Солнце в огне - Ксения Хан

которые таил в себе не-Чосон, не могла сделать её смелее или сильнее, когда мир бросал её на лезвия японских мечей и заставлял действовать вопреки сомнениям. И когда она сама могла отнять чью-то жизнь так просто.

«Человек – с-с-слабое существо», – прошипел имуги.

Да.

«Но мы с-с-сильнее».

– Сыта-голь? – позвал Намджу и присел рядом с Йонг, опуская глаза на её руки, сжимающие тубус. – Вы не ранены?

Йонг помотала головой, крепче стискивая пальцы вокруг металлического корпуса. Хорошо, что она взяла в магазине его, а не лёгкий вариант, который предлагал улыбчивый продавец. Что он знал о том, где и как Йонг будет использовать эту вещь.

Намджу кивнул, снова осмотрелся. Её взгляда он избегал, будто в глазах Йонг пряталось что-то настолько чужое и неправильное, что ему было страшно это видеть. Он встал, начал ходить по пещере, меняя один меч на другой. Покрутил тот в руке, примеряясь. Трупы японцев его не волновали, только что пережитый ужас не холодил кровь. Намджу был опытным воином. Это успокаивало быстрее, чем назойливый шёпот имуги, добравшегося до крови.

Пахло мокрым металлом, ярко и близко. Йонг подтянула тубус повыше, и запах усилился. Острыми когтями в голову впилось желание слизать кровь с корпуса тубуса, и Йонг стиснула зубы, чтобы не поддаться ему.

«Заткнись, – велела она. – Успокойся. Нам не нужно становиться чудовищем».

«Тебе – нет», – согласился имуги, но с ворчанием спрятался в глубине её разума, позволив самой контролировать тело.

Гаин вернулась спустя какое-то время; Йонг пыталась следить за ним по наручным часам, но те сбились, не пережив путешествие, и теперь стрелки замерли на шести тридцати. Время её мира. Последнее, какое она будет помнить.

– Намджу! – позвала Гаин у входа и тут же наткнулась взглядом на трупы. – Выследили, значит?

– Больше не придут, – ответил Намджу. – Но отсюда нужно увести сыта-голь, она…

Они вдвоём покосились на сидящую у стены Йонг и переглянулись.

– Я заберу её, – сказала Гаин. – Ты возвращайся в Хансон и скажи, чтобы всё подготовили. У западного склона остался конь, если его не угнали… Бери его и скачи что есть сил.

– Сэ, – ответил Намджу. Йонг невольно улыбнулась. Ёнглинъ было приятно слышать из уст того, кто знал его целиком, а не урывками, и мог говорить на равных с таким же знающим человеком.

– Сыта-голь, – обратилась к Йонг сыгунгарра. – Поднимайтесь, мы идём вниз, пока японцы не решили осмотреть местность. Храм захвачен.

Йонг встала, ощущая, как слова Гаин оседают в ней тяжёлым грузом. Храм Дерева? Священный храм? Святые духи…

– Ничего, – поняв её сожаление, сказала Гаин. – Генерал планировал это. Мы вернём своё позже.

– О каком генерале вы говорите?

Гаин и Намджу посмотрели на неё с тёплым снисхождением и одинаково склонили головы.

– Сыта-голь, вы же не знаете. Наш капитан получил…

Ответ Намджу потонул в чудовищно громком рёве, прокатившемся вниз по горам и заполнившем собой воздух от небес до самой земли. Йонг сорвалась с места быстрее, чем Гаин и Намджу успели сообразить, что происходит, всё тело напряглось, наливаясь знакомой тяжестью, словно вся она стала магнитом, который тянуло к металлу.

«Дракон!» – зашёлся в исступлении змей.

– Нагиль! – выдохнула Йонг и выбежала из укрытия, шаря взглядом по ярко-голубому ясному небу.

Он был там: спустился из-за облаков, тянущихся на востоке неровной грядой, мазнув хвостом над острыми пиками горного хребта. Его тень накрыла склон вместе с деревьями, щербатыми выступами, вместе с Йонг.

Он был огромным, белым и блестящим, и сперва Йонг подумала, что раненым, потому что на белоснежном теле проступали красные, точно кровь, пятна, но это были вкрапления другой чешуи.

– Он изменился?.. – спросила она, обращаясь к имуги, но ей ответила Гаин:

– Сэ, сыта-голь. Ёнгданте теперь Дракон двух стихий.

И он вырос в размерах, должно быть. Йонг никогда не видела его вблизи, и те рваные воспоминания о полёте в полубессознательном больном бреду всегда казались ей навеянными лихорадкой, слишком смазанными, чтобы быть правдой.

«Он красивый!» – зашипел имуги. Йонг согласилась с ним, хотя вид такого огромного зверя напугал её не меньше, чем восхитил змея.

– Поторопимся, сыта-голь, – бросила ей Гаин и схватила за руку. – Пока японцы дуют в штаны от страха, у нас есть время, чтобы спуститься вниз незамеченными.

Она потащила Йонг в одну сторону, но та упёрлась ногами в землю.

– Намджу, – кинула она через плечо, – там в пещере рюкзак, вещь из Священного Города. Возьми его с собой.

Он хотел стянуть с плеч её куртку, но Йонг, ощущая новый виток не-своей силы, отказалась.

– Поезжай так, тебе нужнее.

Гаин буркнула Намджу что-то на ёнглинъ, и они распрощались.

Пока спускались, следуя тропой Дочерей, Йонг с трудом удавалось смотреть себе под ноги и не искать в небе Дракона, но его рёв, сердитый шелест деревьев от взмахов его хвоста мешали даже думать о чём-то кроме Великого Зверя. Он знает, что Йонг здесь, в его мире? Он ждёт её?

Гаин сказала, они готовились к её приходу, но ожидали появления вечером, а сейчас, должно быть, не было и полудня. Тем больше времени у неё будет, чтобы выполнить задуманное, прежде чем Бездна закроет Глаз и все её вещи истлеют прямо в руках.

«За нами идут», – вдруг зашипел имуги, когда Йонг спрыгнула с уступа на толстый слой снега у подножия гор. Йонг и сама почувствовала это: в затылке вновь защекотало незнакомое, но узнаваемое ощущение, и она заозиралась по сторонам.

Просвистели два коротких сигнала, Гаин выругалась.

– Нас заметили, сыта-голь, – резко сказала она. – Бежим.

И они побежали, огибая высокие стволы сосен, скользя по покрытой коркой льда земле, утопая в снегу. Гаин рассекала копьём попадающиеся на пути низкие кустарники колючего можжевельника, чтобы Йонг было проще за ней следовать. Она старалась не отставать и в какой-то миг обогнала сыгунгарра, так что та рявкнула:

– Держитесь позади!

Но позади их как раз нагоняли. Японцы, человек девять-двенадцать, Йонг не могла распознать точнее, хоть напряжённый слух вылавливал разные звуки. Гаин выбросила руку в сторону, останавливая Йонг: впереди маячили фигуры другого отряда. Чужого отряда.

Засвистели над головой стрелы: это с гор к ним спускались Дочери и обстреливали неприятеля, отделяя Йонг с Гаин от одной группы японских преследователей.

– Не попадите под меч, – предупредила Гаин, оттолкнула Йонг и бросилась вперёд. К ней присоединились подоспевшие Дочери, Йонг даже смогла различить фигуры Ильсу и Чхонги, прежде чем развернулась, чтобы бежать в обратную сторону.

Пара уцелевших под градом стрел японцев подбиралась к ней. За спиной сражались Дочери и побеждали, судя по крикам, только на