Лучший экипаж Солнечной - Олег Дивов

Так что маяк нес службу, армия тормозила зазевавшиеся грузовики, полицейские силы ковырялись в Поясе, а Ред-Сити упорно отрицал, что контрабандные разработки финансируются им на правительственном уровне. Иногда марсиане арестовывали какого-нибудь совсем уж зарвавшегося торговца и устраивали над ним показательное судилище. После чего безобразник ввиду отсутствия на Марсе тюрем отправлялся под домашний арест. Откуда и продолжал свою преступную деятельность, необходимую марсианской экономике позарез. На Красной планете с ресурсами было так себе, а не имеющая официально собственного грузового флота Венера за каждый грамм обогащенного урана платила живыми деньгами. Причем так или иначе, а деньги эти шли с Земли, которой Венера подбрасывала время от времени здоровые яйцеклетки. Положение было идиотское, это все признавали, и только политические амбиции земных менеджеров не давали им по-хорошему договориться с бывшими колониями. Но альянс уже сам напрашивался. Слишком туго шли дела на Земле, чтобы не признать: силовые методы результатов не дают, и с сепаратистами пора дружить. Предстоящее Собрание Акционеров намеревалось решить этот вопрос раз и навсегда, а одним из следствий перехода от холодной войны к настоящему миру должен был стать демонстративный роспуск военного флота.

Умный Дядя Гуннар просчитал эту ситуацию еще в ходе второй марсианской кампании. Адмирал флота крепко призадумался и сообразил, что спасти его от почетной отставки может только обнаружение внешнего противника, равно опасного для всех планет. Дядя Гуннар вызвал к себе начальника разведки и приказал доложить информацию по чужим. Информации оказалось много, но вся она была, мягко говоря, неубедительной, а если честно — с нехорошим шизофреническим душком. Тем не менее адмирал флота организовал утечку данных в Сеть и стал ждать реакции.

Отклик пришел не только от рядовых акционеров и не столько от них, сколько от Совета Директоров. Народ пошумел и вроде бы успокоился. А вот руководство планеты вызвало Дядю Гуннара на беседу, и, вернувшись, адмирал Кёниг вид имел бледный. С этого момента любой разговор о чужих в стенах Адмиралтейства вызывал дисциплинарные последствия, а сам Дядя Гуннар впал в меланхолию. Ему и раньше случалось вести себя этакой марионеткой, а теперь он просто на все плюнул и слепо проводил в жизнь линию гражданского начальства. В частности, не моргнув глазом, загнал группу F на Марс, хотя здорово сомневался в том, что элитную бригаду стоит отправлять на полицейскую операцию.

Сам того не зная, адмирал Кёниг добился-таки своего. И уж совсем нечаянно этим нагадил флоту. Мысль о том, что космос может быть враждебен, не вызвала мгновенной реакции, но отложилась у землян в подкорке. И социологи обнаружили, что исход голосования по роспуску флота может оказаться совсем не однозначным. Увы, за решением о переводе военных кораблей в грузовики прятались такие деньги, о которых Дядя Гуннар и не подозревал. Кроме того, Марс и Венера ставили будущие торговые контакты в прямую зависимость от устранения земной угрозы. Экономика и политика нависли над военными астронавтами и собирались их раздавить.

Перед лицом такой проблемы никому не было дела до того, что адмирал Успенский, дабы потешить свое любопытство, за казенные деньги отправил на край света какого-то Абрама. Тем более что Успенский не лез в политику. Он, конечно, грызся с Адмиралтейством, но это были личные сложности Дяди Гуннара. В остальном адмирал Рашен вел себя как честный служака. И до поры до времени его не трогали. Мелкое разбазаривание фондов не походило на преступление, способное всерьез замазать дерьмом ослепительную репутацию командира группы F. На флоте и без того доставало начальников, за которыми в массовом сознании закрепился образ кровожадных чудовищ.

Поэтому группа F отправилась к Марсу, и не просто так, а на бустерах. А в Сети что ни день возникали материалы, напоминающие акционерам о зверствах военных, из-за которых погибло куда больше мирного инопланетного населения, чем могла себе позволить изнывающая от генетического дефицита Земля.

А скаут «Рипли» осторожно подгребал к зоне активного поиска. Эбрахам Файн придирчиво следил за работой экипажа и про себя неумело молился. Религиозность на Земле считалась чем-то вроде заболевания психики, но Файну на это было наплевать. Ему, уверенному в существовании чужих, требовался сейчас Божий промысел, и никак не меньше. Чтобы вместо чужих найти всего лишь пиратов.

* * *

Еще за добрую сотню лет до Полуночи, в эпоху расцвета науки и промышленности, когда сырья и товаров было завались, пиратство на торговых путях Солнечной уже цвело махровым цветом и считалось прибыльным бизнесом. Многие компании, имеющие собственный флот, баловались перехватом грузов конкурирующих фирм. Поэтому буксиры ходили с вооруженным эскортом, который мог внезапно отвалить и сцапать показавшийся на радаре соблазнительный кораблик, а вернувшись с добычей, обнаружить, что их собственный подопечный летит уже налегке и капитан на радостях, что не убили, нажрался в стельку.

Ценность грузов с лихвой окупала риск. И в один прекрасный день оказалось, что по Солнечной буквально не пройти, не проехать без того, чтобы тебя не взяли на абордаж какие-то негодяи. Обычно захват обходился без стрельбы по коммерческим судам, палили друг в друга только нападающие и охрана. Все-таки буксиры не за один день строятся, да и астронавты не размножаются почкованием. Кто-то ведь должен перевозить товар, который ты намерен хапнуть. Так что пираты отстегивали грузовой отсек, делали ручкой и улетали восвояси. Капитан Лунц, ходивший на буксировщике «Янки Фэйр» и счастливо переживший восемь ограблений, стал притчей во языцех и так красочно рассказывал внизу о своих злоключениях, что в итоге спился.

Потом разразилась Полночь, которая смела с лица Земли целые народы, спровоцировала затяжную ядерную зиму и уничтожила столько ресурсов, что в буквальном смысле не из чего стало костер запалить. Экономика, политика, религия, культура — все полетело в тартарары. Жуткая Заваруха, случившаяся тремя веками раньше, еще не научила человечество гибкости. После религиозной войны земляне отдались в лоно победившей религии. Победившие народы старались покрепче затоптать побежденных. И только Полночь расставила все на места, показав, что, если дважды наступил на грабли, надо их поднять и выбросить. Остатки населения требовали радикальных перемен. Наряду с позитивными идеями, всем очень хотелось электричества и желательно хоть немного поесть. А чтобы поесть — хотя бы вонючей хлореллы, — опять-таки нужно было электричество. И чистая вода. То есть снова энергия. Подскочил в цене уран. Образовался мощнейший черный рынок. Там, где раньше сталкивались интересы фирм, теперь грызлись правительства.

Пересидевшие бойню в колониальных доках пираты занялись нелегальными разработками полезных ископаемых, ориентируясь в первую очередь на земной спрос. Для этого нужен был грузовой флот — и корабли начали угонять вместе с экипажами. От полярной шапки Марса кто-то отковырял громадный кусок льда и толкнул его, как оказалось позднее, американцам. В руинах старых земных городов обнаружилось подозрительное шевеление, и вскоре полицейские скауты нашли три хорошо укрепленные пиратские базы, захватить которые удалось только после массированной бомбардировки.