – На вот, попробуй, сомни.

Я взял провод и с силой его сдавил. Раздался хруст, металл смялся.