Хозяйка перекрёстков - Владимир Василенко

– Слава богам, ты жива! – прошептала она, с замиранием сердца прислушиваясь к буре, бушующей у неё в груди. – Не бойся… Не плачь, дитя. Я никому не позволю тебя обидеть, слышишь?.. Нет-нет, не смотри туда! Это были плохие люди.

Она встала, подхватывая ребёнка на руки. Невесело усмехнулась собственным словам. Плохие люди… Как будто они с Нетопырём – хорошие. Их и людьми-то уже давно нельзя назвать. Они – слуги Красной руки. Неведомой и страшной силы, суть которой и сами слабо понимают.

От мысли, что через пару дней ей придётся передать девочку другому члену культа и навсегда забыть о ней, Шепчущей стало тоскливо и больно. Но она постаралась отбросить эти мысли. Еще со времен жизни в Пустошах она привыкла жить одним днём. Прошлое – лишь пепел. Будущее – туман. Есть только здесь и сейчас.

Главное, что этот досадный инцидент позади. Впредь она будет осторожнее и не позволит ни себе, ни Нетопырю столь глупых ошибок.

– Всё хорошо, дитя. Всё хорошо… – шептала она, глядя девочку по волосам. Обернулась в поисках напарника.

Нетопырь уже тащил под уздцы обеих лошадей. Те взбрыкивали и сопротивлялись, но он легко пересиливал их.

– Ну, пойдем? – ободряюще шепнула она девочке и вдруг улыбнулась – как сумела, криво и неловко. Наверное, больше походило на гримасу, да и та далась ей тяжело – лицо словно задубело, и те мышцы, что отвечали за улыбку, казалось, уже давно пересохли.

Но девочка, вытирая слёзы, робко улыбнулась в ответ.

Я устало опустился на толстый древесный корень, дугой торчащий из-под земли напротив каменного стола Эреш. Жутко захотелось выпить, хотя в обычной жизни я практически не употреблял алкоголь. Но прошлая жизнь и не подбрасывала такого стресса.

Заглянув в Суму, обнаружил, что припасы, подаренные мне фермерами на Трясинном мосту, всё ещё там. Странно. Насколько я понял правила Лабиринта, все посторонние предметы должны исчезать после перехода на другой Осколок. Или поляна Эреш не считается? А может, дело в самой Суме, и с её помощью всё же можно протаскивать кое-какую контрабанду?

Я вытащил глиняную бутыль с вином.

– Я пыталась связаться с Ассандрой или хотя бы узнать, где она сейчас находится, – продолжила тем временем демоница. – Однако это не получилось сделать даже с помощью Зеркала Абраксиса.

– Абраксис… Знакомое имя… – пробормотал я, зубами вытаскивая неподатливую пробку.

Вино оказалось терпким, кисловатым, с заметным привкусом яблок. Честно говоря, тот ещё шмурдяк, но мне сейчас и хлорка за сахар.

– Это одно из божеств Лабиринта. Его сила – в способности находить других существ и артефакты на любом из Осколков, объединённых Паутиной.

– И чем он отличается от Ассандры?

– Она гораздо сильнее. Её дар распространяется и за пределы Лабиринта. К тому же Абраксис не имеет конкретного воплощения. Взаимодействовать с ним можно в основном через специальные алтари. Они могут встретиться тебе на некоторых Осколках.

– Но Ассандру ему найти не удалось? И что это значит? Она мертва?

– Или находится за пределами его досягаемости. Впрочем, оба эти варианта… немыслимы, – неохотно ответила она – как всегда, когда речь заходила о чём-то, что выходило за пределы её знаний или понимания.

– Вы сами говорили, что сущности Лабиринта не всесильны…

– Да, но… Есть вещи, которые считаются незыблемыми.

– Как, например, то, что никто не может попасть в Лабиринт, миновав эту поляну? – не удержался я.

– В том числе, – раздраженно дернув головой, ответила она. – Это тоже до сих пор не даёт мне покоя. Боюсь, тебе сложно это понять…

Я саркастически усмехнулся.

– Сложно понять, что чувствуешь, когда рушится привычный мир? Ну да, куда уж мне…

Она смягчилась, и губы её тоже тронула усмешка.

– Впрочем, да, о чем это я… Твоя жизнь тоже уже не будет прежней.

– А с Козлоногим вы пытались связаться? – спросил я.

– Да. Нам удалось поговорить, хоть и недолго. И мне очень не понравился его настрой. Мне показалось, что он что-то скрывает. И что он… напуган.

– И что же может напугать таких, как вы?

– Хороший вопрос. Действительно, пугает нас немногое.

– Ну, например?

– Например, неизвестность. Или… небытие.

– Разве вы не бессмертны?

– В свете последних событий я уже ни в чем не уверена…

– Но что конкретно рассказал ваш брат?

– Энки тоже беспокоят эти незваные гости, появившиеся в Лабиринте. И он пытается самостоятельно выяснить, кто они. По его словам, это смертные. Какой-то арранский тёмный культ, не то совсем новый, не то просто возрождённый. Что это за культ, кто стоит в его главе – пока непонятно. Но наверняка это кто-то из сущностей, обладающих реальной мощью.

– Из Лабиринта?

– Скорее уж из самого Заарума. Арраны уже давно заигрывают с силами, об истинных масштабах которых порой даже не догадываются. Это едва не погубило их мир. Но, кажется, даже после этого они не собираются останавливаться. А может, просто хотят довести дело до конца?

– Значит, тот шпион, которого я видел на Аксисе…

– Он, без сомнения, один из служителей этого культа. И, возможно, на Аксисе тебе будет проще выйти на их след. Только будь крайне осторожен! Энки подозревает, что культисты каким-то образом научились черпать силу напрямую из хаоса.

– И что это значит?

– Он утверждает, что с помощью игниса они изменяют свои тела и разум, получая силу, которая и не снилась простым смертным.

– Игнис? Энергия первозданного хаоса? Насколько мне известно, ей невозможно управлять. Она действует непредсказуемо…

– Всё верно. Но, тем не менее… – развела она руками.

Впрочем, отрицать очевидное было глупо. Этой ночью я своими глазами видел человека, буквально пропитанного игнисом, но при этом сохранившего рассудок. Теперь понятно, почему он покончил с собой, да ещё так, чтобы не оставить после себя даже тела. Похоже, культисты стараются сохранить в тайне даже само существование таких, как он.

А ещё вспомнились слова Джабари о том, что в последнее время на Аксисе всё неспокойнее, и Ординаторы даже подозревают о заговоре против себя. Совпадение? Кто знает, кто знает…

– Да уж, действительно, так себе новости, – вздохнул я. – Ничего не прояснилось, только возникло ещё больше вопросов…

– Возможно, тебе удастся выяснить больше, когда поговоришь с Энки. Или если у тебя получится взять живьём кого-то из членов этого культа.

– Легко сказать… Но я попытаюсь.

Эреш кивнула и перевела взгляд на игровое поле, давая понять, что возвращается к своим прямым обязанностям. Камень Трясинного моста она отметила пройденным. Выделила смежные с ним – доступные для посещения на следующем ходу.