Фрайди. Бездна - Роберт Хайнлайн

– Чистая правда. Кебмены нас избегают, их лошадки не любят взбираться на наш холм. Именно по этой причине, мой дорогой шурин, я вчера вечером заказал экипаж, пообещав мешок золота. И в эту самую минуту старый верный Росинант внизу, в стойле у привратника, набирается сил, пожирая кукурузу, початок за початком, чтобы быть в полной боевой готовности. И как только я дам сигнал, привратник (разумеется, подкупленный мной заранее) запряжет милое животное в коляску и подаст коляску к подъезду. После чего я доставлю Элен к выходу на посадку ровно за тридцать одну минуту до вылета. За это я ручаюсь фунтом плоти из твоей груди.

– Ты хотел сказать «из своей груди».

– Я сформулировал все предельно точно.

– Что ж… Мардж, ты как?

– Мм… А это ничего, Жан? Мне бы не хотелось выпрыгивать из постели сию секунду, но… Я не хочу опоздать на твой рейс.

– Ты не опоздаешь. На Фредди можно положиться, хотя по его виду этого не скажешь. Но в любом случае выйди отсюда не позже одиннадцати, тогда ты успеешь добраться даже пешком, если что. Я придержу твое место свободным после регистрации – у капитана есть кое-какие привилегии. Ну-с, очень хорошо, можете возвращаться к прерванному занятию. – Жан взглянул на часы. – Мне пора. Пока, ребята!

– Эй, может, ты поцелуешь меня? Что это за «пока»?

– Зачем? Мы увидимся на корабле, а потом у нас будет время в Виннипеге.

– Поцелуй меня, чтоб тебя черт побрал, или я опоздаю на твой дурацкий корабль!

– Тогда оторвись от своего жирного римлянина и постарайся не испачкать мою красивую форму.

– Старик, – ухмыльнулся Фредди, – не подвергай свой фрак такому риску! Я поцелую Элен и за тебя, и за себя.

Жан наклонился и как следует поцеловал меня в губы, а я… Я не испачкала его красивой формы. Потом он чмокнул лысую макушку Фредди и сказал:

– Все, развлекайтесь, ребята. Но не забудь доставить ее вовремя в порт. Пока! – В этот момент в комнату заглянула Бетти, Жан обнял ее за талию и вместе с ней вышел, закрыв за собой дверь.

Я переключилась на Фредди. Он с улыбкой спросил:

– Элен, ты готова? Если нет, приготовься.

И я с удовольствием приготовилась, радостно думая, что Жан, Бетти и Фредди – это как раз то, что нужно Фрайди, чтобы выкинуть из головы тех лицемерных пуритан, с которыми мне так долго пришлось делить крышу над головой.

Бетти принесла нам чай так вовремя, что я полагаю – она подслушивала за дверью. Она уселась на кровати в позе лотоса и выпила с нами чаю. Потом мы встали и позавтракали. Я съела овсянку под толстым слоем сливок, два яйца всмятку, ломтик кентерберийской ветчины, толстую отбивную, жареный картофель, горячие оладьи с клубничным вареньем и лучшим в мире маслом, апельсин и запила все это крепким черным чаем с сахаром и молоком. Если бы весь мир «перекусывал» так, как это делается в Новой Зеландии, он давно бы избавился от всех политических беспорядков.

Фредди к завтраку надел «лава-лава», но Бетти не стала себя утруждать, и я последовала ее примеру. Меня вырастили в приюте, и потому я никогда не пойму до конца всех правил человеческого этикета, но одно я усвоила твердо – женщина в гостях должна одеваться (или раздеваться) соответственно хозяйке. Вообще-то, я не привыкла разгуливать голышом перед людьми (в приюте – совсем другое дело), но с Бетти я чувствовала себя удивительно легко и просто. Интересно, она осадила бы меня, если бы знала, что я не человек? Думаю, нет, но у меня не было большого желания экспериментировать. Потрясающий завтрак.

Фредди доставил меня в зал ожидания ровно к одиннадцати двадцати, вызвал Жана и потребовал квитанцию, каковую тот ему торжественно выписал. Как и в первую нашу встречу, Жан наклонился и помог мне пристегнуть ремень, тихонько шепнув:

– Тебе ведь тогда вовсе не требовалась моя помощь?

– Нет, – с улыбкой призналась я. – Но я рада, что притворилась. Я потрясающе провела время.

– И мы отлично проведем его в Виннипеге. Я позвонил Жанет из порта и сказал, что привезу тебя ужинать. Она просила тебе передать, что и завтракать ты будешь с нами. Она сказала, что глупо покидать Виннипег среди ночи, когда тебя могут ограбить при пересадке. И она права: нелегальные иммигранты, которые лезут к нам через границу из империи, укокошат тебя за косячок.

– Я обсужу это с ней, когда мы приедем. – («Капитан Жан, вы просто обманщик! Кто говорил мне, что вряд ли женится, что хочет всегда быть свободным, как „дикий гусь“? Не помните? Интересно, вы это еще помните? Думаю, что нет».)

– Нечего обсуждать, все уже решено. Возможно, Жанет не доверяет моим суждениям о женщинах – она говорит, что я пристрастен… Что, конечно, чистейший вздор. Но она полностью доверяет Бетти, а Бетти сейчас уже, наверное, звонит ей. Она знает Бетти дольше, чем меня, они снимали вдвоем квартиру, когда учились в Мак-Гилле. Там-то я и познакомился с Жанет, а Фредди – с моей сестричкой. Мы четверо были те еще возмутители спокойствия – время от времени мы все там ставили вверх тормашками.

– Бетти просто прелесть. Жанет похожа на нее?

– И да, и нет. Жанет была вожаком нашей маленькой банды. Прости, мне нужно пойти и сделать вид, что я капитан. Вообще-то, управляет этим летающим гробом, конечно, компьютер, но через недельку я планирую выяснить, как у него это получается. – С этими словами он подмигнул мне и ушел.

После исцеляющего катарсиса пьяных ночных сатурналий с Жаном, Фредди и Бетти я была способна более здраво размышлять о своей бывшей семье. Была ли я и вправду обманута?

Я подписала этот дурацкий контракт по своей доброй воле, включая и параграф о его аннулировании, на котором меня подловили. За что же я платила? За секс?

Нет, все, что я недавно говорила Жану, чистая правда: секс есть везде – бери, если хочешь. Я платила за счастливую участь быть причастной. Причастной к семье, особенно к счастливым домашним обязанностям вроде… Ну, сменить мокрые пеленки, вымыть посуду, приласкать котенка. Мистер-Смотри-Под-Ноги был для меня гораздо важнее, чем Анита, хотя я никогда не позволяла себе даже мысленно рассуждать об этом. Я старалась любить их всех, до тех пор пока случай с Эллен не пролил свет на кое-какие грязные углы.

Что ж, давайте посмотрим. Я точно знала, сколько дней я провела со своей бывшей семьей. Простая арифметика показала, что стоимость моего проживания в комнате и питания за время моих чудесных отпусков на тот момент, когда меня всего этого лишили, составила немногим больше четырехсот пятидесяти новозеландских долларов в день.

Дороговато даже для роскошного курорта. А фактически мое пребывание в доме обходилось моей семье раз в сорок дешевле. Интересно, на каких финансовых условиях вступали в семью остальные? Я никогда этого не знала.

Может быть, Анита, понимая, что не сумеет запретить мужчинам приглашать меня в дом, когда им захочется, организовала все таким образом, чтобы я и была не в состоянии бросить работу (нужно ведь платить долю), и в то же время была привязана к ним на условиях, очень выгодных для семьи?.. То есть для Аниты? Трудно сказать наверняка. Я так мало знаю о браке у людей, что даже сейчас не берусь судить. Даже сейчас, когда…