Верхний мир - Феми Фадугба

Сердце ухнуло куда-то вниз – я даже испугалась, что оно сейчас из задницы выскочит.

– Вечеринка с дронами! – завопила Оливия; она бросила кисть на дорожку и принялась отплясывать под бит, который, кажется, слышала она одна. – Дроны-пати, давай-давай! Дроны-пати, давай-давай!

Мне в кровь, должно быть, выгрузило полный бак адреналина пополам с паникой. У меня при себе были нелегальные данные. Оливия только что надругалась над собственностью местного резидента. Мы обе – не отсюда.

Я поспешно сунула флешку в карман… задумалась, не в тот ли, что с дыркой, полезла проверять и тут услышала жужжание.

Оно началось как такой неопределенный бесформенный звук, но уже через секунду высоко над нами завис черный металлический диск. Прискакал, как тарантул в ночи, на шести лапах, с вращающимися лезвиями вместо когтей.

– Кончай трясти жопой!!! – я затрясла Оливию, заставила увидеть меня. – Это полицейский дрон! Смываемся, быстро!

Не решив даже куда, я кинулась бежать и потащила ее за собой. Линфорд остался обниматься дальше со своим педальным конем. Дрон длинной дугой пошел вниз, на уровень улицы. Он уже был ближе, чем я рассчитывала, и двигался быстрее. За Оливию я реально боялась: на ней были ботильоны, и ее никто не заставлял дважды в неделю бегать спринт, как меня. Впереди, где-то в миле от нас, стояла высотка: если добраться туда, у нас будет прикрытие с воздуха – может, даже квартиру найдем, где спрятаться.

Оливия уже хрипела, пыхтела и хватала ртом воздух. На побледневшей коже блестел пот. Я неслась чуть впереди, на расстоянии, достаточно маленьком, чтоб была надежда догнать, но достаточно большом, чтобы не расслабляться и бежать реально (реально!) быстрее. Но от дрона нас отделяло хорошо если двадцать метров, и от ужаса у меня холодела спина. Я много чего слышала про эти штуки… и про «несчастные случаи» во время ареста тоже. Тут машина застонала – как дверь заскрипела – и громко щелкнула металлическими частями, вставшими на место. Обернувшись, я увидала, что она перегруппировалась в новую форму: роторы теперь торчали сверху, а с ребра красовались парные лазерные пушки.

Апгрейд, блин.

Вот как мы до этого дошли, а? Десять минут назад мы прохлаждались у Линфорда в холле, пялясь на искусство. Теперь наша свобода висела на волоске. А то, чего доброго, и жизнь. И все из-за куска бейквеллского пирога и пары розовых узорчиков на мопеде.

– Вы сопротивляетесь аресту, – сообщил дрон очень мускулистым голосом. – Отказ повиноваться не оставляет мне другого выбора. Будут приняты меры пресечения.

Никогда не думала, что все кончится вот так. Что нас с сестрой поджарит какой-то летучий паук в «Пекерли-Хиллс».

– Считаю до трех.

Далеко сзади разносились крики Линфорда.

– Не преследуйте их! – орал он вслед дрону, словно имел над ним какую-то власть. – Та, что впереди, ничего не сделала! – его голос уплыл. – И, кажется, она мне все еще нравится…

Я чуть не споткнулась, когда услышала это, но через долю секунды сосредоточилась обратно на хищнике. Замедлилась, пропустила вперед Оливию. С данными точно не прокатит, нам каюк, но так я ее хотя бы прикрою от лазеров. В конце концов, это я во всем виновата. И идея прийти сюда и влезть по уши во все это дерьмо принадлежала мне.

– Два, – объявил дрон, прицеливаясь одной пушкой, потом второй.

Прости, мам, молча взмолилась я. Что ж, сделала, что смогла. Мы с Оливией схватились за руки, зажмурились и побежали дальше так, ожидая в любую минуту механического «три».

«Трех» не случилось. Вместо этого случился… лай? Мы осторожно разжмурили глаза и, обернувшись, увидели Дэйзи, когтями корябающую мягкое пластиковое брюхо дрона. Обе пушки были уже откушены, детали валялись по всему асфальту. Линфорд догнал нас и теперь восторженно колотил кулаком воздух.

– Хорошая девочка! Хорошая девочка!!!

Собака радостно кинулась к нему, таща в пасти вилку аварийного выключения дрона. Спасибо тебе, боже, за собак, успела подумать я.

Мы с Оливией понеслись дальше и тормозить начали хорошо если через милю – когда увидели автобус, шедший в сторону дома.

Когда мы забрались на третий этаж автобуса, обеих уже можно было выжимать. Оливия обрушилась на сиденье рядом. Едва переводя дух, я подумала про бедного Линфорда… его бедный байк… его…

Дьявол! Флешка!

В кармане ее не было. Я потрясла штанинами, но она ниоткуда не выпала. В кроссовках нет. В носках тоже.

– Нет нет нет нет нет! – прошептала я, совершенно раздавленная.

Оливия постучала меня по плечу. Знала же, почему я в кусках, но рожу имела до омерзения преспокойную. Разжала кулак – флешка была там. Непонятно, где она ее подобрала – возле Линфордова дома или уже по дороге… Да какая, к черту разница.

Мы не обменялись ни словом. И обниматься тоже не стали. Но кивнула я ей смачно, из самой глубины души.

Никому не хватило терпения мариноваться дальше: в папку мы полезли тут же, на месте. Мы и так уже слишком многим рискнули, чтобы еще чего-то ждать. Кто знает, что еще может случиться, пока мы доедем до дома?

Я пристроила флешку рядом с мобильным, установила беспроводную связь. Экран осветился. Проскроллив сотни две файлов мы, наконец, наткнулись на видео, озаглавленное CCTV_01MD/ 9124-EVIDENCE.mp4.

Файл распаковывался минуты две, не меньше, потом все-таки открылся. Десяток детей стоял в обычном пекхэмском переулке, мимо которого я почти каждое утро ходила пешком. Одной из них была моя мама. Другим доктор Эссо. Остальных я не узнала. Они все просто стояли, молча, неподвижно, будто на фотографии.

А дальше началась пальба.

Глава 13

Эссо. Сейчас

Нас с Като в числе первых выпустили на ланч. Вторая и третья партии тоже как раз встали в очередь – она протянулась так далеко по коридору, что в конце перепуталась с очередью в девчачий туалет.

Роб пристроил поднос напротив наших.

– Че говорят?

– Все спокойно, бро, – ответил я, не глядя на него: весь обед глазел на дверь, ожидая, что вот-вот войдет Ди.

Пока что ни слуху ни духу – ни его самого, ни его парней. По слухам, они сегодня прогуляли все уроки. Четыре разные версии будущего крутились порознь у меня в голове, начинаясь каждый раз с наименее вероятного:

1. Резня и Ди спустят все на тормозах. Передумали и затушили бучу.

2. Если я с честью перенесу побои, все еще может обойтись без репутационных рисков. Может, еще и зауважают… и девчонки из Пенни-Хилл, опять же, внимание обратят. Даже, чем черт не шутит, Надья?

3. Я его сам побью. Скользящий с ноги, как у Кена в «Уличном бойце». Вроде я даже видел такой в исполнении одного чувака в Берджесс-парке. Наверное, да, видел.

4. Я на фиг спятил. Со всеми этими сегодняшними трипами, железно рассчитывать можно только на то, что да, я был с бандой, которая обработала Резню. Это означает, что дальше обрабатывать будут