Квантовый сад - Дерек Кюнскен

– Вот тут, думаю, нам и поможет будущая Рудо, – сказала Иеканджика и подвинула по столу кристалл с записями. – Будучи аудитором, вы имели доступ к записям о вышедших из пользования кодах безопасности. На этом кристалле коды к главной сети Службы безопасности на эту неделю. Вы хранили их все эти годы.

Глаза Рудо слегка расширились, но она не взяла в руки кристалл.

– Взломать сеть безопасности – смертный приговор, – сказала она.

– Знаю.

– Хороший удар. Ты говоришь, что на кристалле коды доступа. Я попытаюсь их использовать – меня тут же обнаружат, арестуют и казнят.

– Никакого удара, – возразила Иеканджика. – Если какая-нибудь другая фракция захотела бы от вас отделаться, разве не сделала бы она это, зная ваше настоящее имя?

– Позвольте Иеканджике сделать это, – сказал Архона на французском с идеальным африканским акцентом. – Если это не сработает, арестуете нас обоих и станете героем, поймавшим двух шпионов, пытавшихся влезть в сеть безопасности. Если сработает, мы получим временные удостоверения и будем прикомандированы к вашему подразделению.

Капитан Рудо оглядела Архону.

– Хитро, – сказала она.

– Он прав? – спросила Иеканджика.

– Если вы действительно из будущего и я дам вам эти временные удостоверения на несколько дней, я получу пару оперативников, которых смогу использовать для решения проблемы.

– Что? – переспросила Иеканджика.

– Я дам вам удостоверения, – сказала Рудо. – На двадцать четыре часа.

Архона оцепенел, и форма на нем пошла складками.

– И дам вам еще двадцать четыре часа, когда услышу, что определенный человек мертв.

– Вы сошли с ума? – спросил Архона. – Мы должны любой ценой стараться не изменять прошлое. Малейшие изменения могут повлиять и на ваше будущее.

– Ты слышала в будущем о лейтенанте Зесиро Набвире? – спросила Рудо.

Руки капитана уже не дрожали. На ее лице появилось выражение решимости, правда, не очень сильной.

– Полагаю, что нет, – заключила Рудо, переводя взгляд на Архону. – Следовательно, я предположу, что он не настолько важен для истории или действительно умер здесь от ваших рук.

– Вы не можете настолько рис… – начал Архона.

– Я не убийца, – резко сказала Иеканджика, перебивая его.

– Ты солдат, – сказала Рудо. – Мы исполняем свой долг.

– Это внесудебная расправа. Если Набвире заслуживает предстать перед судом, сдайте его командованию или Отделу военной безопасности.

– Ты же знаешь, как работает разведка и контрразведка, не так ли? – сказала Рудо. – Доказательства непрямые, их можно оспаривать достаточно, чтобы избежать приговора трибунала и нанести политический вред всем.

– Тогда сами с ним разберитесь, – сказала Иеканджика.

– Вы в моих руках на двадцать четыре часа. Он будет работать на северной линии связи сегодня, позже, со своей командой. Убейте его, и получите еще двадцать четыре часа.

– Вы понимаете, насколько нам важно получить эти пробы? – сказала Иеканджика, поднимаясь с жесткого стула. – От этого зависит свобода Союза.

– Значит, так, – прошипела Рудо, жестко глядя на Иеканджику. На смену сомнениям пришла железная решимость. – Твоя мать, если это правда, сейчас прикована к постели. По слухам, беременность плохо протекала. Она с благодарностью восприняла назначение Такатафаре командующей Отрядом, но ее последователи – нет. Набвире устроит так, что людям будут предъявлены ложные обвинения, и среди этих людей, по случаю, – мой муж и моя жена.

– Почему же вашему мужу и жене с этим не разобраться? – спросила Иеканджика. – Они оба старше вас. Пусть докажут, что обвинения ложные.

– Это не их сильная сторона. Кроме того, уйдут месяцы на то, чтобы выяснить правду и восстановить доброе имя. А обвинения – вопрос доверия. Если Такатафаре перестанет доверять нам хотя бы на время, дело сделано.

– Должен быть другой способ, – сказала Иеканджика.

– Более эффективного нет, – ответила Рудо. – Поэтому я говорю вам сделать это.

Архона положил руку на плечо Иеканджики.

– Вы же не можете всерьез о таком думать, правда? – спросил он.

– В этом замешана моя мать? – спросила Иеканджика.

– А это имеет значение? – с легким презрением спросила Рудо.

– Да.

– Насколько я понимаю, нет, – ответила Рудо. – Однако ее последователи не рады, что Такатафаре возглавила Отряд.

– Вы не наемный убийца, полковник, – сказал Архона.

– Вы видите другие способы, Архона? – спросила Иеканджика.

Он развернул ее к себе лицом и пристально посмотрел в глаза.

– Мы сделаем это по-своему, – сказал он. – Своими силами. Мы не убийцы.

Иеканджика стряхнула с плеча его руку и повернулась к Рудо.

– Двадцать четыре часа, – сказала она. – И Набвире.

Рудо убрала пистолет в кобуру и подошла к шкафу, переполненному старыми планшетами с данными. Отдала один Иеканджике. Архона повернулся к ним спиной.

– Вводи свой код, полковник.

Иеканджика схватила планшет. Такой старый для нее. Она в юности училась работать на планшетах со старым голографическим интерфейсом, но с тех пор инженерам Отряда пришлось разбирать все устаревшее оборудование для переработки, так что за десятилетия таких штуковин сохранилось очень мало. Подключившись к главной сети базы, она ввела пароль администратора. Перешла в раздел личного состава, и замигал оранжевый голографический значок авторизации. Она ввела код, который дала генерал-лейтенант Рудо, и значок позеленел.

– Поверить не могу, – сказала Рудо. Ее глаза расширились.

Иеканджика вернула планшет капитану.

– Создайте нам пару действующих удостоверений, – жестко сказала она.

Рудо оцепенела, глядя на планшет. Похоже, этот взлом сети убедил ее больше, чем что-либо другое. Она влипла по уши, обратной дороги нет, будь перед ней путешественники во времени или ловушка. Села, но не прикоснулась к планшету.

Иеканджика тоже села, скрестив руки на груди и твердо глядя в глаза Рудо. Через некоторое время капитан отвела взгляд. В двадцатидвухлетней женщине было не угадать великого полководца, какой она станет в будущем. То, что скрывалось под ее оболочкой, оказалось незнакомо мягким. В ней тлел огонь, скрытый дымкой сомнений, но в Рудо еще не было той пылающей веры, с которой она повела Экспедиционный Отряд через Кукольную Ось. Иеканджика отправилась в прошлое, ожидая, что Рудо и тут будет руководить ею, но получила вот это. И Набвире в придачу.

Она должна была лучше подготовиться. Генерал-лейтенант Рудо должна была понимать, что в прошлом была достаточно слабой, как рычаг, на котором лежал груз попытки всей этой военной операции. Но что, если генерал-лейтенанта Рудо больше беспокоил не военный успех, а избежание парадоксов? Рудо из будущего знала, что ей придется отправить Иеканджику обратно. Возможно, что Рудо помнила о провале Иеканджики и что она, быть может, там, в прошлом, погибнет, а потому просто обеспечила неизменность того хода событий, который запомнила. Возможно, Иеканджике и Набвире уготованы роли жертв.