Космические циклы романов - Юрий Константинович Тарарев

– Да нет, не утрируй, всё нравится.

– Тогда я тебя не понимаю, в чём дело? – пытался он её запутать в словах.

– Да ни в чём, Артём.

Разговор стал её раздражать, она флиртовала с парнями, но не более того, не позволяя себе давать им надежду на продолжение отношений.

– Я тебе не давала повода.

– Ну как же, Надежда, а эта прогулка? – цеплялся Артём за ситуацию, как утопающий за соломинку.

– Артём, давай прекратим этот разговор и останемся друзьями, а то мы так далеко зайдем.

– Я готов зайти так далеко, как только можно, я хочу, чтобы ты была моей, моей женой, матерью моих детей.

Всё это время они стояли друг против друга, Артём резко притянул к себе и обнял Надежду, почувствовав через тонкую рубашку прикосновение её упругой груди. Он совсем потерял голову, и его рука невольно скользнула под блузку Надежды. Другой рукой он держал её голову и целовал эти умопомрачительные полные губы. Надежда от неожиданности опешила, но быстро пришла в себя и, почувствовав под блузкой руку Артёма, которая никак не могла справиться с застежкой бюстгальтера, уперлась двумя руками ему в грудь и со всей силы оттолкнула, забыв, что они стоят на вершине Машука. Вниз из-под ног уходил достаточно крутой склон. Не ожидавший такой реакции Артём закувыркался с обрыва. Глаза и сознание Надежды наполнились ужасом, а Артём, как тряпичная кукла, всё кувыркался вниз по склону горы.

«Помогите», – прошептала она, потом голос прорезался:

– Помогите! – закричала она во весь голос. На крик прибежал охранник.

– Чего орешь?

– Вон… – не в силах говорить показывала она рукой вниз.

Падение Артёма остановилось, и он теперь без движения лежал на склоне в траве.

– Вот тебе раз, – озадаченно проговорил охранник и стал спускаться к лежащему Артёму.

Спуск занял минуты три. Артём улетел вниз не очень далеко, охранник присел над ним, пощупал пульс на шее, перевернул его на спину, нагнулся, приложил ухо к груди, потом поднялся и крикнул:

– Жив!

Артём пошевелился, открыл глаза: перед ними все мельтешило, да ещё и это солнце.

– Не двигайся, надо проверить, всё ли у тебя в порядке. Ничего не сломал?

И тут Артём пришел в полное сознание и всё вспомнил. Увидел охранника, который его ощупывал. Он тупо на него посмотрел, но не среагировал, сел, голова закружилась, и он вновь чуть не покатился вниз.

– Куда? – схватил его за воротник охранник.

Артём подвигал руками-ногами – вроде всё цело. Поднялся, подал руку охраннику:

– Спасибо вам, – и с чувством пожал, – за мной сигареты, обязательно поднимусь и принесу.

– Да ладно, жив – и то хорошо, – ответил охранник. Они поднялись к вершине.

– Вот ваш ненаглядный спутник, вы с ним поосторожней, а то в следующий раз так легко может не отделаться.

– Спасибо вам, – всхлипывая, поблагодарила Надежда охранника, и тот пошел к себе на пост.

– Ты чуть меня не убила, – накинулся на неё Артём с упрёками. Надежда была в шоке:

– Я нечаянно, рефлекторно тебя оттолкнула, я не думала, что так получится.

– Ладно, ладно, успокойся, – примирительно проговорил Артём, подходя к ней и пытаясь снова обнять.

– Не прикасайся ко мне, я хочу домой.

– Хорошо, пойдём, что с тобой такое? Подумаешь, обнял.

– Да, обнял, а зачем бюстгальтер расстёгивал?

– Ну ты смешная, из прошлого века прям! А для чего же он еще нужен? Чтобы его расстёгивать и любоваться тем, что под ним!

– Ну ты и пошляк!

– Да нет, реалист, просто тебе нужно быть проще.

– Какой мне быть, я решу сама, и меня твоё мнение по этому вопросу не интересует, можешь оставить его при себе.

– Спасибо, уже оставил.

Постепенно они спускались вниз, впечатления от происшествия наверху сглаживались, Артём больше не приставал к Надежде. Была почти середина горы, осталось преодолеть достаточно крутой спуск, а потом пройти по пологой тропе до самого вокзала. Погода изменилась, отдельные облака превратились в сплошную облачность – в горах погода непредсказуема. Стал накрапывать дождик, превратившийся в ливень. И без того трудная тропинка превратилась в сплошную грязь, сверху полились потоки воды.

– Всё, приехали, дальше идти опасно, нужно переждать непогоду, – тоном, не терпящим возражений, проговорил Артём.

– А может, дойдём, – робко и неуверенно предложила Надежда.

– Можешь идти, если есть желание сломать себе шею, – пресёк её попытку продолжить спуск Артём.

– А вот и подходящее укрытие, – Артём показал пальцем на небольшое строение над выходом горизонтальной штольни, оставшейся от прошлых выработок, таких в горе было много.

– Я боюсь, – вновь стала упираться Надежда.

– Ну ладно, мокни, если хочешь, а я в укрытие.

Тут небо разорвал разряд молнии, и грянул оглушающий гром. Надежда взвизгнула, схватилась за руку Артёма, и они бегом припустились к строению. Вбежав внутрь, отдышались. Надежда не заметила, как сама прижалась к Артёму, а он решил не пугать её: отрицательный опыт он уже получил. Огляделись. Помещение небольшое, но сухое. Оба промокли насквозь и замёрзли.

– Вот бы погреться, – вырвалось у Надежды.

– Сейчас организую.

Артём набрал сухих веток, которых тут было много, и сложил посредине, затем достал из рюкзака спички и разжёг небольшой костёр. Снаружи бушевала гроза, а у них было уютно и тепло.

– Надо подсушиться, а то простудимся, – предложил Артём. В Надежде горел огонь противоречия:

– Мне и так хорошо.

– Как хочешь.

Артём стал снимать с себя одежду и развешивать её у костра, который разгорелся и играл языками пламени, отбрасывая призрачные блики по сторонам. Потом, не торопясь, достал из рюкзака небольшой плед, расстелил у костра и в одних плавках уселся поближе к огню, делая вид, что не обращает внимания на Надежду. А Надежда никак не могла согреться, её трясло от холода и страха, зубы отбивали чечётку.

– Отвернись, – наконец тихо проговорила она.

Артём отвернулся. Надежда стала снимать промокшие спортивные брюки и блузку.

– Артём, не оборачивайся, дай мне плед, а сам сядь, пожалуйста, на рюкзак.

Артём не стал артачиться, кинул, не глядя, ей плед, в который она тут же закуталась, завязав узел на груди. Потом развесила мокрую одежду у костра и уселась рядом с Артёмом.

– Артём, ты не находишь, что ситуация складывается какая-то романтично-трагическая?

– Про трагическую не скажу, а вот для романтической не хватает только шампанского и бокалов, – говоря это, он повернулся и достал из рюкзака бутылку сухого вина и бутерброды.

– Ничего себе, откуда?

– Открою тебе секрет – из рюкзака, как же можно идти в горы с красивой девушкой без вина!?

– Ты опять начинаешь?

– Да нет, продолжаю. Продолжаю тебя лечить, после такого переохлаждения надо согреться изнутри, и