Пленники Диргана - Роман Глушков

– И почему вы уверены, что я не пришел бы ему на подмогу? – продолжал играть роль честного торговца Нублар.

– Потому что так поступают все пираты и контрабандисты, если они не хотят нажить себе массу неразрешимых проблем. Да бросьте изображать из себя праведника, капитан! В каталоге галактических преступников Народной Диктатуры Маробода ваш рейтинг не слишком высок. Но он все равно намного выше моего, а я числюсь отнюдь не в конце этого списка. Неужели вы думаете, что я так наивен и не проверяю личности тех людей, с кем сталкиваюсь в местах, куда ни один нормальный человек не сунется по собственной воле?

– И кем же, дорогой коллега, по этому «почетному» списку прикажете мне считать вас? Пиратом или тоже контрабандистом? – осведомился Нублар, прекратив отпираться. Это больше не имело смысла, поскольку он тоже знал про существование такого каталога и про место, которое сам в нем занимал.

– Не тем и не другим, – расплылся в любезной улыбке Готфрид. Не обскакав Нублара в криминальном рейтинге, он был доволен тем, что одержал над смаглером-сайтеном хотя бы такую победу, изловив его на вранье. – Народная Диктатура Маробода навесила на меня ярлык браконьера, но я считаю его слишком обидным. И поэтому предпочитаю называть себя охотником. Мое призвание – это выслеживание и поимка редких экзотических животных, за которых хозяева нелегальных заповедников, гладиаторских арен и зоопарков всегда готовы платить хорошие деньги. Дирган – одно из моих любимых охотничьих угодий. Природоохранные службы и охотники-любители не суются в такую глушь. А разнообразие фауны здесь таково, что за шесть своих экспедиций сюда я не каталогизировал, наверное, и двадцати процентов всех видов райзеров. А вы, капитан, не занимаетесь торговлей животными?

– Даже не пытался. На окраине галактики, где я промышляю, на этот товар банально нет спроса, – развел руками смаглер. – Вильдеры не строят зоопарков и заповедников. Все их миры – по сути сплошные зверинцы и гладиаторские арены, где они веками рвут друг другу глотки. Поэтому там гораздо дороже ценятся всяческие пушки, нежели зверюшки… Послушайте, капитан Готфрид! Каюсь, если бы я заранее знал, что мы с вами коллеги, я не стал бы плести вам про себя небылицы. Но раз теперь между нами установилось взаимопонимание, значит, мы можем побеседовать с вами, как разумные деловые люди, не тыча друг в друга пушками, согласны?

У Ленца и Шини эти слова вызвали смех. После чего Готфрид, тоже не сумев сдержать улыбку, внес резонное уточнение:

– Вообще-то, если вы случайно не заметили, пушками здесь тычут лишь в одного «друга». И тычут понятно почему – вы и сами тыкали бы ими в нас, не отбери мы ваше оружие. Но такой расклад устраивает меня намного больше, поэтому не обессудьте. А лучше считайте мою осторожность профессиональной охотничьей привычкой – такой же, как ваша профессиональная привычка выдавать себя за вполне законопослушного торговца… Но вы заикнулись о деловом разговоре. Предполагаю, я знаю, о чем пойдет речь. Вы хотите, чтобы я переправил вас с Диргана на более благоприятную и теплую планету, верно?

– Абсолютно верно! – закивал Нублар. – И, разумеется, не забесплатно! Пускай сайтенские власти конфисковали мой корабль, но у меня остались кое-какие накопления, чтобы оплатить вам эту услугу и компенсировать все издержки, которые вы из-за нас понесете. Так что внакладе не останетесь, это я вам гарантирую!

– Если вы не торгуете экзотическими животными, откуда вам известно, какие я понесу издержки и какую цену сочту приемлемой за подобную услугу? – полюбопытствовал Готфрид.

– Я исхожу из сугубо разумных соображений, – пожал плечами смаглер. – Беру в расчет цену, в которую это обошлось бы мне. Плюс добавляю к ней сверху стандартные двадцать… Ну хорошо – пускай двадцать пять процентов за срочность, если мы улетим отсюда в течение двух местных суток.

– Хм… Какие забавные расценки у вас на окраине галактики… – Браконьер переглянулся с ухмыляющимися компаньонами. Кажется, предложение смаглера их совершенно не впечатлило. – Ну да, сиди я без работы или на крючке у кредиторов, то сейчас плясал бы от восторга. Вот только обстоятельства складываются, увы, не в вашу пользу. Боюсь, что у вас – беглого преступника – просто нет таких денег, чтобы покрыть мои издержки, если я соглашусь на ваши условия. Сожалею, но такова горькая правда. Неотложные дела не позволяют нам покинуть Дирган в ближайшее время и вообще отклоняться от маршрута нашей экспедиции.

– Понимаю и готов войти в ваше положение. Ладно, в таком случае мы готовы подождать. И согласны на то, что вы высадите нас на любую цивилизованную планету, лежащую на вашем маршруте. Мы даже не заставим вас тратить на нас продовольствие. Просто одолжите нам ненадолго шаттл и отряд робокригов, и мы достанем себе пропитание на «Триглифе».

– И к чему мне эта лишняя морока, когда у нас и без того работы невпроворот? Нам будет куда проще и дешевле вернуть вам грависани и оружие и выпроводить вас из города, – продолжал оставаться непреклонным Готфрид.

– Помилуйте, капитан! – возмутился Нублар. – Я просто не верю своим ушам! Вы что, серьезно намерены отказаться от достойного и совершенно необременительного для вас заработка? Но это уже выходит за рамки всякой логики!.. Эй, а вы что скажете, Ленц и Шини?! Ваш капитан назвал вас своими компаньонами! А это значит, что у каждого из вас есть право оспорить его решение, если оно покажется вам невыгодным! Ну же, ответьте мне: согласны вы или нет оказать нам услугу за хорошее вознаграждение?

Ржавый Клык видел, что оба помалкивающих браконьера относятся к своему капитану с почтением и вряд ли станут ему в чем-то перечить. Но после того, как Нублар обратился к ним напрямую, Ленц неожиданно приблизился к Готфриду и что-то негромко сказал ему на ухо. Судя по жестикуляции Ленца, он предлагал боссу отойти в сторонку и кое-что обсудить.

Готфрид выслушал его, молча кивнул и уважил просьбу компаньона. После чего они, забрав с собой Шини, ушли в тыл отряда робокригов и приступили к совещанию, то и дело косясь на пленников.

Если компаньоны хотели высказать Готфриду возражения, то сейчас он должен был начать с ними спорить. Но капитан, выслушав их аргументы, почему-то не стал им возражать. Снова кивнув и наскоро переговорив с Ленцем и Шини – видимо, обсудив нюансы их предложения, – он вернулся к пленникам и заявил:

– Что ж, капитан, поздравляю: вы нашли себе хороших заступников. Они смогли убедить меня в том, что я зря отказываю вам в помощи и в гостеприимстве, и я пересмотрел свою точку зрения. Поэтому давайте начнем диалог заново. Как вы смотрите на то, чтобы отправиться на «Шпир» и обсудить ваше деловое предложение в более спокойной и приятной обстановке?.. Только у меня будет одно условие – вы все наденете на руки и на ноги браслеты безопасности.

– В смысле – кандалы? – усмехнулся Нублар. – Какая жестокая ирония: у меня все еще чешутся запястья от кандалов, которые мы носили на «Годдарде», а мне уже надевают новые! И не какой-то там законник, а собрат по бизнесу!

– Думайте что хотите, – отмахнулся Готфрид от его упреков. – Но вас четырнадцать человек, а нас всего трое. К тому же мы впервые видим вашу компанию. Хотя вас, капитана, я могу в знак уважения избавить от ношения браслетов. Но только вас одного, и никого больше.