Экзотеррика - Василий Головачев

– Я могу спуститься к ним одна!

Терехов скептически изогнул губы.

– И что будет дальше? Какова вероятность того, что вам удастся вытащить ребят из катера? А вероятность нападения «Кинжала» почти стопроцентная! Кстати, – Бен-Сурен посмотрел на капитана, – если «Кинжал» нападёт на фрегат, шансов отбить атаку у нас будет немного. Не допустите, чтобы он подкрался к кораблю незаметно.

– Не допущу! – ровным голосом ответил капитан Дроздов.

– В таком случае ждём Игоря Ильича. – Терехов вышел из рубки.

Космолётчики проводили его выразительными взглядами, понимая, что он прав, но не принимая в душе этой правоты. Лишь капитан Дроздов осознавал, каково сейчас этому человеку, взвалившему на свои плечи ответственность за судьбу экспедиции.

Шустов выбрался из лабораторного отсека через полтора часа и сразу собрал всех космолётчиков в кают-компании.

Было видно, что он смертельно устал, был бледен и мрачен, словно получил известие о смерти близкого человека, и всё время растирал глаза кулаками. Говорил он рублеными фразами, подолгу формулируя мысли, но поторопить его не решился даже успевший прийти в себя Терехов.

– Расшифровать удалось далеко не всё, – начал начальник экспедиции. – Хорошо, что мы взяли с собой ключ перевода сигнала бедствия, расшифрованного на Земле. Вот что стало известно. Наноботная пыль – результат эволюции киберсистем Пушистой. Если на Земле эта эволюция не зашла так далеко, как её изображали в апокалиптических фильмах типа «Терминатор», хотя, как вы знаете, у нас и была создана глобальная сеть искусственных интеллектуальных систем, то на Пушистой этот вариант реализован. Цивилизация скорее всего погибла в результате войны хозяев планеты с машинами. Это надо будет уточнить.

Слушатели, – в кают-компании их собралось девять человек, отсутствовал только капитан Дроздов, внимавший речи Шустова сидя в рубке, – зашумели и умолкли.

Дарья Черкесова налила Шустову стакан холодного зелёного чая. Он кивком поблагодарил девушку, выцедил весь стакан.

– Что послужило спусковым крючком войны наноботов с пушистиками, я пока не выяснил. Почему пушистики не увидели угрозы, тоже неясно. Но война началась и закончилась победой армады киберов, вовсе не похожих на сегодняшних наноботов. Сначала это были гигантские сооружения, использующие кибер-киллеров, которые в результате совершенствования превратились в гибкие стаи нанороботов. А уже наноботы зачем-то уничтожили не только своих создателей, их инфраструктуру и технику, но и всё живое на планете. Похоже, этой пыльной структуре попросту не хватило интеллекта.

– Как это? – не понял Голенго.

– На каком-то этапе «умная пыль» остановилась в развитии. Да, она создала своеобразный текучий интерфейс, охвативший всю планету, но дальше этого не пошла. Во всяком случае, мы не видим других результатов её деятельности, кроме виртуальных индустриальных пейзажей.

– Городов? – уточнила Марина.

– Можно называть их и городами.

– Но зачем наноботам понадобилось создавать эти иллюзорные творения?

– Возможны два варианта. Первый: города – сцены игровой реальности, которую наноботы создают сами для себя. Второй: это всего лишь чистой воды пароксизм творческой деятельности, вытаскивающий из памяти планетарного компьютера картины былого. На самом деле интеллект всей массы нанопыли и представляющей собой этот суперкомпьютер, не превышает интеллекта земной обезьяны. Она пытается осознать и вести себя как разумное сообщество, но лишь воспроизводит прошлое, не понимая, что происходит на самом деле.

В кают-компании стало тихо.

– Боже мой! – тихо проговорила Таисия. – В их власти вся планета, а поговорить-то и не с кем?

– У меня вопрос, – поднял руку Артур Голенго. – Если наноботы уничтожили всё на планете, почему же они не нашли Опухоль и не уничтожили?

Шустов провёл по щеке дрожащей ладонью. Он был измучен работой с чужим компьютером и терял силы на глазах.

– Отдохните, Игорь Ильич, – взяла его за руку Дарья. – Потом дорасскажете.

Шустов слабо улыбнулся.

– Ничего, я закончу. Есть только одно правдоподобное объяснение: последняя цитадель пушистиков, то есть Опухоль, пряталась под силовым колпаком, поглощавшим все виды излучений, и наноботы её не обнаружили. Колпак исчез недавно, так как перестал работать основной генератор энергии, поэтому мы и нашли купол первыми.

Кают-компанией снова завладела тишина.

Взгляды космолётчиков потянулись к Терехову.

Ждали, что предложит человек, имеющий карт-бланш на любое решение, каким бы непопулярным оно ни показалось.

– Тревога! – внезапно раздался со стен отсека голос Твердыни. – Зафиксирован старт с поверхности моря в нашу сторону визуально не наблюдаемого массивного объекта!

– «Кинжал»! – догадался Дамир, срываясь с места.

– По местам! – объявил капитан Дроздов. – Боевая тревога!

Через минуту все сидели в ложементах: члены экипажа – в рубке, остальные – в своих каютах.

Дамир привычно запаковал себя в скафандр, кресло обняло его чешуями информационных доспехов, и перед глазами оператора соткалось чёрное полотно космоса, продырявленное лучами звёзд.

Слева в поле зрения выплыл серп планеты, в то время как центральная звезда системы пряталась за ней. Затем компьютер синтезировал в системе обзора изображение массивного объекта, не видимого в доступной человеческому глазу полосе спектра, но видимого в гравитационном поле, и Дамир безошибочно определил, что к фрегату летит «Кинжал». Ладони вспотели, руки сжались в кулаки, как перед боем с противником-боксёром.

– Попробуйте связаться с ним, – долетел в наушники голос Терехова.

– Молчит, – коротко ответил капитан.

– Если он нас увидит первым…

– Не отвлекайте!

«Великолепный» в течение пары секунд переместился на две сотни километров дальше от планеты и в сторону от прежнего местоположения.

Однако, несмотря на кокон невидимости, под которым прятался фрегат, компьютер «Кинжала» отследил манёвр (гравитационное поле корабля никуда не пропало) и повернул к нему.

Наперерез модулю прыгнул зонд, один из тех, что наблюдали за планетой с большого расстояния. Но, не долетев до «Кинжала», превратился в тусклое огненное облачко, почти мгновенно растаявшее в темноте.

– Он выстрелил из «огневика»! – отреагировал Рушевский.

«Великолепный» сделал ещё один прыжок.

Однако «Кинжал» снова повернул в его сторону, обладая самой совершенной системой контроля пространства.

И тогда капитан Дроздов, не дожидаясь выстрела «Кинжала», привёл в действие ходовой ВСП-компактификатор, способный свёртывать пространство в «ноль-брану» на сотни световых лет вперёд.