Легенды древнего Хенинга - Генри Лайон Олди

Еще.

– Извините… Отдайте, пожалуйста, мою лютню.

– Лови! – зло откликнулся игрок, бросая Петеру «Капризную госпожу».

Когда бродяга поймал лютню, инструмент недовольно загудел. Ну разумеется, разве хорошо швыряться лютнями будто камнями?

– Извините, – повторил Петер. – Я постараюсь… я попробую…

Он успел сделать целых двенадцать шагов, когда его окликнули.

– Погоди, – сказал игрок в сером, пиная длинной ногой кучу денег. – Успеешь. Давай я расскажу тебе одну историю…

Баллада судьбы

Я не знаю, какая строка обернется последней,

На каком из аккордов ударит слепая коса,

Это вы – короли; я – наследник, а может, посредник,

Я – усталое эхо в горах. Это вы – голоса.

Перекрестки дорог – узловатые пальцы старухи,

Я не знаю, какой из шагов отзовется бедой,

Это вы – горсть воды; я – лишь руки, дрожащие руки,

И ладони горят, обожженные этой водой.

У какого колодца дадут леденящей отравы,

Мне узнать не дано, и глоток будет сладок и чист,

Это вы – соль земли; я – лишь травы, душистые травы,

Вы – мишень и стрела, я – внезапно раздавшийся свист.

От угрюмых Карпат до младенчески сонной Равенны

Жизнь рассыпалась под ноги звоном веселых монет,

Вы – горячая кровь; я – ножом отворенные вены,

Вы – июльское солнце, я – солнечный зайчик в окне.

День котомкой висит за спиной, обещая усталость,

Ночь укроет колючим плащом, обещая покой,

Это вы – исполины; я – малость, ничтожная малость,

Это вы – гладь реки, я – вечерний туман над рекой.

Но когда завершу, замолчу, отойду в бездорожье,

Упаду, уроню, навсегда откажусь от всего,

Вас – великих! могучих! – охватит болезненной дрожью:

Это он, это мы, и какие же мы без него…

2001–2003 гг.