Превозмоганец-прогрессор 5 - Серг Усов

— Как там наш узник? — сосредоточенно покусывая нижнюю губу и бросив на вошедшего в гостиную друга лишь короткий взгляд, принцесса вновь уставилась на доску.

Подойдя, Игорь увидел, что Тании грозит мат, если она поддастся на уловку и съест пожертвованного слона, но подсказывать не стал. Пусть любимая супруга сама увидит ловушку. Или не увидит.

Он сел на диван и принял у раба с красными от недавних слёз глазами кубок с разбавленным вином. Пропорции воды к вину, которые предпочитал граф Приарский, прислуга герцогини знала хорошо, советник и его жена были частыми гостями в покоях правительницы.

Отпив примерно треть, попаданец вернул увесистый серебряный сосуд парню и ободряюще подмигнул. Латана хоть и распускала временами руки, но делала это теперь заметно реже и совсем перестала отправлять слуг на мучительную казнь.

— Ты про какого из узников? — спросил Егоров, с удовольствием откинувшись на спинку дивана и пристроив на неё раскинутые крыльями самолёта руки. Мастер-мебельщик, поставщик двора, уже восьмушку изготавливал для дворца правительницы и замков графов Приарского, Ремсского и Моснорского диваны только со спинками и подлокотниками, в соответствии с чертежами Игоря. Другие владетели, сановники и гирфельские богачи тоже начали присматриваться и заказывать усовершенствованную мебель, — Семпилия отправил, а до Тихого Му ещё не дошёл.

— Угу, — буркнула принцесса, похоже, не слушавшая ответ на свой вопрос, и тут же, после того, как Тания поддалась на уловку, Латана, переставив на доске коня, радостно вскрикнула: — Мат! Один — один.

— Победил спорт, победила дружба, — прокомментировал результат Егоров, — Лана, ты слышала, что я тебе ответил?

В этот момент куранты на Башне Страха начали отбивать гулкие удары. Девять часов утра, а значит герцогине Гирфельской пора приступать к своим государственным делам, а её друзьям, чете графов Приарских, переночевавшим этой ночью в своих дворцовых апартаментах, следовало отправляться к себе. У Игоря с Танией дел имелось как бы поболее, чем у их сюзеренше.

— Слышала, не глухая. И что можешь мне доложить про эту скотину легата? Следует его отправить вслед за Бюстином? Насколько он будет опасен для меня?

— Пока сложно сказать, — Игорь убрал руки со спинки на колени. Хоть Лана и подруга, но субординацию соблюдать следует, да и некрасиво с его стороны, понимал он, сидеть развалившись в присутствии двух аристократок, — Однако, рассчитываю, что общий язык мы с ним найдём. Ну, а нет, так нет. А ты чего так при бое часов морщилась? Может переделать звук на менее громкий?

— Зачем? Я уже привыкла. Ты лучше пошли своих криворуких в порт и к Южной управе. Там стрелки — мне начальник стражи докладывал — дважды в сутки приходится почти на полчаса поправлять.

— Я в курсе. Но у меня обе свободные артели часовщиков вчера в Моснор отправились. А те, что в Ремсе, до конца восьмушки, как минимум, будут заняты. Всё исправим чуть попозже. Кстати, я решил и Трин осчастливить новыми механизмами определения времени. Там университет. Понимаешь? Ладно. Нам, как и тебе, уже пора идти. Насчёт участия Гирфеля в летней военной кампании, я свои мысли вчера вечером набросал, они у твоего секретаря. Посмотри. Как что надумаешь, зови, послание в Конгресс вместе составим.

Свой разговор с Тихим Му, тем самым, схваченным стражниками уголовным авторитетом Гирфеля, томившимся сейчас с раздробленными пальцами на всех конечностях в подземелье приарского замка, Игорь отложил на вторую половину дня. Появившись в своей резиденции, он, даже не заходя в замок, потребовал карету и вместе с супругой отправился в техноград.

— Мы с Ланой уже оценили твои рессоры, — садясь на диванчик спиной по ходу движения, сообщила Тания, — На её экипаже. Очередное чудо.

— Теперь оценю и я, — забираясь следом за женой и устраиваясь напротив, хмыкнул Игорь, — А ты сравнишь, чья карета лучше, наша или Ланина. Хотя, наверное, придётся больше оценивать качество городских мостовых. Повозки-то обе по одним, как говорится, лекалам сделаны и из одинаковых материалов, — он кивнул дружиннику, закрывшему дверцу и приказал начать движение, — Скоро такие начнут колесить по всем просторам Орваны.

Созданный техническим гением попаданца экипаж получил не только помпезную внешность, удобный салон и мягкий ход, но и раскладывающуюся лесенку, так что, теперь не надо было топтаться по спинам людей, чтобы забраться внутрь кареты.

— Рина говорит, что ещё три почти готовы. Правда, покупатели на них не аристократы, а толстосумы из гильдии менял, но заказы уже пошли и от владетелей. Лойм, тот отмахивается, а вот Майен и графы Кич и Репестер среди желающих. Рина всё хочет до Ланы добраться, чтобы та определила очерёдность, но ты же знаешь нашу красавицу-принцессу, к ней не всякий глава гильдии или городской чиновник пробиться на аудиенцию не могут пятидневками.

— Ну, Рина-то не просто девочка с улицы, это человек, перед которым у меня есть обязательства, — Егоров раздёрнул занавеску на оконце и увидел, что карета свернула с ратушной площади на Липовую улицу, — Так что, надо девушке помочь. Чёрт, а всё равно по заднице бьёт, — поморщился он при подпрыгивании на очередном ухабе, — Хоть асфальт изобретай. Только, где я у вас битум возьму? А что Рина такая невесёлая в последние дни? Домик она прямо возле Каретного двора купила, как и семью помощников, насколько я знаю. Работа по надуванию щёчек и пересказу Шминцу происходящих на производстве событий ей нравится. По деньгам, вроде бы, тоже не обижена.

Тания засмеялась.

— Игорь, в этом ли женское счастье? — спросила она, — Рине нужен мужчина, который возьмёт на себя заботу о ней. Она ведь, как была в душе покорной рабыней пожилого святоши, так ей и осталась. Она мечтает о хозяине, который станет ей указывать. Ты уж извини, что я так о твоей бывшей помощнице. Может, найдёшь ей кого-нибудь?

— Не, Тань, вот уж сводником быть у меня точно не получится. Я даже Айсе с Аршем никак не могу решится помочь, хотя вижу, как они друг на друга посматривают и краснеют. Как дети, прям. Честное слово. Ты не хочешь им подсказать?

Графиня ответить не успела. Игорь услышал вскрик возницы, почувствовал толчок от резко затормозившей кареты, быстро пересел к супруге и, обхватив её, почти мгновенно уложил Танию на пол салона.

— Не двигайся, — жёстко скомандовал он.

Карету сопровождала пятёрка дружинников, и сейчас эти воины попаданца вступили в бой. Лязг оружия, крики и ругань второго мнения о происходящем на улице не предполагали.

Оставив супругу лежать и наказав ей ни в коем случае без его команды не вставать, Игорь распахнул ногой дверцу и выкатился на брусчатку. Именно, что выкатился. И правильно сделал. Будь граф Приарский уроженцем Орваны, сейчас бы отлетел вглубь кареты с пробитой арбалетным болтом грудью, а так, он только услышал шорох пролетевшей стрелы и её стук об дерево салона. Бывший спецназовец на инстинктах действовал выверено и точно.

Тех двух оборотов, которые Игорь сделал выкатившись из кареты ему хватило, чтобы оценить обстановку.