Звездная жатва - Роберт Чарльз Уилсон

Тем не менее… чудовища?

Если это правда…

Он старался не представлять их себе, но картинки все равно всплыли в голове: чудовища из комиксов, существа со щупальцами на головах, вылезающие из летающих тарелок, люди-евнухи с пустыми глазами, как во множестве фильмов, рабы инопланетных властелинов, голодные зомби-каннибалы. Они приготовят ему место на всеобщем барбекю.

Киндл помотал головой, не зная, веселит его это или пугает. Может, разумнее просто затормозить и умереть здесь, под темной горой.

(Он действительно затормозил — пикап успел набрать изрядную скорость.)

«Нет, — твердо сказал себе Киндл. — Умирать непозволительно. Ищи помощь. Следуй плану».

Если придется, иди хоть к чудовищам.

И пикап погромыхал дальше.

Он пересек границу города ровно в тот момент, когда его боль и усталость сошлись воедино. Пикап покатился под откос и замер, уставившись фарами на созвездие Ориона.

От толчка Киндл ударился о руль; раздался сигнал, после чего Том в полубессознательном состоянии откатился на сиденье. Мотор продолжал ворчать.

Сигнал и шум мотора разбудили тридцатилетнего страхового следователя Бадди Уинклера, который недавно стал бессмертным, но не отказался от привычки хорошо поспать. Бадди подошел к окну своего нового типового дома и сквозь сон с удивлением увидел в канаве у соседнего пустого участка застывший в полувертикальном положении «форд». Он позвонил по номеру 911, схватил одеяло и поспешил на место аварии, где быстро понял, что помочь пострадавшему водителю не может. Раненый смертный мужчина орал от боли и бешено вращал глазами при виде Бадди.

«Чудовища», — думал Киндл, когда был в состоянии думать.

На него зловеще смотрели чудовища.

Он кричал, пока не потерял голос.

Выйдя из тьмы, он сообразил, что находится в больничном коридоре и лежит на каталке, а вокруг суетится медицинский персонал.

Напротив него возникло хмурое лицо; Киндл собрал последние силы и схватил незнакомца за воротник.

— Приведите мне, — прохрипел он, — врача-человека.

— Успокойтесь, — ответило существо, — я человек.

— Не прикидывайся, что не понимаешь, говно инопланетное! Приведи мне человека, чудовище!

Задыхаясь, Киндл упал на каталку.

Мужчина отвернулся от него:

— Дайте обезболивающее! У пациента истерика. Да, и позовите Мэтта Уилера.

Киндл подумал, что теперь он, наверное, в безопасности, и погрузился в сон, который продлился двое суток.

Непостоянное головокружение и туман. Киндл снова пришел в себя.

Он лежал на больничной койке. Нога была перевязана и находилась на вытяжке. Было чуть-чуть больно. Киндл решил, что почти не чувствует ничего из-за обезболивающего.

Он ощущал себя оторванным от реальности. Все было как в тумане. Оторви ему руку и отколошмать ею его — и Том, наверное, все равно ничего не ощутил бы. Хорошее успокоительное у них в капельнице.

Главное, что он добрался до больницы. Том этим отчасти гордился. Воспоминания были путаными, но он помнил, что путь оказался долгим и тернистым.

Подошел мужчина в белом халате. Киндл наблюдал за ним отстраненно, апатично.

— Вы, должно быть, доктор, — выдавил он.

— Так точно, мистер Киндл.

— Я просил человека.

— Вы его и получили. Меня зовут Мэтт Уилер.

Мэттью Уилер был обычным человеком с печальным лицом.

«Такой молодой, — подумал Киндл, — а морщин уже навалом».

— Доктор Уилер, вы человек?

— Такой же, как вы, мистер Киндл.

— Не один из этих?

— Нет. Но они могут помочь вам не хуже меня. Не беспокойтесь.

— Может быть, — сказал Киндл. — Город сильно изменился? Я был в горах с… с…

Как это называется? Контакт?

— Не слишком. — Казалось, доктору Уилеру неловко об этом говорить. — Пока что.

— Как моя нога?

— Должна успешно срастись. Но потребуется время. Могу я спросить, как вы умудрились ее сломать?

— Пошел прогуляться. Поскользнулся в грязи.

— А до города как добрались?

— Дотащил свою задницу до пикапа. — В голове Киндла начало проясняться. — И поехал. — Он пожал плечами.

— Удивительно. Вы совершили настоящий подвиг.

Киндл уже достаточно пришел в себя, чтобы оценить комплимент.

— Меня так просто не убьешь, а?

— Похоже на то. Мне сказали, что вас привезли на «скорой», в скверном состоянии. Нога заживет, мистер Киндл, но придется полежать в больнице. — Врач сделал пометку на планшете. — Мне понятна ваша позиция относительно… людей. Но я не могу находиться с вами в палате круглосуточно. Придется потерпеть других врачей. Ради меня. Готовы?

— Но вы будете меня навещать?

— Обязательно. Возьму за правило.

Киндл согласно кивнул.

— Думаю, вам не помешает еще поспать. — Врач повернулся, собираясь выйти из палаты.

— Доктор Уилер? — Киндл закрыл глаза, потом снова открыл.

— Да, мистер Киндл?

— Сколько нас здесь? Я имею в виду… в городе еще есть такие, как мы?

Доктор поник еще больше:

— Несколько человек. Через пару недель я хочу созвать всех. Устроить что-то вроде городского собрания. Надеюсь, вы тоже сможете присутствовать. Если будете лежать спокойно и дадите ноге срастись.

Киндл рассеянно кивнул. Он успел забыть, о чем спрашивал, и снова погрузился в сон.

На мемориальную службу Мириам нарядилась, как в церковь, хотя не посещала ее уже много лет. Черное платье, шляпа, белые перчатки, неношеные ортопедические туфли.

Она в последний раз поправила шляпу у зеркала в прихожей и шагнула в туманное летнее утро.

С тех пор как ее коснулось Нечто, прошло больше двух недель.

Это было не Око Божье — надо же так ошибиться! Мириам по-прежнему считала, что без воли Божьей все равно не обошлось, — в конце концов, по воле Божьей может случиться даже нашествие саранчи, — но предложение полного отпущения грехов казалось ей чуждым, лукавым, сомнительным. Мириам полагала, что легко узнает Бога, окажись она с Ним лицом к лицу; Бог был Правосудием, и длань Его несла карающий меч. Нечто, напротив, обращалось к ней протяжным, вкрадчивым голосом любовника. Оно предлагало слишком много и недостаточно ее порицало.

Но с тех пор мир стал другим. За две недели Мириам уже заметила перемены.