Космоолухи: Рядом. Том 2 - Ольга Громыко

В двенадцать мартини кончилось, и Майкл тоже перешел на сигареты. Ему даже каким-то образом удалось уболтать Кая сварить кофе на всю компанию — вышло так себе, но киборг честно старался.

В два часа ночи Стрелок предложил Майклу заночевать на надувной гостевой кровати, но друг заявил, что бар уже закрылся и копы убрались, а значит, Юнни свободен и наверняка будет рад его видеть.

— Эх, мне бы такого напарника, мы бы с ним горы свернули! — с сожалением, по-хорошему завидуя Стрелку, заявил Майкл, прощаясь с Каем. — Может, замолвишь за меня словечко перед ОЗК?

— Ты это серьезно? — опешил Стрелок.

— Ну да, — искренне подтвердил друг, — этого же ты не отдашь! А мне разумный киборг ох как пригодился бы — и помощник, и собеседник, а то в длинном перелете и спиться со скуки можно.

— Не проще ли другого партнера найти?

— Не-а, — удрученно мотнул головой Майкл. — Искал уже, но таких чокнутых, как я, днем с огнем! То их от консервов пучит, то по жене с детишками соскучились, то от выгодного рейса отказываются, потому что там чуть-чуть шкурой рискнуть надо, то в зависе уже через неделю на стенку лезут и в этом почему-то я виноват, то вон продай корабль… А ты хотел бы стать космолетчиком, а, Кай?

Кай промолчал. В первую очередь он хотел быть киборгом, который не может «хотеть».

Майкл ушел, забыв куртку (что обнаружили только утром), а Кай внезапно занялся аквариумом: долил свежей воды, поправил корягу, оторвал пожелтевший лист эхинодоруса, критически осмотрел и сунул в рот. Туда же отправилась чем-то не угодившая ему улитка. Похоже, киборг не так давно открыл для себя, что «съедобная органика» различается не только калорийностью, и теперь экспериментировал.

Хорошо хоть шампунь не пьет или мыло не ест. Хотя, зная Кая, наверняка попробовал.

Стрелку тоже пока не хотелось спать, приезд друга и его рассказы разбередили душу.

А ведь и правда — здоровый, крепкий, ведущий активный образ жизни и отдающий киборгу четкие, серьезные приказы Майкл был бы для Кая идеальным хозяином! Он хоть и слегка непутевый, но добрый, ответственный и неглупый, всегда точно оценивает степень риска. И Каю он сразу понравился, а это многого стоит.

Нет, Стрелок ни на миг не усомнился в своем решении забрать Кая из Центра ОЗК. Тут им обоим очень повезло. Но Кай прожил на станции уже четыре месяца, успокоился, поумнел, научился ладить с людьми, и его мир больше не заключается в единственном человеке. Теперь он может идти дальше… а Стрелок его только тормозит.

* * *

Утром Стрелок ожидаемо заспался до девяти двадцати семи. Именно столько показал экран истошно голосящего коммуникатора с входящим звонком, который Стрелок сперва принял за будильник.

— Слушаю, — пробормотал Стрелок не столько из вежливости, сколько из временной неспособности произнести более длинную и менее вежливую фразу.

— Ты где?! Ты в курсе?! — так заорал коммуникатор голосом Ираклия, что лучше бы звонил.

— Тихо-тихо-тихо! — Стрелок попытался сесть, Кай подскочил, помог. — Я дома. Только что проснулся. Что случилось?

Мартини вчера пил один Майкл, но голова почему-то трещала у Стрелка. В ней успели пронестись десятки вариантов ЧП, от поломки регенератора кислорода до нападения пиратов, и когда в экспрессивном потоке слов проскочило «убийство», Стрелку как-то даже полегчало. Ну что такое единичная смерть по сравнению с всеобщим апокалипсисом!

Как оказалось, даже она могла доставить всей станции уйму хлопот. Потому что смотря чья.

— Ну почему эта старая… — Ираклий употребил отнюдь не «герцогиня», — не нашла другого места, чтобы… — Следующим словом опять-таки было не «скончаться».

— Хорош ругаться, Ираклий, — поморщился Стрелок. — Можно подумать, ей самой очень хотелось умирать на нашей станции!

— Тогда какого черта ее понесло на старости лет через пол-Галактики?! Еще и эти будь они неладны!

Против синонимов к «нехорошим полицейским» Стрелок возражать не стал, Филипп с Бобом у него самого поперек горла стояли.

— Теперь они собираются устроить из ее смерти «преступление века», — все более надрывным тоном продолжал Ираклий, — и выслужиться перед начальством, раскрыв его!

— Что?!

— А то! Пока ты там дрых…

Стрелок покорно проглотил это обвинение, понимая, что сейчас Ираклий зол, испуган и не следит за языком. Потом, успокоившись, будет с круглыми глазами отпираться, что ничего подобного не говорил.

— …они официально опечатали станцию «до выяснения обстоятельств», запретив нам принимать и выпускать корабли, и вызвали своего судмедэксперта, потому что нашим медикам не доверяют — дескать, мы тут все заодно!

Стрелок критически хмыкнул. Вообще-то так оно и есть, но покрывать убийцу ни медики, ни руководство станции не станут. Только поди докажи это свежеиспеченным детективам! А пока Малхази сюда доберется, эта парочка здесь все на уши поставит.

— Они отнесли труп старухи на свой корвет, — Ираклий вытащил из коробочки какую-то пилюлю, проглотил и дальнейший монолог вел, страдальчески прижав руку к груди (почему-то справа), — и заперли в криокамере, а теперь рыскают по станции, «собирая улики» и допрашивая «подозреваемых». И я голову даю на отсечение, что под эту лавочку они копают под Карнавальские гонки и нас с Малхази!

Стрелок в этом тоже не сомневался.

— Ясно. Сейчас выпью кофе и займусь.

— Какой тебе кофе, когда здесь такое творится! — попытался ускорить процесс Ираклий.

— Черный. Крепкий. — Тут Стрелок был непреклонен. — Иначе у тебя будет второй труп.

* * *

Ностальгия ностальгией, а номер покойная герцогиня сняла самый дорогой, трехкомнатный. В таком, прямо сказать, и умереть не стыдно.

Дверь оказалась открыта нараспашку, и Стрелок беспрепятственно заехал сперва в гостиную, потом в левую спальню. Луж крови что-то не видать, как и следов борьбы. Только следы обыска личных вещей, которые, всхлипывая, складывала и убирала обратно в чемоданы немолодая женщина в костюме горничной.

Стрелок поздоровался, представился и представил Кая. Услышав чужой голос, запертые в правой спальне собаки подняли звонкий лай. Горничная тут же бросила мятое синее платье и принялась изливать гостю истерзанную душу. Вчера вечером госпожа Ванесса (Кассандрийская, кстати, а не Кассиопейская или Каллипсянская!) распорядилась подать ей стакан теплого молока с капелькой шерри, пожаловалась на духоту и раздражающее мигание световой панели над самой кроватью, поочередно пожелала собачкам спокойной ночи и отослала их с горничной спать в другую комнату. Нет, вместе с собаками госпожа Ванесса не спит, что вы! У нее чуткий сон, и собачья возня ей мешает. В замке у них тоже отдельные покои. Нет, просто запереть в гостиной собак нельзя, начнут скрестись в двери и лаять на каждый шорох из коридора.