Первый поход - Антон Емельянов

Дальше — каменные шипы. У них было две вариации развития. Жесткость — это то, чем я обычно пользовался, и с каждым уровнем росла их пробивная способность, длина и количество. Чувствую, со временем можно будет вызывать таким образом небольшой каменный лес. Вторая вариация — это гибкость. Каменные шипы перестают протыкать противника, а, будто какие-то щупальца, начинают его связывать или, если тому хватает силы их порвать, просто мешают движению. На пятом уровне с силой до сотни от них было вообще не избавиться. При значении от ста до двухсот нужно было потратить целую секунду, что в рамках боя целая вечность, ну а более сильные противники такое препятствие просто не заметили бы. И все равно мне новые возможности пока нравятся больше, чем старые. Главное, каменная лоза считается внешним препятствием и не отражается в логах как моя атака.

При проверке каменной кожи меня тоже ждал приятный сюрприз. С кожей горгульи, которой я пользовался все время, особых сюрпризов не было. С учетом моего интеллекта, позволяющего теперь использовать заклинания со стопроцентной эффективностью, и усиления от улучшенного обмана прирост выносливости составил сто сорок единиц — а это еще тысяча четыреста жизней — и десять магической защиты. И это без всяких визуальных эффектов. А вот с кожей огра на пятом уровне появилась еще одна вариация развития: можно было продолжить увеличивать физическую защиту, превращаясь в своеобразного голема, либо же усилить свои кости и сухожилия, увеличивая тем самым свою атаку на пятьдесят процентов. Будь я воином, взял бы не задумываясь, но если смотреть на все объективно, надо признать, что мое главное оружие — это огонь. Все-таки врагов с сильной физической защитой я уже встречал, а вот защита от магии у всех в этом мире просто смешная, и не пользоваться этим было бы глупо. Да и моим паладинам такой навык передать просто сам бог велел. Так что надо качать обман, ждать пока появится возможность усиливать их во второй раз и повышать им силу. Вот только когда это еще будет?

Уже представляя, в какие машины разрушения превратятся мои подручные, я принялся за проверку заклинания ослабления. Массовая версия на пятом уровне снижала все показатели на двадцать пять процентов, шанс превращения благословений в проклятья был пятьдесят на пятьдесят. И все это на приличном расстоянии. У ослабляющего касания возможности были гораздо внушительнее: шанс для проклятий, притом на уровень выше благословений — сто процентов, ослабление — минус треть всех параметров, и его можно вешать пусть и на две секунды, но зато хоть три раза подряд. То есть, если быть достаточно быстрым, любого противника можно легко превратить в овощ. Главное, делать это стремительно и без остановки. Единственный минус — все это работает только вплотную, и если врагов будет несколько, сразу придется несладко. Да и что-то мне подсказывает, что на прохождение ослабления наверняка найдутся какие-то ограничения, а то уж больно красиво все выглядит. Полевые испытания показали еще одну опасность — неудачные проклятья. Кинув на группу мертвяков регенерацию, я проклял одного из них, и тот, неожиданно покрывшись пульсирующими красными прожилками, заревел и бросился на своих собратьев, порвав их в клочья буквально за пару секунд. А потом досталось и мне: несмотря на всю мою защиту, урон, пусть небольшой, но проходил. Вот вам и случайно выпавшее проклятье третьего уровня «Берсерк», обнуляющее защиту и усиливающее атаку в пять раз. А если бы это была серьезная битва? И враг изначально был бы сильнее? В общем, тут надо будет хорошенько взвесить все за и против.

И вот, наконец, мой любимый огненный поток. После улучшения в битве у Запретного города он достиг в длину пятидесяти сантиметров, и я мог спокойно перемещать его в радиусе метра вокруг себя. Сейчас надо было выбрать, что мне больше нужно — сила или расстояние. В первом случае пламя вырастало в длине до метра, а урон поднимался до ста двадцати, ускоряя процесс уничтожения врагов в полтора раза. Во втором — урон оставался тем же, но радиус применения вырастал до пяти метров. Так что, по факту, мне нужно в очередной раз решить, какой способ боя я для себя хочу выбрать — на расстоянии или вплотную.

И когда я сформулировал вопрос именно таким образом, ответ оказался очевидным. Только вблизи. Если держаться вдали, то очень легко привыкнуть оставаться чистеньким, выходить из боев без повреждений, и в итоге, когда придет время по-настоящему серьезной заварушки, я могу сломаться. Нет уж, надо приучать себя видеть оскал смерти каждый день, как бы пафосно это ни звучало, и только тогда у меня может хватить сил и воли, чтобы в нужный момент выдержать что угодно. И это уже не говоря о рефлексах, которые никак не выработать, спокойно стоя в сторонке.

Итак, мой выбор: короткое, но сильное пламя, ослабляющее касание, кожа горгульи, каменная лоза и массовое лечение для наложения регенерации. Мой, скажем так, джентельменский набор. Теперь бы еще набрать очков навыков, чтобы все это поднять до нужного уровня — но этим можно будет заняться и в следующий раз. А сейчас, пожалуй, пора возвращаться за Майей.

Дорогу к лагерю новичков я нашел быстро: во-первых, не так далеко я и забрался, а во-вторых, мне снова помог Брюс, для чьего природного эхолокатора невидимая стена была совершенно несерьезной преградой. Все-таки маленький летучий мышонок не напрасно врезался мне в затылок.

Меня, как выяснилось, не ждали. Люди, сидевшие в клетке, встревожились, увидев своего старого знакомого, кто-то даже застонал, ожидая самого худшего. Интересно, как Майя объяснила им свой поступок? И разговаривали ли они вообще, пока меня не было?

— Мне нужна Майя! — громогласно заявил я. — Я заберу ее, и мы уйдем.

На серых лицах пленников проступило заметное облегчение — они трезво оценивали свои силы и прекрасно понимали, что даже если им каким-то образом удастся вырваться из клетки, со мной будет тяжело справиться. А тут я, по сути, прямо сказал, что никого не трону. Я, в принципе, это и раньше говорил, но в некоторых случаях повторить будет не лишним.

— Я здесь, — раздался знакомый голос.

Я повернулся, ища глазами девушку, и кивнул ей, показывая, что нам нужно уходить. Она приблизилась ко мне и, закинув за спину свое надгробие, молча встала рядом.

— Готова? — просто спросил я, чувствуя легкое волнение от ее присутствия.

В ответ мне тут же уверенно кивнули, тряхнув гривой темных волос.

— Эй! — раздался крик, полный боли и отчаяния. — Выпустите нас!

Это была одна из девушек — черноволосая, с короткой стрижкой и огромными темными кругами под глазами. Лицо серое, как у всех остальных, вытянувшееся. Похоже, нелегко ей дались эти несколько часов в клетке. Черт, отметил я про себя, а ведь они должны были как-то ходить в туалет… Не хочу даже об этом думать.

— Открой, — кивнул я застывшей Майе, вопросительно смотрящей на меня.

А вообще неплохо получилось. Я и так уже хотел попросить мою новую ученицу выпустить пленников, как раздался этот крик о помощи. Пусть теперь думают, что я не стал обрекать их на мучительную череду смертей в закрытой пещере только после этого. Так, глядишь, зайду к ним как-нибудь еще, попрошу о помощи, а мне возьмут и не откажут.