Битва за ресурсы - Андрей Архипов

– Судя по косвенным медицинским данным и информации об обстановке в местах отбытия наказания, вещество, вызвавшее такую реакцию, было синтезировано и распространялось китайскими триадами и называлось «ёлочка». Целью его применения заключенными было повышение физической работоспособности и иммунитета, поскольку эпидемиологическая обстановка в зонах, обслуживающих перекачку нефти и газа с полярных месторождений данных ресурсов после начала таяния вечной мерзлоты, стала откровенно неблагоприятной, а то и отвратительной. По классу «ёлочка» относится к психостимулирующим средствам, но его формулу полностью идентифицировать невозможно, да и бесполезно, поскольку она не раз менялась. Тем не менее можно уверенно заявить, что данный наркотик относится к генномодифицируемому семейству, поскольку медицинские освидетельствования заключенных при их освобождении в большинстве случаев констатировали изменение их генных карт.

Митька не выдержал.

– А своими словами и короче можно?

– Если короче, то на наших заключенных китайцы испытывали некоторые стимулирующие лекарства, вызывающие генную перестройку части организма. Сначала тренировались на мышах, потом на наших зеках и только потом уже на своих добровольцах. Улавливаешь?

– Китайцы, говоришь…

Машка, заметив резко помрачневшее Митькино лицо, отставила свою детскость в сторону и совсем по-взрослому возмутилась:

– Э-э! Товарищ! Не надо строить обиженную физиономию и далеко идущие планы мести проклятым косоглазым уродам! Наши круглоглазые выродки ничем не отличаются от их уродов, представляют они криминальный мир или нет! Капиталисты они и есть капиталисты!

Митька нехотя согласился.

– Ладно, госпожа социалистка, проехали. Лечить как?

– А не знаю, все это мои предположения и только! Вполне может быть, что у него обычный насморк, вызвавший коллапс нервной системы! Нужны обследования…

– А воспользоваться консультантом откуда-нибудь с Марса или Цереры?

Машка передернула плечами.

– Проблема не в этом, а в отсутствии нормального цифрового диагноста тут, на месте. Никакой марсианский доктор по внешнему виду пациента не определит болезнь… по крайней мере в этом случае.

– Даже при наличии генетической карты?

– Измененной карты, заметь, которая может не иметь никакого отношения к болезни!

– И что делать? У нас есть еще что-то, кроме примитивного диагноста и медицинской капсулы?

– Насколько я знаю, в экспедиции было какое-то оборудование, предназначенное для анализа биохимической среды в оранжереях и белковых фермах, но толку с него?

– И все равно поинтересуйся у Маринки его возможностями… И вообще, давай подойдем к проблеме с другого конца? Какое лекарство теоретически может ему помочь?

– Если верна моя предпосылка, то ему нужна полная генная перестройка организма, а это огромные деньги и целый комплекс оборудования!

– Да купим мы этот комплекс, первый перевод от Казанцева уже пришел, так что средства есть…

– Засунь себе в задний проход эти крохи! – неожиданно окрысилась Машка. Ее изображение зарябило, временами показывая озлобленного подростка невнятного пола и возраста, но вскоре вернулось обратно на место. – Да и не в деньгах суть! Операцию можно сделать только в специализированных клиниках, перебирающих каждую клетку живого существа. Владеют же этой технологией только англосаксы, пользующиеся данным преимуществом напропалую.

– Ну и ладно, тогда заплатим за операцию. Пары сотен тысяч хватит?

– Чудак ты, Митенька! Наивный и смешной, раз живешь понятиями зарплаты в двести кредитов! Там совсем другие деньги, нашему человеку и не снящиеся!

Митька заставил себя хмыкнуть, хотя и осознавал, что по недавним понятиям озвученная им сумма являлась просто фантастической.

– Неужели?

– Самая простейшая мобильная лаборатория по перестройке организма стоит несколько десятков миллиардов кредитов, но даже при этом их не продают на сторону! Это стратегическая технология! А сама операция стоит около пятнадцати миллионов и очередь на нее расписана на три года вперед! Ты думаешь, почему англосаксы после взрыва вулкана с такой легкостью присоединили к своему содружеству несколько стран? Зачем элитам этих государств пускать нового козла к себе в огород, да еще такого, который способен сожрать всю их капусту?! Или им деньги карман жмут?!

– Э-э… Здоровье?

– Одна из главных причин! Запущенные генные болезни, перестройки организма из-за приема всевозможных лекарств и осложнений после эпидемий, вызванных супербактериями… Это возможность настроить свой организм заново и пожить подольше, в конце концов! Не сто лет, а сто пятьдесят как минимум! Можно вылечить любую болезнь! Да каждый из этих козлов продастся за шанс подлечиться! Это золотое дно для влияния на остальной мир! Так что я уверена, что англосаксы специально поддерживают дефицит подобного оборудования, всемерно продвигая миф о неимоверной сложности его изготовления!

– А если как-то повлиять на кого-нибудь из…

– Ни повлиять на кого-либо, ни хакнуть эту очередь я не могу, там каждая кандидатура рассматривается вручную чуть ли не на заседании правительства! Никто никому ничего переуступить не сможет! Так что я…

Машка коротко и истерично всхлипнула, и Митька неосознанно понял, что она вовсе не бездушный набор электронов, размазанных по нескольким мощным вычислительным центрам. По крайней мере не сейчас.

– Успокойся, маленькая…

– Легко сказать!.. Я даже не могу предсказать, сколько Семён сможет прожить! В его организме, судя по всему, бушует так называемый генетический шторм, и все зависит от иммунной системы! Никакая медицинская капсула с этим до конца не справится!

Митька сочувственно вздохнул.

– Но все-таки она ему не повредит? Не даст умереть?

Машка растерянно пожала плечами.

– Наверное. Если она хотя бы устранит последствия шторма, то…

– То уже неплохо. Но для этого ему надо продержаться около месяца, пока более совершенное оборудование не доставят с Марса. Так что следи за ситуацией, а я… потом мы что-нибудь вместе придумаем!

– Угу… Ладно уж, иди, тебе еще нужно встречать гостей и грузы. И так уже как бледная немочь шастаешь, загонял себя совершенно! Как еще только язык ворочается со мной общаться?

Митька еще раз посмотрел на распростертого товарища и направился к выходу. Помочь Семёну он никак не мог. Да и устал, действительно, донельзя.

А дела не ждали. С момента начала восстановления орбитальной группировки прошло уже больше месяца, а воз был и поныне там… в глубокой вязкой трясине. Нет, несколько десятков снарядов с начинкой уже ушли в сторону Цереры, и за первые из них уже поступила оплата, покрывшая взятые у Казанцева взаймы средства и принесшая прибыль, на которую можно было жить.