Стальные боги - Замиль Ахтар

не сумели и волоска с меня срезать? И вдруг ко мне подкрадывается какая-то тощая девчонка и отрезает мне руку, словно сочный кусок ветчины.

Лучше бы я оставил ее в живых и обратил в истинную веру. Она многого бы достигла в моей армии. Если бы у меня был хотя бы один янычар на десять вражеских, я бы не проиграл ни одной битвы. И не потерял бы руку.

Но какое значение имеет рука? Я пожертвовал ею, а получил Костани – самый святой город на свете. Неверные превратили наш священный храм в капище одного из своих проклятых святых и назвали его Голубыми куполами. Я мечтал восстановить это место и услышать в нем ангельские гимны.

Не повезло янычарам, что у них нет командующего. Беррин сказал, что шах измучился, скача на сучках в своем гареме, и потому проспал всю битву. Без твердой руки янычары просто побежали нам навстречу, и мы их расстреляли.

Не могу винить шаха. Даже в его самом жутком кошмаре не появлялась из-под дворца сотня святых паладинов. И за это я должен был бы поблагодарить Ашеру, но не сумел, потому что… Куда она подевалась?

Беррин понурил плечи и покачал головой, когда я его спросил. Он командовал флотом и с помощью эджазцев втиснул в пролив достаточно кораблей и высадил достаточно воинов на берег, чтобы проломить самую слабую стену. Я не видел Ашеру с тех пор, как она взорвала полстены, на которой я сражался. Теперь мы не сможем добраться до внутреннего моря Сия. Обломки можно разобрать, если работать не покладая рук, но никто не хочет трудиться в день святого праздника.

Хотя праздновали не все, потому что город ниже Небесного дворца пылал. Мы не стали тушить пожары. Какой прок от сирмянских лачуг? А если сгорят и лачуги этосианцев по соседству? Эта мысль причиняла боль, но Архангел узнает своих.

Благодарю Архангела, что девчонка отсекла руку чисто. Джауз затянул культю и привязал ее к плечу полоской хлопковой ткани. Отсутствующую руку сжигала боль. Немного помог травяной настой.

Еще столько предстояло сделать. Я собрал своих помощников в тронном зале. Мы притащили большой мраморный стол и замысловатые металлические кресла из кладовки, чтобы не сидеть на полу, будто нищие просители. Наверное, шах использовал эту мебель, когда принимал союзников из Растергана. Чтобы привести зал в должный вид, нужно будет сорвать дурацкие надписи на парамейской вязи, сверкающие на стенах, и расплавить золотого павлина с рубиновыми глазами. Но это все потом. Сейчас имеет значение лишь воздаяние.

– Тюрьма под Небесным престолом переполнена пленниками, – сказал Зоси, поглаживая рану. Когда мы брали стены, какой-то ополченец саданул ему щитом по носу, и теперь он говорил так, словно на ноздрях была прищепка. – Даже мой бедный нос улавливает нечестивый запах. Напоминает о тех днях, когда я сам томился в яме.

– С этого дня пленных больше не будет. – Я откинулся в кресле и поставил ногу на стол. Воздух Костани пропах сладостью крови и дымом. – Где сирмяне рубят головы?

– На Ангельском холме, – ответил Беррин. Таково настоящее название холма, на котором стоял храм Голубые купола. – Единственное место в городе, которое мы еще не захватили. – Его щеки побагровели от праведного гнева. – Они слишком долго пятнали кровью нашу святыню, творили там бесчинства.

– И сколько там засело? – поинтересовался я.

– Не больше сорока, – ответил Зоси.

– Я лично с ними разберусь.

– А что насчет шаха? – спросил Беррин с отвращением в голосе.

Проклятие. Было бы неплохо, если бы кто-нибудь оказал мне любезность, прикончив шаха. Кажется, что убить царственную особу так просто – всего-навсего отрубить голову. Но убийство шаха – это больше политика, чем война. Если император узнает, что я обезглавил шаха без разрешения, он меня утопит в глубоких тяжелых водах.

– Я напишу императору по поводу шаха. А пока что держите шаха взаперти в его покоях. Пусть проживет еще пару ночей в благополучии.

Не считая шаха, ни один почитатель Лат в Костани не был в безопасности. Священное место можно очистить только одним способом – выкорчевать всех неверных.

Частично с этой задачей справится пожар. Не мы его устроили, но он все равно очистит улицы.

– И еще кое-что. – Беррин поколебался, прежде чем выложить факты, явно не желая портить благостное настроение. – Закрома пусты.

– Вы проверили под землей? – спросил Зоси. – Наши лазутчики упоминали, что запасов зерна в городе хватит на два года.

– Все сожжено, – ответил Беррин. – Полностью. Как только закончится провизия у нас на кораблях, нужно будет раздобыть ее где-нибудь. За стенами.

– Двухгодичные запасы зерна обеспечили бы завоевание страны, – сказал я. – Кто бы ни отдал приказ сжечь их, он быстро соображает. Будь он проклят.

Я мог очистить Костани, но земля за стенами? Сирмяне удерживали город и окружающие земли триста лет. Нам могли бы помочь этосианские деревни, но до них непросто будет добраться, пока за нами охотятся конные лучники-забадары.

– За стенами царят забадары, – сказал я. – Я обещал каждому паладину надел земли. Нам придется сражаться за все травинки до последней.

В отличие от янычар и профессиональной армии Сирма забадары жили в юртах на равнинах. Говорят, дети забадаров учатся скакать верхом раньше, чем ходить. И мальчики, и девочки могут быть воинами, так что их в избытке и каждый с рождения владеет пятью жеребятами. По слухам, их гнутые луки сделаны из сухожилий ледовых мамонтов, хотя это похоже на выдумку. Но правда в том, что, посади забадара на кашанскую лошадь, даже лучший аркебузир не успеет пристрелить его, прежде чем его самого пронзят стрелой в голову.

Зоси поковырял повязку на носу.

– Мы не исполним свою мечту о свободной земле, пока не изгоним забадаров обратно в Пустоши, откуда они явились.

Шахи специально расселяли племена забадаров вокруг Костани. Вот почему почитатели Лат в этих землях превосходят числом поклоняющихся Архангелу.

Пока я размышлял, как поступить, на меня пялился золотой павлин. От его мерзких рубиновых глаз бежали мурашки по коже. С распростертыми крыльями и наклоненной набок головой он выглядел так, будто вот-вот нападет. Эти Селуки не просто язычники, а еще и любители показной роскоши.

– Зоси, – сказал я, – возьми конный отряд рыцарей с аркебузами и атакуй забадарские деревни в дне пути от города.

– Как прикажешь, Великий магистр.

Не убирая руки от носа, Зоси ушел выполнять указания.

Мы с Беррином обсудили самое основное. Где разместить армию? В янычарских казармах. Что могут забрать воины? В городе – что угодно, но им не дозволено мародерствовать во дворце: его сокровища