Костяные корабли - Р. Дж. Баркер

– А у нее ты спрашивал? – поинтересовалась Миас. – Военная школа не лучшая мать, мне это очень хорошо известно.

– Ты всегда говорила много лишнего, Миас. – Джорон увидел истинного Каррада – порочного, отталкивающего и жестокого, – но все мгновенно исчезло, как дым в шторм. – Мы первыми узнали про аракисиана, а потому можем первыми до него добраться. Прежде Суровых или Ста островов.

– Что? – Джорон не смог сдержаться.

– Тихо, Джорон, – сказала Миас, но он не смог бы вымолвить больше ни слова, даже если бы хотел.

Джорон окончательно запутался, он тонул. Кто эти люди? Его отношение к Миас постоянно менялось. Сначала он встретил верную и уважаемую супругу корабля, потом она превратилась в политического заговорщика, а теперь, несмотря на все, что ему сказали, выглядела настоящей предательницей. Но, если она не хранит верность Ста островам, за кого сражается?

И почему?

И что еще за этим стоит?

– Насколько ты уверен в этом кейшане, Индил? Ты же знаешь, как много болтают дети палубы, – сказала Миас.

– Совершенно уверен. – Он открыл ящик в своем сундучке, достал оттуда свернутую карту и разложил на письменном столе. – В прежние времена первого аракисиана в сезоне называли «проснувшийся змей», поэтому я дал ему такое же имя.

– Ты считаешь, что будут другие? – спросил Джорон.

Каррад взглянул на него и на мгновение застыл, прежде чем ответить.

– Надеюсь, нет, – наконец, сказал он.

Все это не имело ни малейшего смысла. Появление аракисиана означало, что люди смогут построить новые корабли, в которых флот отчаянно нуждался.

– Его заметили вот здесь, – сказал Каррад, указывая на карту, – рядом с островом Сорис, на далеком юге, где слишком холодно, чтобы там жить.

– Поэтому никто о нем не знает? – уточнила Миас.

– Да, – кивнул Каррад. – И он маленький для аракисиана, так мне сказали, но все равно намного больше, чем любые другие морские существа.

– И почему тебе потребовались именно мы? – спросила Миас.

– В Великом Жилище хранились старые карты, о которых все давно забыли. Я забрал многие из них и спрятал, но у меня нет уверенности, что там не осталось еще. – Теперь Каррад выглядел встревоженным. – Аракисианы всегда выбирают одни и те же маршруты, именно по этой причине на них так легко охотиться, хотя всем известно, что очень трудно убить.

– Да, да, именно по этой причине и созданы черные корабли, – сказала Миас. – Это не новость.

– Совершенно верно, – подтвердил Каррад. – Впрочем, в старых отчетах говорится, что, по большей части, аракисианов удавалось убить с башен, стоявших на берегах узких проливов. Черные корабли, главным образом, предназначались для наказания преступников. – По его губам скользнула быстрая неприятная улыбка. – А теперь посмотрите на красную линию на карте. Это курс, которым следовали кейшаны, в основном мимо пустынных островов – так что существовало совсем немного мест, где его могли заметить. Они всегда выбирали глубокие каналы.

– Итак, – сказал Джорон, – ты хочешь, чтобы мы занялись тем, для чего изначально предназначались черные корабли, и начали охоту на аракисиана?

Каррад посмотрел на него так, словно Джорон сказал глупость.

– Конечно нет, – ответил он. – Я хочу, чтобы вы не дали ему умереть.

– Оставить аракисиана в живых? – удивился Джорон. – Но нам нужны его кости. – Он посмотрел на Каррада. – Для кораблей. – Складывалось впечатление, что Индил Каррад не понимал главных нужд Ста островов. – А корабли нам необходимы, чтобы сражаться с Суровыми островами. Всем известно, что они собирают силы на юге и очень скоро на нас нападут.

– Ты не говорила ему о том, чем мы занимаемся, Миас? – спросил Каррад, и на его красивом лице появилась усмешка.

– Я не знала, что ты расскажешь о нас и наших целях, или сколько я должна ему сообщить, – ответила Миас. – И до какой степени мы можем ему доверять. – Ее слова отозвались в сердце Джорона острой болью, хотя он и сам сейчас не знал, могут ли они ему верить. – Но складывается впечатление, что ты готов открыть ему все, так что давай не будем терять времени.

– Хорошо, – кивнул ей Каррад. – Как долго мы воюем с Суровыми островами, Твайнер?

– Целую вечность, – ответил Джорон.

– И почему? – спросил Каррад.

– Почему? – Джорон не знал ответа. Сто островов всегда сражались с жителями Суровых островов. Наконец он сказал: – Они крадут наших детей.

– Зачем?

– Чтобы принести их в жертву своим кораблям.

– Зачем? – снова спросил Каррад.

– Чтобы зажечь зоресвет и призвать удачу в сражениях с нами, – сказал Джорон.

– А мы, в свою очередь, воруем их детей для тех же целей, и, когда ни одной из сторон не удается украсть чужих детей, мы приносим в жертву своих. И зачем все это? – спросил Каррад.

– Я… – Джорон понял, что запутался. Каррад говорил так, словно все, что он знал, с чем рос, было каким-то непостижимым образом неправильно. – Так мы всегда поступали.

– Мы крадем детей, чтобы продолжать сражаться и воровать новых детей, – продолжал Каррад. – Мы нападаем на них, а они на нас, чтобы отомстить. И так происходит снова, снова и снова. Но что, если нет никакой необходимости забирать детей? Подумай, Джорон Твайнер. Что, если убивать друг друга не единственно возможный путь?

– Но что мы сможем сделать, если у нас не будет флота? – спросил Джорон.

– Мы не знаем, – тихо проговорила Миас. – Но, возможно, станет лучше, если мы попытаемся это выяснить?

– Суровые острова никогда не согласятся на мир, – заявил Джорон. – Они ненавидят нас и любят войну.

– И говорят то же самое о нас, – спокойно ответила Миас. – Однако они любят своих детей. И это нас объединяет.

– Так вы с ними заодно? Они наши враги, и…

– Многие из них наши враги, ты прав, – сказала Миас, – но не все. Некоторые разделяют наши с Индилом взгляды. Война бесполезна, мы тратим на нее все наши ресурсы. А их совсем немного, да и нас осталось мало. Но число тех, кто стремится к миру, растет.

– Однако появление аракисиана, – вмешался Каррад, – может положить конец надеждам на мир. И война разгорится с новой силой.

– Почему? – спросил Джорон.

– С каждым сезоном запас костей для строительства кораблей сокращается, Джорон, – сказала Миас. – Кораблей становится все меньше, да и сами они довольно маленькие. И, по мере того как люди начинают понимать, какое расточительство снова и снова отправлять наших моряков в море ради войны, они приходят к нам.

– Но Морская Старуха, – возразил Джорон. – Она требует войны. Она…

– Ты когда-нибудь встречал Морскую Старуху, Джорон Твайнер? – спросил Каррад.