Шестерка воронов - Ли Бардуго

Каз постучал тростью по деревянному полу.

– Доставай перо и бумагу, Уайлен. Самое время Хельвару приступить к работе.

Тот потянулся к сумке, лежавшей у ног, и достал тонкий рулон пергамента и металлический футляр с дорогим на вид пером и чернильницей.

– Миленько, – прокомментировал Джеспер. – Острое перо на все случаи жизни.

– Начинай, – обратился Каз к фьерданцу. – Пора платить по долгам.

Матиас злобно покосился на Бреккера. Что ни говори, взгляд у него еще тот! Было даже забавно наблюдать, как он пытается соперничать с акульим взором Каза.

В конце концов фьерданец прикрыл глаза, глубоко вздохнул и начал рассказывать:

– Ледовый Двор находится на утесе с видом на гавань Джерхольма. Он построен в виде концентрических кругов, похожих на годичные кольца дерева. – Говорил он медленно, словно каждое слово причиняло ему боль. – Сначала кольцевая стена, затем внешний круг. Он разделен на три сектора. Дальше следует ледяной ров, а за ним, в самом центре, Белый остров.

Уайлен начал рисовать, и Джеспер заглянул ему через плечо.

– Это больше похоже на пирог, чем на дерево.

– Так он действительно похож на пирог, – сказал в свою защиту Уайлен. – Крепость построена на возвышении.

Каз жестом велел Матиасу продолжать.

– Скалы неприступны, так что северная дорога – единственный вход и выход. Вам придется пройти через охраняемый контрольно-пропускной пункт, прежде чем вы окажетесь перед кольцевой стеной.

– Пунктов два, – перебил его Уайлен. – Когда я приезжал к ним, пунктов было два.

– Видишь! – повернулся Каз к Джесперу. – Полезные навыки. Уайлен следит за тобой, Хельвар.

– Зачем им сразу два контрольно-пропускных пункта? – поинтересовалась Инеж.

Матиас уставился на планки пола темно-орехового оттенка.

– Потому что два отряда стражников труднее подкупить. Охранная система Двора устроена с большой осмотрительностью, так было всегда. Если вам удастся пробраться так далеко…

– Нам, Хельвар. Если нам удастся пробраться так далеко, – поправил его Каз.

Фьерданец вяло пожал плечами.

– Если нам удастся пробраться так далеко, то дальше мы попадем во внешний круг, разделенный на три сектора: тюрьму, базу дрюскелей и посольство. У каждого из них есть ворота в кольцевой стене. Тюремные ворота работают всегда, но они находятся под постоянным присмотром вооруженной стражи. Из двух других входов только один остается открытым в любое время.

– Как понять, какие ворота будут использоваться? – спросил Джеспер.

– График меняется каждую неделю, и охранники получают приказ с расстановкой караула только за ночь до назначенного времени.

– Может, это и хорошо. Если мы узнаем, какие ворота не работают… они же не будут охраняться…

– Даже когда ворота не используются, на посту всегда стоят минимум четверо.

– Не вопрос, мы справимся с четырьмя охранниками.

Матиас покачал головой.

– Ворота весят тонну и открываются только из гауптвахты. Даже если вам удастся поднять их, открытие ворот, которые не должны работать по графику, запустит «Черный протокол». Во всем Дворе установят режим строгой изоляции, и вы тут же выдадите свое местоположение.

Атмосфера в комнате стала напряженной. Джеспер заерзал на месте. Судя по выражениям лиц остальных, они думали об одном и том же: во что же мы ввязываемся? Только Каз оставался невозмутимым.

– Запиши все это, – сказал он, постучав по бумаге. – Хельвар, я хочу, чтобы позже ты описал Уайлену принцип работы охранной системы.

Тот нахмурился.

– Я не знаю, как она работает. Это какая-то вереница проводов и колокольчиков.

– Расскажи ему все, что тебе известно. Где они держат Бо Юл-Баюра?

Матиас медленно встал, чтобы взглянуть на план, нарисованный Уайленом. Его движения были неохотными и настороженными, словно Каз приказал ему погладить гремучую змею.

– Скорее всего, здесь, – фьерданец ткнул пальцем в чертеж. – Тюремный сектор. Камеры с усиленной охраной находятся на верхнем этаже. Там они держат самых опасных преступников: убийц, террористов…

– Гришей? – вставила Нина.

– Именно, – сухо подтвердил он.

– Ребята, вы будете веселить нас всю дорогу? – спросил Джеспер. – Обычно люди начинают ненавидеть друг друга не раньше чем через неделю совместной работы, но у вас была фора.

Оба хмуро покосились на него, и Джеспер одарил их лучезарной улыбкой. Каз же ничего не замечал, полностью сосредоточившись на схеме Двора.

– Бо Юл-Баюр не опасен, – задумчиво произнес он. – По крайней мере, не так, как другие преступники. Не думаю, что они станут держать его вместе с остальным сбродом.

– Я думаю, что они держат его в могиле, – сказал Матиас.

– Предположим, что он не умер. Он ценный пленник, и вряд ли фьерданцы захотят, чтобы он попал не в те руки до слушания. Где его спрячут?

Матиас присмотрелся к плану.

– Здания во внешнем круге обрамляют ледяной ров, а в центре него расположен Белый остров, где хранится казна и находится королевский дворец. Это самое безопасное место в Ледовом Дворе.

– Там он и будет.

Матиас улыбнулся, правда, его улыбка больше походила на оскал. «Наверняка он научился этому в Хеллгейте», – подумал Джеспер.

– Тогда ваша миссия обречена. Иностранцев ни за что не пустят на Белый остров.

– Не радуйся так сильно, Хельвар. Если мы не попадем внутрь, ты не получишь свое помилование.

Тот пожал плечами.

– Я не виноват, что это правда. Ледяной ров находится под наблюдением сторожевых вышек Белого острова и смотровой на вершине Эльдерклока[4]. Его невозможно пересечь, кроме как через стеклянный мост, а по мосту нельзя пройти незамеченными.

– Скоро будет Рингкелла… – тихо начала Нина.

– Замолчи! – рявкнул фьерданец.

– Напротив, продолжай, – сказал ей Каз.

– Рингкелла – День слушания, когда новые дрюскели проходят обряд посвящения на Белом острове.

Матиас сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели.

– Ты не имеешь права рассказывать о таких вещах! Это священный обряд!

– Это факт. Фьерданская королевская семья устраивает роскошный прием, созывая гостей со всего мира. Основные развлечения им поставляет Кеттердам.

– Развлечения? – переспросил Каз.

– Актеры, танцоры, труппа со «Зверской Комедией» и самые выдающиеся таланты из домов удовольствий Западного Обруча.