Вирус Зоны. Сеятель - Дмитрий Лазарев

– Постойте-ка! – Рыжий внезапно замер, и остальные тут же остановились как вкопанные, вопросительно глядя на него. Вряд ли он был главным. Скорее – поисковиком. – Здесь что-то не так.

Новые заозирались, и Рита тоже. Берег Ии тут был совершенно голым, кусты закончились. Впереди мост, справа какая-то промзона. Засада? Где? Рита почувствовала впереди бурление воздушных масс – похоже, его создавал пневматик на случай, если в них кто-то надумает стрелять.

Но стрельбы не было. Просто вдруг пахнуло жутким холодом – и блондин превратился в ледяную статую. Из-за лежащей неподалеку связки труб появилась человеческая фигура. Лысый кинетик среагировал мгновенно – подхватил своей Силой здоровенный камень и метнул в неожиданного противника. Однако тот оказался не лыком шит – словно заправский кэтчер в бейсболе, он врезал по камню невидимой воздушной битой, так что импровизированный снаряд кинетика улетел далеко в сторону. А секунду спустя лысый побелел и рухнул. Даже находясь под станом, девушка почувствовала веяние Силы пьющего жизнь. Но это было невозможно, невероятно: ни один Измененный не владел несколькими Силами сразу, кроме разве что Посвященных и…

Додумать она не успела, так как рыжий поисковик рванул из кармана пистолет, но тут же переломился пополам с воем боли, получив от Риты удар ногой в пах. Мгновение – и он тоже упал, серея на глазах. Три трупа за несколько секунд.

«Лояльная» таращилась на приближающегося неожиданного спасителя и решила, что сходит с ума: в грязной, окровавленной одежде, точно как в ее видении, измотанный и небритый, к ней шел…

– Тема!!! – взвизгнула Рита. Она бросилась ему на шею, сжала в объятиях и принялась с безумной радостью целовать его покрытое колючей щетиной лицо. – Живой!

Занятые друг другом, они не видели, как пистолет рыжего словно сам по себе взлетел в воздух и полетел на бреющем в сторону ближайшей постройки. И к реальности их вернул только звонкий женский голос:

– Как трогательно! Прямо приятно посмотреть – вся семья в сборе!

* * *

Есть такая шутка: «Хорошо быть пессимистом – ты всегда либо прав, либо приятно удивлен». Я предпочитаю приятное удивление. Когда случается большая гадость, которую ты предвидел, в словах «я знал» утешительного мало.

Я почувствовал это за секунду до того, как услышал ее голос, – разом погасли все мои способности, словно пламя свечи накрыли гасильником. И потом она заговорила. Яна.

– Как трогательно! Прямо приятно посмотреть – вся семья в сборе! Да, Артем, с пистолетом глупить не надо – просто аккуратно положи его на землю и толкни ко мне.

Будь я один, попытался бы. Но Рита… Медленно, за ствол, опускаю пистолет на землю, столь же медленно, дабы не провоцировать, разворачиваюсь, отправляю его пинком поближе к Яне, которая стоит шагах в пятнадцати и держит нас под прицелом, гадко улыбаясь. И рука у нее совсем не дрожит. Потому что не Яна это. Теперь не Яна. Интересно, как давно он в ней сидит? Или просто временами подталкивает к принятию нужных ему решений?

– Что это за девица? – тихо шепчет Рита словно в ответ на мои мысли.

Но «Яна» тут же реагирует:

– А вот шептаться не надо, девочки и мальчики! Этого я не люблю. – Чуть склонив голову, она с любопытством смотрит на нас. – А ты живуч, сувайвор! Я думал, ты умрешь на той дороге. Потом еще пожалел, что не добил… Ненадолго. Зато теперь ясно, что все было к лучшему: ты привел меня к ней и своему отпрыску. Три лучше, чем один.

– Зачем мы тебе? – не выдерживает Рита. – Тоже препарировать будешь?

Я бы не стал задавать этот вопрос, потому что догадываюсь, в чем причина. Правда, интересно, что ответит мой бывший сосед по телу. Если вообще что-нибудь ответит. Я, кстати, не знаю, вселился ли он в Яну или просто контролирует ее дистанционно и какие у него сейчас возможности. Посвященный, если это, конечно, он, крут, спору нет. Все мои особые таланты он подавил, но с природой сувайвора ему не справиться – воздействовать на меня он не сможет. Потому и пистолет в руках. А Рита…

Голос «Яны» обрывает мои мысли на полуслове:

– Ты мне без надобности. – Презрительно-безжалостный взгляд пробегает по Рите. – Ты никто, и звать тебя никак. Твой спутник мне просто мешает. А вот то, что зреет в твоем чреве, может быть интересно. Думаю, я потрачу на него какое-то время. Только сначала, – губы «Яны» складываются в кривую усмешку, – вскрою тебя. Иди сюда!

Последние слова произнесены совсем другим тоном и, похоже, подкреплены псионическим воздействием, потому что взгляд Риты становится отсутствующим, и она делает шаг вперед, второй, третий… Еще немного – и она встанет между мной и «Яной», и тогда, только тогда у меня появится крохотный шанс. Кидаться сейчас на Посвященного бесполезно – реакция у него молниеносная, а расстояние между нами такое, что он меня три раза пристрелить успеет. Кстати, странно, что он с этим делом медлит. Бережет про запас? Для опытов, если с ребенком Риты не срастется? Как ни крути, сувайвор – ценный биологический материал.

Еще шаг Риты, еще… Незаметно напрягаю руку, и из рукава в ладонь соскальзывает то, что я незаметно поднял с земли, когда клал на нее пистолет, – плоский, но тяжелый камень.

И вдруг Рита останавливается. Это становится неожиданностью и для меня, и для Посвященного. Глаза «Яны» наполняются удивлением. Она не может понять, почему сбойнуло, а вот до меня доходит. Мой ребенок. Ребенок сувайвора. Он начинает чудить даже на таком раннем этапе развития. И сейчас вот, похоже, сбросил псионическое воздействие Посвященного.

– Иди. Сюда! – четко и акцентированно произносят губы «Яны», а я чувствую, что это больше, чем просто слова.

Но сознание Риты уже не поддается. Ее взгляд проясняется.

– Пошел. Ты! – с видимым удовольствием произносит Рита.

Гениально! Пусть даже сама этого не зная, она находит идеальную тактику против нашего могучего врага. Я внимательно слежу за глазами «Яны». В них возникают растерянность и гнев, которые на несколько мгновений заставляют Посвященного потерять контроль. И в этот момент я понимаю – не вселение, а дистанционное управление. Как бы крут он ни был, невозможно одновременно успешно делать столько дел – подавлять мои способности, управлять телом несчастной девушки и псионически давить на Риту. Хоть в одном, да не справишься. В данном случае сбоит контроль, и во взгляде врага безжалостное сверхсознание уступает место личности законной владелицы тела. Всего на пару секунд, но мне их хватает. Не выдержи я эту битву с собой заранее, я бы не смог бросить этот камень. Именно в Яну, а не в «Яну». Но не брось я его, умерли бы все: я, Рита, Яна, мой пока не рожденный ребенок. Посвященный понял бы, что мы слишком опасны, и пристрелил бы всех…

Бросок получается снайперским и очень сильным. Правда, готов признать, что тут не обошлось без везения: пол-оборота головы Яны – ее взгляд, полный смятения и боли, направлен на Риту, и открыт висок. В него я и попадаю. Девушка падает без звука, как подрубленное деревце. Я кидаюсь к ней, первым делом завладеваю оружием, только потом проверяю пульс на ее шее и с невыразимой радостью обнаруживаю слабую пульсацию. Жива! И теперь избавлена от контроля извне. Такие штуки, насколько мне известно, даются адски тяжело даже паукам и Посвященным, и вот такое «аварийное прерывание» сеанса контроля должно вышибать контролера из нормальных кондиций на какое-то время. Точных данных у меня, конечно, нет и быть не может, но какая-то фора у нас сейчас появляется. Возможно, очень небольшая.