Играть, чтобы жить. Книга 8. Путь молодого бога - Дмитрий Рус

Вперед выходит высокий бог. Весь на понтах – матово поблескивающая броня, сверкающий бронзой меч с едва заметным сиреневым отливом. Голова не прикрыта – лишь тряпичная повязка скрывает лоб и виски.

– Я – Лан. Глава сопротивления. Вы же, ублюдочные слуги Канцлера, сейчас умрете. Все, что нам надо, – это ваши никчемные жизни и крохи Очей Веры. Но не беспокойтесь – ваше наследство будет по справедливости распределено среди нуждающихся.

Скептически кривлюсь.

– Я себе представляю… А с чего ты взял, что мы слуги Канцлера?

Лан всезнающе улыбнулся.

– Ты был у кардинала. От него выходят либо верным слугой, либо не выходят вовсе.

Я коронно приподнимаю бровь:

– Откуда знаешь? Бывал в гостях?

Борец «за все хорошее» на секунду смешался, затем зло раздул ноздри:

– У вас есть лишь один шанс! Сделать добровольный взнос на борьбу с тиранией! Тогда вы получите нашу защиту, а ваши совуш… э-э-э… добрые дела будут учтены в непростое послереволюционное время.

Я повернулся к Аву:

– Учись, как излагает! Еще один любитель истории на мою голову.

Тут меня осенила интересная догадка. Уточняю:

– А чем взносы принимаете?

Мгновенный ответ:

– С вас – мифрилом!

Угу…

– Может, адамантом возьмете?

Главарь невольно почесал висок и пожал плечами:

– Ну… если у вас есть…

Хмыкаю. Знакомая моторика. Уверен – если разведу сейчас вожака на ощущение несправедливости, окажется он номерным аватаром одного моего знакомого Канцлера. Обалденно кадр устроился. Одновременно возглавляет и официальную власть, и оппозицию… Стрижет баранов с двух сторон одновременно.

Демонстрирую мозолистый рабоче-крестьянский кукиш:

– Болт тебе, а не мифрил. Нахер с пляжа, гопота недоделанная!

Ав напрягся, а Лан неодобрительно покачал головой:

– Зря вы так… Чавк, проверь у них карманы.

Из темноты выдвинулся высокий, метра два с половиной, сутулый зверобог. Правый гипертрофированный кулак – с заводскую кувалду размером.

– Советую не нервировать его. А то узнаете, почему его зовут Чавком…

Пожимаю плечами. На любую хитрую гайку у нас всегда найдется болт с косой резьбой. С мифриловым оружием и полумиллионом на балансе – я чувствовал себя почти всемогущим. Да и чаю подарочного мы хапнули с утреца. Отваги – что у медоеда.

Делаю шаг навстречу, активирую умение «Крылья Ангела». Следую зову тела. Резкий рывок, росчерк оружием крест-накрест. Скольжение за спину, взмах киркой снизу вверх, вкладываясь в удар всей силой и добавляя Очей Веры.

– Крак!

Вспоротое брюхо зверобога раскрылось огромной раной, вываливая кишки наружу. Подрезанные ребра с хрустом распахнулись, раскрывая за спиной бело-красные крылья.

– Чавк… – Божество растерянно село в комковатый кисель из собственных кишок и крови.

Где-то за нашей спиной упал и погас фонарь, раздался быстрый топот удаляющихся шагов – засадный полк оппозиции предпринял сложный маневр отступления.

– Ы-ы… – с натугой простонал Чавк, с трудом затягивая раны. Повернув лобастую башню к главарю, прохрипел: – Лан, мы так не договаривались. Он меня с одного удара на семьдесят штук просадил. Еще пару таких плюх – и ищите меня в Великом Ничто. Ты как хочешь, а я – пас.

Повернувшись к нам, он, словно отгораживаясь, выставил вперед окровавленные руки:

– Накладочка вышла, мужики. Я без претензий. Если что – вам вон к тому воину света. А я, пожалуй, в кабак за пивом. Нервный был день…

Оставшийся в неожиданном одиночестве Лан чуть попятился. Я вежливо уточнил:

– Еще вопросы есть?

Вожак зло оскалился, но продолжил отступать в тень. И только полный злобы голос раздался из темноты, оставляя за собой последнее слово:

– Будут! Мы еще встретимся! И по поводу кирки своей неадекватной жди вызова сам знаешь куда! Тут везде глаза и уши сам знаешь кого!

– Вали уже… – буркнул я, очищая кирку от крови и невольно стесняясь восторженного взгляда Ава. – Ну что, пойдем дальше?

– Ага… – чуть заторможенно кивнул бог. – Чем это ты его?

– А ты не видел? Киркой. Будешь хорошо себя вести – и у тебя такая будет. Ты лучше скажи, что у тебя за клинки?

– Крафтовое, – отмахнулся Ав. – Сам делал, еще в своем мире. Сплав технологий. Иглы морского дракона, молекулярная заточка, синтетический нейротоксин. Танки режет, как масло, плоть испаряет – кубометрами. Но это в мире смертных. А тут… Так себе поделка. Выглядит разве грозно да крыс пугает. Запахом…

– Ничего. Доработаем, добавим чуток металла, который нельзя называть. Может, и еще чего получше накопаем. Было мне видение в розовых тонах. Слушай, а знаешь, чего тянуть-то? Давай отойдем в боковой штрек и начнем углубляться прямо там.

– Глубоко? – деловито поинтересовался Ав, натягивая на руки какие-то бафнутые перчатки.

– Не очень, мой друг. Не очень. На восемьдесят первый ярус. Всего тысяча метров вниз…

Ближайший отнорок нашелся уже в полусотне шагов. Замерев ненадолго около входа, мы прислушались и принюхались. Где-то вдалеке уже громыхали кирки, слышалась отдаленная разноголосица самых трудолюбивых богов. Но в нашем стволе вроде тихо…

Сорвав древнюю запретную табличку («МАЁ! В камень закатаю!»), мы углубились в старый забой. Пара минут осторожной ходьбы. Основной ствол едва заметно спускался вниз. Мелькнули узкие отнорки разведочных шурфов, и наконец мы достигли тупиковой площадки. Фонари выхватили из полумрака истлевшее лежбище на полу и множество надписей на неизвестном языке. Прислоненная к стене замшелая кирка дополняла депрессивный пейзаж.

Я заценил статы инструмента: ничего выдающегося. Базовая модель, кайло истерто чуть ли не до рукояти, прочность – на нуле.

Ав осенил себя бесконечным кругом и прокомментировал:

– Думаю, здесь он и развоплотился. Работал до последнего, пока позволяла прочность инструмента.

– Вполне возможно. Тем больше шансов, что сюда никто не сунется в ближайшие дни. Ну что, брат, за работу?

Сверившись с картой, я наметил первую цель – крупный самородок диаметром с полметра.

– Точка Один. Дальность – где-то восемьдесят метров. Глубина – полусотня. Теорему Пифагора помнишь?

Насладившись непонимающим взглядом Ава, я поплевал на ладони и взялся за кирку:

– Эх ты, деревня! Квадрат гипотенузы равен сумме квадратов катетов! Это значит что? Что копать нам порядка сотни метров под углом в шестьдесят градусов. Поехали!