Запасной мир - Анатолий Дроздов

– Черр Айвен?

Я подтвердил.

– Капитан королевских конных фузилеров черр Родж. Я провожу вас к съёрду, – он окинул меня цепким взглядом. – Где ваша шпага?

– Не успел захватить, – соврал я. – Торопился. Меня вытащили прямо из-за стола.

Лицо Роджа выразило удивление, но любопытствовать он не стал.

– Прошу со мной!

Он зашагал к дому. Следуя за ним, я поднялся на крыльцо, вошел в дом и ступил на знакомую лестницу. Дорогой я украдкой разглядывал спутника. На вид Роджу было лет тридцать пять. Выдубленная солнцем и ветрами шкура на лице, черные волосы, тронутые сединой, коренастая фигура и кривые ноги всадника. Шагал он, как положено кавалеристу, вразвалку. Мундир Роджа был потерт, и его перевязь – тоже, а ножны палаша потемнели и залоснились. На королевского чиновника и даже командира стражи капитан явно не тянул. Вояка – из числа тех, кто чин и должность добывают потом и кровью, эдакий постаревший Д’Артаньян местного розлива. Зачем он в Иорвике? Конвоировать арестованного? Хватило бы стражи…

Родж довел меня до дверей кабинета Оливера и обернулся.

– Извините, черр! – Он коснулся ладонью шляпы, что, по-видимому, означало вежливость. – Но с этим я вас впустить не могу, – он указал на нож на моем поясе. – Будь у вас шпага… Благородному с ней можно. Я головой отвечаю за жизнь Ее Величества, а съёрд может ее позвать.

«Какой, на хрен, Величества?» – удивился я, но виду не подал. Молча отстегнул от пояса нож и отдал его капитану. Тот, видимо, не ждал подобной покладистости, поэтому довольно осклабился. Наивный. В кожаных браслетах, скрытых рукавами моего камзола, спрятаны восемь метательных ножей – по четыре в каждом. После визита ростовщиков я их сковал и опробовал. На вид ножи черные и неказистые, с кольцом вместо рукояти, зато в цель летят точно. Проверено…

Родж открыл передо мной дверь, и я шагнул в комнату. Оливер сидел за столом, подперев щеку кулаком. Перед ним стояли кувшин и стеклянный бокал, а в стороне валялся какой-то свиток с массивной свинцовой печатью на шнурке. Съёрд был погружен в свои мысли и не заметил моего появления. Я кашлянул.

– Айвен?!

Оливер вскочил и засуетился.

– Проходите, присаживайтесь!

Я подчинился. Съёрд еще мгновение потоптался, затем опустился на стул.

– Я пригласил вас… – начал он и запнулся. – Лучше прочтите! – он придвинул мне свиток.

Я взял его и развернул. Что там? Приказ об аресте? От волнения буквы прыгали перед глазами. Но я заставил себя собраться.

«Регентский совет Алитании приглашает дочь Его Величества короля Харольда Третьего немедля прибыть в Ним, дабы занять подобающее ей место…»

Что за хрень? Какая дочь? Чего от меня хотят?

Я положил свиток на стол и требовательно посмотрел на Оливера. Он нервно облизал губы.

– Его Величество король Эван умер – неделю назад. Простудился на охоте…

– И что? – невежливо поинтересовался я.

– Бетти…

Оливер умолк.

– Что Бетти?

– Она дочь короля Харри. Единственная из оставшихся его детей.

Приплыли, что называется! То-то рыженькая казалась мне на кого-то похожей, причем не на Оливера. Теперь ясно. В книге о деяниях короля Харри мне попадалась гравюра с его портретом, но черно-белая, поэтому я и не уловил связь. По свидетельствам современников, Харольд III, пока не поседел, был огненно-рыжим.

– Я думал, что ее отец – вы!

– Все так думали, – вздохнул Оливер. – Это долгая история, черр.

– А я не спешу.

Это прозвучало не слишком вежливо. Но меня зачем-то позвали, выдернув из-за стола с друзьями. Пусть объяснят.

Оливер подумал и позвонил в колокольчик.

– Еще вина и бокалы! – велел он заглянувшей служанке.

Когда то и другое принесли, он наполнил бокал и придвинул мне.

– Ваше здоровье, Айвен!

Я кивнул и пригубил. Вино было замечательным. Легкое, слегка терпкое, с ароматом летних цветов и фруктов.

– Как вы знаете, я служил при дворе Харри составителем королевских указов, – начал Оливер. – Это неприметная, но очень важная служба. Король говорит, что ему нужно, а ты облекаешь его слова в четкие формулировки. Его Величество ценил меня. Я младший сын съёрда, Айвен, поэтому не мог наследовать отцовские земли. Обычно в таких случаях идут в армию, но военная служба меня не привлекала. Я поступил в университет на факультет права. Это вызвало недовольство отца. В университете учатся дети простолюдинов и бедных шевалье, а тут сын съёрда! Отец счел, что я уронил честь рода. Меня лишили содержания, и я, чтобы заработать кусок хлеба, переписывал судебные документы. Спросите, зачем? У меня была цель. Мое происхождение давало возможность после завершения учебы претендовать на место судьи. Пусть где-нибудь в захолустье, но это почетная и хорошо оплачиваемая должность, спокойная, сытая жизнь. Я не герой, Айвен, сражения и интриги не моя стихия. Я заканчивал университет, когда королю понадобился знаток права, при этом благородного происхождения, с хорошим почерком и умеющий держать язык за зубами. Ректор рекомендовал меня. Так я попал ко двору.

Оливер помолчал.

– Для меня это был редкий шанс получить титул и богатство, и я им воспользовался. Король Харри ценил преданных и умных людей. В скором времени мне даровали титул лэнда, высокое жалованье. Но, главное, я стал вхож к суверену, а это при дворе ценится выше титулов. Знатные семьи стали искать родства со мной. Из множества предложений я выбрал дочь Мевилла. За ней давали богатое приданое, а Мевиллы вели родословную от слуг Спасителя. Готовилась свадьба, но все неожиданно изменилось…

Оливер плеснул себе в бокал и в два глотка осушил его.

– За год до этого король вел войну с горцами. Хотел присоединить их земли к Алитании. Они отгораживают нас от Глена, и Харри не хотел, чтоб гленцы с горцами сговорились. Кампания затянулась. Горцы – сильные воины, но не умеют воевать строем. В долине армия разбила их. Но они ушли в горы, где чувствовали себя как дома. Устраивали засады, нападали по ночам… Армия несла потери. Харри это надоело, и он предложил вождю кланов объединить земли через династический брак – король перед этим как раз развелся. Горцы согласились. Они изнемогли в войне, а породниться с королем – честь. Так во дворце появилась Айлин: маленькая, худенькая и смуглая дочь вождя. Она выросла в горах, поэтому не знала придворных манер и держалась особняком. Проще говоря, дичилась. Двору это не понравилось. Айлин сочли гордячкой, к тому же некрасивой. Харри был такого же мнения: он любил женщин в теле. Вдобавок привык, что перед ним стелются. Айлин оказалась другой. Харри плюнул и стал искать утешения в объятиях придворных дам. Айлин это не понравилось. Она высказала королю все, что думает по этому поводу. Харри взъярился и выслал жену в загородный дворец. Там и родилась Бетти…