Эффект крови - Алексей Байкалов

– Подымай, голубчик, лучше в ружье весь центр. Строимся на плацу через пятнадцать минут. Но без оружия. Кроме десятки, разумеется…

* * *

Вновь бронированный транспорт и легкая тряска маршевых двигателей. Это пилот начинал плавно выполнять маневр отстыковки от звездолета.

Хэлвиг стал уже путать, где и когда он бывал. Весь визуальный ряд сливался в одно сплошное пятно. Неизменная безликая охрана в бронескафандрах. Вечно озабоченный складывающейся обстановкой Дэн Астахов и похотливая Стэфани.

Спасали только работа, драйв, азарт и бешеный адреналин. Умение договариваться, идти на компромисс и находить точки соприкосновения. Ему приходилось иногда буквально выкручивать руки местным князькам, возомнившим себя хозяевами жизни, а иногда самому вставать в позу просящего, играя на честолюбии и тщеславии сильных мира сего.

Вот и сейчас многоопытный отставной дипломат вновь и вновь прокручивал в голове, как сложится встреча. Пойдет ли руководство центра ему навстречу, или придется довольствоваться малым?

– Сэр, нас ждут. Я бы даже сказал – весьма сильно ждут. Если я правильно понял, они там торжественную встречу устроили. Плац забит людьми… – немного ошарашенно произнес первый пилот, получив сообщение от передовой группы охраны, вылетевшей заблаговременно.

– Быстро мне повторить всю доступную информацию по центру. – Хэлвиг разом раскрыл два виртуальных монитора, и его аналитическая группа, оставшаяся на звездолете, приступила к экстренному сбору дополнительной информации, попутно вновь скидывая боссу имевшиеся систематизированные сведения.

Отфильтровывая получаемые данные, Хэлвиг быстро листал по диагонали: «…был создан центр подготовки специалистов… фактически воинская часть особого назначения… сразу после создания центра подготовки его бойцы оказались на передовой…» Астронг мысленно перевел бегунок в самый конец сводного текста и наткнулся на то, что ожидал увидеть: «…в ходе всеобъемлющей реформы вооруженных сил запланирована реорганизация центра, сокращение преподавательского состава и продажа территории, техники, оборудования и специального вооружения на конкурсной основе корпорациям».

– Внимание! Вопрос: кто у нас есть в сенатской комиссии по контролю за Федеральным агентством по управлению государственным имуществом?

– Из вменяемых – сенатор Афанасьева.

– Что у нас на нее есть?

– В ее округе планируется к ликвидации государственная космическая верфь. Это двенадцать тысяч прямых рабочих мест и более ста тысяч рабочих мест в инфраструктуре в целом. Если это случится, то ее поднимут на вилы собственные избиратели. Она активно сопротивляется, но ее фракция, по нашим данным, сенатора приговорила.

– Почему закрывают? Устаревшее оборудование? Повышение стоимости рабочей силы?

– Ничего такого. Их потенциал безграничен. Но ведущие корпорации в области судостроения давят на правительство, лоббируя передачу госконтрактов себе. Надо чем-то жертвовать. В этот раз выбор пал на нее.

– Если мы найдем заказы, это поможет?

– А мы найдем?

– Придется. Профиль верфи?

– Основная сфера деятельности – проектирование и изготовление среднетоннажных звездолетов, палубных механизмов, комплексов оборудования, гидравлических систем, разработка и производство нестандартных механизмов, в том числе специальных спускоподъемных устройств, испытательных стендов. В пакете предложений линейка самых современных звездолетов военного назначения: десантные, эскадренные, сторожевые, противодиверсионные корабли; малые ракетные звездолеты, малые танкеры и суда снабжения.

– Годится. Срочно соедините меня с заместителем Национального управления исследования космического пространства. Для ускорения передайте секретарю, что это звонит конкурент. Так и скажите: «просто конкурент».

– Чем вызван срочный звонок столь большого и ответственного чиновника? – Голос на другом конце виртуального провода был полон задора и веселья. Следом появилась картинка. В камеру влезли обводы огромной океанской яхты и куча праздношатающихся красоток в бикини.

– Желанием помочь своему старому приятелю.

– Ага, так я тебе и поверил. Я сейчас в отпуске, Хэлвиг. У тебя это срочно?

– Еще как. Ты все еще мыкаешься со своим контрактом на постройку десяти исследовательских звездолетов?

– Мыкаюсь – не то слово. Мы не интересны корпорациям. Слишком мелкая партия и очень много возни с нами. Я тот еще привереда. А учитывая наш статус и гриф секретности, сам понимаешь…

– Если я подгоню тебе верфь?.. Они гарантированно возьмутся за твои дальние разведчики…

– Значит, я буду должен.

– Договорились?

– А что за верфь?

– Государственная космическая научно-производственная верфь. Их грозятся закрыть из-за отсутствия контрактов.

– Договорились. И кстати, бесплатная наводка. Мои коллеги из пограничной службы, управление полевыми операциями, вот уже второй год пытаются заказать себе группировку ударных эскадренных звездолетов. Но им вставляют палки в колеса корпоранты.

– Сумма?

– Пробный контракт на сто пятьдесят миллиардов. Строительство десяти эсминцев для их флота. Дальше речь идет о триллионе трехстах пятидесяти миллиардах.

– В чем затыка?

– Почти такая же, как и у меня. Все упирается в технологии. Корпорациям лень разрабатывать для столь мелкого контракта технологические линейки производств. А отдавать государственным жалко.

– Погранцам никто не даст потратить такие суммы без одобрения комиссии сената по делам вооружения. А там настоящее болото.

– Для первичного контракта санкция комиссии сената не обязательна.

– Я предупрежу свою канцелярию. Пусть твои мальчики свяжутся с моим помощником…

– Спасибо, Поль. Сочтемся. – Хэлвиг отключился и понял, что гул маневровых двигателей почти стих. Его тихоходный системник плавно входил в верхние слои атмосферы Тезея в окружении юрких перехватчиков и двух тяжелых рейдеров класса «Охотник»[3].

Несмотря на работающие в полную нагрузку гравикомпенсаторы, стала потихоньку наваливаться неизбежная тяжесть.

– До приземления шестнадцать минут. – Стэфани в этот раз была облачена в пассивный экзоскелет с усиленной бронезащитой и смотрелась очень внушительно.

– Так, парни, нам еще потребуется кредит на покупку центра. Думается, миллионов шестьдесят, если договоримся с сенатором. Какие есть идеи? – Хэлвиг сказал это скорее для проформы, понимая, что так просто такие деньги не отыскать. Но ответ нашелся неожиданно быстро.

– Возьмем у пенсионного фонда работников игровой индустрии. Бывший председатель трибунала на Циркуре Аквил Пегна обязан вам всем. Вы его прикрыли от судебного разбирательства и нашли теплое местечко. Сейчас он уважаемый глава профсоюзного движения и сделает, что вы ему прикажете.

– А обоснование? Мы не подставим и сами не подставимся?

– Инфраструктурный проект игровой зоны. Казино, развлекательные центры, букмекеры, легальные публичные дома. Пусть отрабатывает свой хлеб. У него наверняка есть специалисты. Просчитают рентабельность. Подключим еще наших знакомых из игровой индустрии. Главное, найти такого, кто не будет совать нос куда не надо и спрашивать, куда ушла большая часть денег.

– Уболтали. Готовьте официальный запрос в Федеральное агентство по управлению имуществом от левой фирмы-однодневки на участие в аукционе. И что там Афанасьева?

– Сенатор Афанасьева подтвердила разговор по защищенной линии в удобное для вас время.

– Нужен запасной план. Афанасьева – не тот человек, который принимает решение сразу. Она может все долго обдумывать.

– В крайнем случае просто будем тянуть время до аукциона, откладывать его проведение насколько возможно.

– Отлично. Тогда наберите Аквила Пегну и сообщите: мол, у