Метро 2033: Крысиный король - Алексей Головенков

– Хрен его разберешь в таком прикиде! – Якорь прищурился.

– Надо выручать. – Штык произнес это так, будто ожидал услышать отказ. – По-любому, из наших. От метро бежит. Не отобьется, безоружный.

– Может быть, приманка.

– Какая еще приманка?

– Хитрая. Веганцы могли кого-то из наших впереди себя погнать, дорогу расчищая, как на минном поле. Сталкивался я с такой практикой. Впрочем, они тогда рабу оружие дали.

– Нельзя просто смотреть! – Палец Николая поглаживал спусковой крючок.

– Убери палец, спуск сухой, – предупредил Волков. – Ладно, я – вниз, отсюда с «Канарейки» бить – только маслята тратить. Ты прикрываешь. Целься в торс. Не уверен – не стреляй. Дыши ровно, бей на паузе между выдохом и вдохом. Под тебя не пристрелян, но прицел хороший, не промажешь. К глазу не прижимай! И солнце не лови, не сверкай оптикой на всю округу!

Дед закинул автомат за спину и, натягивая противогаз, выскочил с балкона в единственную комнату. Мимоходом пнул Леонида по ботинку и весело сообщил: «Диггер, подъем! К бою! На тебе – сбор рюкзаков». Прежде чем Чита очнулся и сообразил, где он находится, Якорь выбежал из квартиры.

Штык никогда не стрелял на дальние расстояния. В метро в этом не было смысла. Да что уж там! До вчерашней ночи он вообще не стрелял по живым целям. Дед некоторое время учил их с Леонидом обращаться с оружием – короткоствольным «Ублюдком» и вертикалкой. Но Якорь обходился выявлением и устранением слабых мест стрелков, а не настрелом, который называл пустой тратой патронов.

Работая с Николаем, Дед заметил, что тот в последний момент перед выстрелом на долю секунды зажмуривается и прекращает целиться, сбивая наводку оружия. Якорь заставил упорно жмурящегося при выстреле ученика стрелять тренировочными патронами с песком вместо пороха, чтобы тому в момент ложного выстрела стал очевиден собственный недостаток. Затем, незаметно для стрелка, среди тренировочных патронов стали появляться боевые. Так как отличить пересыпающийся в патроне песок от пороха на звук не представлялось возможным, Штыку оставалось бросить эту затею и методично отстреливать патроны. Вскоре методика дала положительные результаты, и он перестал бояться выстрела.

– Что происходит? – Леонид вышел на балкон, протирая заспанные глаза.

– Ты рюкзаки собрал? – спросил Николай вместо ответа.

– Нет. Кто внизу?

– Чита, рюкзаки! Выгреби заначку Шаха. Фильтров побольше возьми. На своем противогазе сразу поменяй. Не мешай!

Леонид, ощутив напряжение, без дальнейших разговоров юркнул в квартиру. Штык уткнулся в прицел, рассматривая улицу, замер в неудобной позе, отчего шея начала затекать. Не смея оторваться от прицела, Николай кое-как устроился поудобнее. Забрался с ногами на табуретку, прижался грудью к бетонной ограде балкона, подался вперед, разглядывая сквозь оптику утреннюю идиллию.

Утро было пасмурное, но красивое. Далеко-далеко за домами можно было разглядеть краешек солнца. Небо пестрело багровыми тонами. Ветра не было, но откуда-то потихоньку сползались пепельно-серые тучи.

Некоторую суету в идиллическую картину вносил человек, бегущий между ржавыми остовами автомобилей. Окончательно портила вид стая мутантов, преследующая его. Прыгая по крышам автомобилей, те поравнялись с человеком довольно быстро. Однако, по всей видимости, непосредственная опасность беглецу пока не грозила.

Мутанты не нападали, следуя по сторонам от человека, и даже не проявляли к нему активного интереса. Стая собак Павлова, вышедшая из подворотни, привлекла куда больше внимания, чем беглец. Гориллы засуетились, скучились, собравшись на крышах соседних машин, и принялись закидывать собак камнями. Самая крупная особь соскочила с машины, схватила одного из псов и швырнула своим соплеменникам.

Собаки заклацали зубами, пытаясь укусить напавшего мутанта, но, получив несколько ударов по головам пудовым кулаком, скуля, бросились наутек. Победители кинулись было в погоню, но вожак, прогнавший псов, громким ревом заставил сородичей вернуться и продолжить преследование человека, успевшего за время схватки отбежать подальше.

Штык разглядел в прицел Якоря, тайком подошедшего к дороге и затаившегося между автомобилями. Когда бегущий человек поравнялся с местом, где Дед устроил засаду, мутанты замедлились, будто почуяв старого диггера. Один из них пересек дорогу и забрался на дерево. Достигнув верхних веток, мутант перепрыгнул на соседнее, все еще оставаясь невидимым для человека внизу.

Николай живо представил, как мутант вот-вот обрушится на голову Якоря. Мешкать было нельзя. Карабин громко кашлянул, вздрагивая, отрыгивая пороховой газ и отхаркивая свинец.

Пуля сбила гориллу с дерева. Тяжелая туша, обломав ветки, ударилась оземь, оставшись лежать неподвижно. Сородичи убитого как по команде бросились на спрятавшегося за автомобилем Деда, решив, что именно он является источником опасности. Лишь крупная особь с выдающимся овальным животом подбежала к убитому сородичу и завыла, вскинув морду. Затем, совсем по-человечески, села около него на землю и прижала его голову к груди, будто бы убаюкивая.

«Канарейка» в руках Волкова застрекотала негромко и ритмично. Ее поддержал карабин Николая. Старый диггер крутился как угорелый под самым носом мутантов, щедро угощая их пулями. Оставив двоих мертвых соплеменников распластанными на асфальте, гориллы отступили.

Якорь ворвался в квартиру, все еще тяжело дыша – ноги чуть согнуты, чтобы снять напряжение с колен, грудь бурно вздымается, автомат в напряженных руках слегка подрагивает, прищуренные глаза под стеклами противогаза моментально фиксируют каждую деталь обстановки.

– Чита, хватит спать! В темпе! – Дед с ходу принялся раздавать указания. – Маски на хера? Только фильтры бери, больше влезет. Галеты тоже на хер, в труху сотрешь.

Вслед за диггером в комнату, настороженно осматриваясь, вошла несостоявшаяся жертва. Оценив обстановку, она заметно расслабилась, дошла на дрожащих ногах до древнего дивана с остатками прогнившей обшивки и рухнула на него кулем. Якорь прошел на балкон, где Штык, не отрываясь от прицела, продолжал высматривать затаившихся мутантов.

– Сколько раз стрелял? – поинтересовался командир.

– Три.

– Всего троих уложили. Один – точно мой. Два из трех, значит. Неплохо, если учесть, что без пристрелки.

– Не-е, я три раза попал, – запротестовал Николай. – Последнему – в плечо.

– Подранок – это плохо, хотя не зверя бьем. Остальных не видать?

– Там, за автобусом. Не достану. Добить бы их, Дед, чтобы гнездо зачистить.

– С одной стороны, вестибюль зачистить надо, – согласился Якорь. – С другой – мы и так кучу патронов потратили. Через Выборгскую все равно вернуться не выйдет. Теперь уж точно. Угадай, кого мы с тобой спасли?

Штык оторвался от прицела, бросил пытливый взгляд на Деда, затем заглянул через окно в комнату.