Метро 2035. Бег по краю - Ольга Швецова

– Раз сама идея вам нравится, поясню детали. Естественно и продавцы в Ганзе и на Лубянке будут нашими людьми. Их задача подложить соответствующим образом промаркированные мешки с взрывчаткой, принять товар на Лубянке и отделить реальную соль от «камуфляжа». Для этого я собираюсь вывести из консервации резидента, который занимается продовольственными поставками на Красной линии.

– А дальше? – Марк уже ухватил идею, и по хитро бегающим глазкам было понятно, что она ему нравится все больше и больше.

– Дальше в ход вступают наши войска. Нужна мощная отвлекающая атака на Театральную. Хотя Театральная свободная станция, но находится под протекторатом Красной линии, и туннели к ней охраняются коммунистами. Там у нас сосредоточены основные силы, и коммунисты ждут атаку именно там. Не будем их разочаровывать… И когда все силы красных кинутся защищать крайнюю станцию, нам останется только активировать взрывчатку, отсекая войска противника от столицы. Взрыв станет сигналом для наших войск – они начнут захват Кузнецкого Моста и Лубянки. – Штольц сделал паузу и, посмотрев на внушительную фигуру Шварца-старшего, улыбнувшись, произнес: – А если захват Лубянки увенчается успехом, мы вернем наши запасы соли. Операция обязана быть успешной, поскольку мы одним ударом отсекаем красных от резервов и врываемся в их столицу. Получая в свое распоряжение несколько важных станций: Лубянку, промышленную станцию – Кузнецкий Мост, а при успехе и некотором везении, может, даже и – Театральную. И, собственно, политическое преимущество – обезглавливание Красной Линии. Мне кажется, они никогда не оправятся от такого удара.

– Да, идея мне нравится, и согласен – она изящна. Осталось дело за малым – найти взрывчатку и принести ее в метро. Это я поручаю твоим шталкерам, Сергей.

Начальник СД кивнул с важным видом:

– Я предлагаю поручить эту операцию Максу Вайзеру. Боевой разведчик, штандартенфюрер, выходец из шталкерфаффе. Лучше кандидатуры мы не найдем.

Марк задумчиво кивнул. Георгий Иванович набрался храбрости и произнес:

– Мой фюрер, я хотел бы просить вас о величайшей награде для себя. Я хотел бы участвовать в этой операции от и до, в том числе и в операции по доставке взрывчатки.

Фюрер Четвертого рейха, Марк Чёрный, внимательно посмотрел на замершего офицера. И, не найдя повода ему отказать, пафосно кивнул.

– Хорошо, номинально вы назначаетесь руководителем операции и, как руководитель, можете участвовать в вылазке на поверхность, но, как вы сами понимаете, там, – фюрер указал на потолок, – вы будете обычным бойцом со всеми вытекающими рисками.

– Да, я, конечно, понимаю. И спасибо за доверие.

– Не смею вас более задерживать. Выход на поверхность назначим на послезавтра, так что я бы вам рекомендовал познакомиться с группой.

Вскинув руку, Штольц развернулся и вышел из личного кабинета фюрера.

Сергей внимательно посмотрел в спину уходящего Штольца и вполголоса произнес: «Вайзер был бы лучше».

Василий Андреевич, которому поручили курировать восстановление связи со Штольцем, был в затруднительном положении. Он понимал, что невыполнение приказа грозит раскрытием лучшего агента, с таким трудом внедренного в Рейх, но как это сделать, он не представлял. Последняя надежда на законсервированного курьера, законспирированного под челнока между Ганзой и фашистскими станциями, позорно провалилась. Причем провал оказался глупым до абсурда. Караван был атакован мутантами на опасном Цветном бульваре, и агент погиб, так и не донеся шифровку до адресата. Хорошо, что хоть депеша досталась подземным монстрам, а не подоспевшему на помощь патрулю Рейха.

Нет, майор не боялся раскрытия резидента – расшифровать послание без кода было практически невозможно, – но сам факт наличия такового в рядах верхушки Рейха чрезмерно возбудил бы всю службу безопасности фашистов и крайне осложнил бы работу Георгия Ивановича, тем более в столь щекотливый момент – отсутствия связи с центром.

Столь беспомощным он себя никогда не чувствовал. Даже в то время, когда сам был резидентом на Красной линии – негласным помощником и одновременно оппонентом Штольца – когда был настолько близок к раскрытию, что оказался вынужден экстренно покинуть свой объект резидентуры. Тогда он действовал, что-то делал, а теперь… Он ничем не мог помочь Ментору. Только сидеть и ждать. Ждать сведений от Штольца, ждать ходов противника. Ведь их отчаянные, необдуманные ходы могут навредить общему делу.

Оставался лишь сомнительный резервный вариант с пареньком-курсантом. Литвинов рвался в бой. А вот этого делать ни в коем случае не следовало! Может быть, инструктаж поможет ему понять, что требуется в такой скрытной и рискованной операции.

– Игорь, вы когда-нибудь читали нацистские листовки?

– Никогда, товарищ майор!

– Придется ознакомиться… – и положил перед ним на стол измятый листок из недр типографии Рейха. – Старик неплохо тренирует вашу память, так что читайте и заучивайте… Если что-то непонятно, спросите у меня.

Курсант погрузился в чтение, по-детски шевеля губами. Потом поднял непонимающие глаза на Иванова.

– Василий Андреевич, это же чушь какая-то.

– Значит, объяснять надо уже меньше, – усмехнулся майор. – Вам придется сделать вид, что эта прокламация так вас заинтересовала, что вы решили навсегда связать свою жизнь с Четвертым рейхом. Пойдете туда в качестве добровольца. Про листовку ничего не надо лишнего сочинять, вы ее просто случайно подобрали на полу и прочли. И хотите узнать больше об обещаниях светлого будущего чистой расы, которая должна властвовать в метрополитене и во всем цивилизованном мире.

Парень продолжал пялиться в листок. И не мог связать странные и страшные слова о превосходстве одних наций над другими с нарисованной сверху картинкой, где счастливые на вид мужчина и женщина держали на руках белокурого ребенка. Майор вздохнул.

– Тут понадобится не только смелость и самопожертвование… Немного притворства. Справитесь?

– Так точно, товарищ майор!

– Так же отвечайте и в Рейхе… Только звания будут звучать по-другому: «господин штурмбаннфюрер», а не «товарищ майор». Главной задачей будет разыскать там одного человека, который остался без связи и которому очень нужна сейчас наша помощь. Вот от него и таких, как он, действительно зависит во многом будущее человеческой расы! Какого бы цвета кожи она ни была.

– А кто он? – курсант уже догадался, что речь идет о внедренном агенте, но хотел знать больше.

– Он немец. Один из немногих настоящих немцев… Но среди этих переделанных на чужой манер имен трудно будет его распознать. Придется его найти, задавая вопросы очень осторожно. Вам сначала не поверят и будут держать под наблюдением.

– Я должен спросить про немца там? Если круг поисков небольшой совсем…

– Хорошо соображаете, Игорь, не зря вас рекомендовали… Придя туда, вы удивитесь многим именам, вот и спросите сразу, пока любопытство будет еще выглядеть неподдельным, есть ли этнические немцы на станциях. Или вам назовут нескольких, в том числе и Георгия Ивановича Штольца, или придется включить фантазию и разыскать его самому. Он занимает высокий пост в Рейхе, так что пробиться к нему непросто. Но вы будете знать его в лицо.