Интермир. Серебряная греза - Нил Гейман

Крохотной искрой затлела надежда. Если меня оставят в живых, я как-нибудь выберусь. Он, верно, собирается выварить меня и поработить мою душу, но раньше я сбегу. Уж с этим-то управлюсь.

– Ты лишился всего, и смерть для тебя стала бы милостью. Ты все еще можешь Шагнуть, но куда ты пойдешь? На корабль нет возврата, а драгоценных крох времени, отпущенного тебе, не хватит, чтобы нас остановить. Наступает Морозная ночь, щенок. С ней ты уже повидался.

Я почувствовал, что с землей творится что-то странное: она будто размягчалась, оседая подо мной. Я взглянул на траву и обомлел.

Трава жухла. Прямо на глазах. Потянуло болотной гнилью, в воздухе заплясал гнус, а с неба посыпались дохлые мухи.

– Власть, которая все преобразит. – Голос Догнайфа разносился эхом, подавлявшим все прочие звуки. – Морозная ночь. Гибель богов. Наша Серебряная греза.

В глазах потемнело. Вырубаюсь, подумал я, но тотчас понял: нет, это чернеет сама земля.

– Ты станешь живым свидетелем, маленький Путник. Уйти ты не сможешь.

Земля подо мною разверзлась, и я завис над бездной, успев заметить, что Акасия озарилась ярко-зеленым светом. Потом свет померк, и она исчезла, а я провалился в Невесть-Где.

Там я пробыл мгновения, показавшиеся вечностью. В Невесть-Где обалдеваешь не меньше, чем в Промежутке, только иначе. В Промежутке есть всё, а в Невесть-Где нет ничего. Вообще ничего – ни звуков, ни света, ни воздуха. По крайней мере, так оно в первые секунды, а потом понимаешь: что-то во мраке прекрасно о тебе осведомлено.

Один раз я здесь уже был, но волевым усилием выбрался. Теперь я пытался повторить свой фокус, однако тщетно – сказывались усталость, пережитые волнения и страх. Да еще растерянность. Куда идти-то? Дороги домой, в Интермир, не было.

Пришла жуткая мысль: может, лорд Догнайф этого и хотел – навеки заточить меня в Невесть-Где? И тут вдалеке возникла светящаяся точка. Потом она стала такой яркой, что я зажмурился. В тот же миг я будто вновь обрел массу и вес и начал свободное падение в смерть. Меня охватила безумная паника, а потом я грохнулся на землю.

Удивительно, я не сильно ушибся. Казалось, лечу в бездну, а на деле шлепнулся будто с высоты двух-трех футов.

На землю. Ибо пахло травой, которую я и увидел, открыв глаза.

Я застонал и перевернулся на бок. Жутко ныло запястье (хуже, чем плечо, перебитое в камнепаде), дикой болью отзывались ребра (уж одно-то наверняка было сломано). Вокруг никого. Я снова в том мире, откуда выпал? Да нет… Вдалеке что-то знакомо шумело. Корабли?

Нет.

Что-то другое.

Я приподнялся и обомлел: по шоссе аккуратной чередой мчались машины.

Автомобили.

Кое-как я встал на ноги и заковылял к шоссе. Оказалось, я в парке. Вон как будто знакомая скамейка. И статуя. И таблички с названием улиц.

Я дома. Не на Базе Интермира. У себя дома.

В своем мире.

Лорд Догнайф не только оставил меня в живых, но и отправил домой.

Наступает Морозная ночь, – прошелестел его голос. – Ты станешь живым свидетелем, маленький Путник.

Власть, которая все преобразит…

Бинарии и ХЕКС желают прибрать к рукам Альверсум, перекроить все миры по собственным меркам. Меня отпустили домой, но скоро дома не будет. Его уничтожат, а вместе с ним и меня.

Превозмогая боль, я захромал к перекрестку.

Вспомнились слова Ежи: Если б не Интермир, я бы уже был покойником. Я обязан ему жизнью.

Вот так и со мной. Когда я впервые случайно Шагнул, меня засекли маги. Выслали погоню. Если б не Джей, меня бы схватили и прикончили. Я стал бы синим огоньком в ореоле Жуакина.

Уйти ты не сможешь, – сказал лорд Догнайф.

Я глубоко вдохнул и попробовал отыскать портал. Было ужасно страшно, что ничего не выйдет. Но через секунду страх сменился безмерной радостью, от которой у меня чуть не подкосились ноги.

Путь в Интермир был закрыт, но я по-прежнему мог Шагнуть. Мог путешествовать между мирами. Найти своих.

Я расправил плечи. Да плевать на все болячки! С моей-то подготовкой! Парочка сломанных костей меня не остановят. Впереди много дел. У меня есть воля и цель, а главное – далеко-далеко отсюда меня ждал корабль.

Лорду Догнайфу даже не снилось, как далеко я смогу уйти.