Мир-тень - Игорь Шенгальц

– Она теперь всегда одной стороной направлена к модулятору – это фиксированная привязка, – а другой, как стрелкой, будет показывать на цель. По мере приближения к объекту она сменит цвет.

Он с видимым сожалением передал прибор мне в руки. Я отошел на несколько шагов в сторону. Сфера, как привязанная, летела за мной, и, как бы я ни крутил модулятор в руках, дальняя сторона ее неуклонно показывала на юго-запад.

– Судя по всему, мы уже достаточно близко, – добавил Греве. – Километра четыре, может, пять.

– Ну, так чего мы до сих пор рассиживаемся? – удивился Влад. – Вперед!..

Группа двинулась дальше, поминутно поглядывая на сферу-проводник. Она все так же четко задавала направление. Единственным минусом оказалось то, что она не замечала физических препятствий, поэтому кое-где нам приходилось делать изрядные крюки, чтобы обойти расщелины или нагромождения камней.

Вокруг белели скалы, укрытые снегом. Дождь прекратился, хотя тучи и не думали расходиться. Напротив, небо выглядело настолько мрачно, что один взгляд вверх навевал мысли о конце света.

Внезапно мне стало трудно дышать. Я захрипел и сел в снег там же, где только что стоял. Я мгновенно вспотел, несмотря на холод, на лбу выступили капли пота. Модулятор выпал из моих рук и наполовину зарылся в снег. Я пытался втянуть в легкие хотя бы толику воздуха, но невесть откуда взявшийся ком в горле мешал этому. Перед глазами все поплыло. Я видел, как ко мне подскочил Влад, как он попытался приподнять меня, но все казалось бесполезным. Руки и ноги не подчинялись мне, легкие отказывались дышать, только сердце еще билось.

Такого со мной никогда прежде не случалось. Я вообще всегда был здоровяком. И хотя пил, курил и вел далеко не самый праведный образ жизни, но никакими заболеваниями до сих пор не страдал.

Наверное, так она и выглядит – внезапная смерть. Только что ты ощущал себя живым и полным сил, но уже через секунду ускользающее сознание еще пытается сконцентрироваться на происходящем вокруг, а тело не слушается, мысли путаются, взгляд застилает пелена.

И еще жутко разболелась голова. Она и так, не переставая, ныла с того самого момента, как я оказался в этом мире. Но теперь давление на черепную коробку усилилось в разы, я сжал виски, но это не помогло. Я еще успел заметить, как Молодой навел пистолет на Греве, и тут зрение окончательно перестало мне служить. Только лишь удары сердца. Тук-тук-тук, тук-тук, тук-тук… Они звучали все реже и реже. Вот уже через раз…

Ничего не пронеслось перед моими глазами: ни детство, ни юность, ни даже более поздние бесшабашные годы. Ни одного лица, ни единого воспоминания. Я просто считал все затихающие удары – на большее меня уже не хватало.

Тук-тук, тук-тук, тук…

«Ну вот, кажется, и все», – успел подумать я и в ту же секунду получил такой мощный удар в грудь, что сразу открыл глаза.

Надо мной склонился Греве, держа в руках модулятор.

– Очнулся, – сообщил он. Слух тоже ко мне вернулся.

– Повезло тебе, франк. – Молодой, стоявший прямо за Греве, убрал от его головы пистолет.

– Что случилось? – Я медленно сел.

– У вас произошел сильнейший приступ панической атаки, – пояснил Греве. – Впервые на моей памяти сталкиваюсь со столь резкими и быстрыми ее проявлениями.

– Паническая атака? – Я удивился. – У меня?

Капитан кивнул:

– Думаю, это из-за деструктуризатора. Мы уже близко, вот он и влияет на вас. Вероятно, вы оказались самым чувствительным к его воздействию. Если мы его не уничтожим, то скоро каждый из нас почувствует на себе то, что испытали вы. Фактически, вы умерли.

– А как же тогда… как я пришел в себя?

– Это его игрушка помогла, – пояснил Серега. – Оказывается, она годна не только на то, чтобы дорогу показывать. Занятная вещица, надо признать!

Значит, Греве спас меня от гибели. Хотя вряд ли по собственному желанию…

– Спасибо, – тихонько произнес я.

Француз вновь кивнул и отвернулся.

Лурье помог мне подняться на ноги:

– Как себя чувствуешь, в порядке?

– Вроде бы.

Я попрыгал на месте, несколько раз присел. Тело слушалось, как и прежде. Будто ничего и не произошло. Но ведь я-то помнил, как предательски оно отключилось. И если это случилось один раз, то могло произойти вновь. И признаюсь честно, мысль эта показалась одной из самых неприятных за всю мою жизнь.

– Хорошо, мы не можем больше ждать, пора идти.

Я не имел ничего против, наоборот, мне хотелось бежать подальше от места, где я чуть не умер. Я отобрал у Греве модулятор и нервно побрел следом за Серегой, стараясь не думать о происшедшем.

Следующие два часа пролетели для меня неожиданно быстро. Несмотря на то что я сознательно пытался отвлечься от случившегося со мной, мысли то и дело возвращались к тому моменту. Близкая смерть обострила восприятие жизни. Я вдыхал воздух, чистый и свежий, и никак не мог надышаться…

Сфера уже заметно потемнела, став практически черной. Это значило, что мы близко, но я, хотя и старательно оглядывался по сторонам, до сих пор не обнаружил ни единого признака присутствия кого-либо, помимо нашей группы. Не мог же этот проклятый деструктуризатор просто-напросто валяться в снегу! Слишком уж ценное устройство, и его владельцы, кем бы они ни были, вряд ли стали бы бросать прибор на открытом месте, скорее всего, постарались упрятать в тихом, незаметном убежище, вдобавок выставив значительную охрану вокруг.

Греве уверенно шел по снегу, не проваливаясь, словно и не весил семьдесят – восемьдесят килограммов, если судить по его росту. Коля, в полной готовности стрелять в любую минуту, старался держаться поближе к французам – он им не доверял, несмотря на мое чудесное спасение.

Влад обдумывал что-то, слегка морща лоб. Серега шел прямо передо мной, из принципа не оглядываясь на сферу, словно соревнуясь с ней в том, кто скорее отыщет деструктуризатор.

Я же, напротив, следил за малейшим изменением оттенка у нашего навигатора – это отвлекало меня от мыслей, и, может быть, поэтому я первым обнаружил вход в пещеру.

Просто в какое-то мгновение сфера стала иссиня-черной, а затем вновь изменила цвет. И я, к счастью, уловил это секундное чередование. Уловив, закрутил головой по сторонам и увидел, что на скале справа от нас, метрах в семи сверху, густо растет кустарник. И сквозь его ветки виднеется что-то темное.

– Кажется, прибыли, – сообщил я.

После моих слов все удивленно замерли, оглядываясь. Я показал пальцем на скалу и кустарник, а для наглядности навел на это место модулятор. Сфера вновь стала иссиня-черной. Значит, я не ошибся.

– Что там, пещера? – задумался Серега. – Надо лезть!

– Веревки нет.

– Можно я попробую? – подал голос Молодой. – Я же альпинизмом занимаюсь. Тут невысоко, думаю, и без снаряжения заберусь, а там придумаем, как вас затащить.