Предельный квант - Владимир Беленко

— Нет, вот, проводить пришёл, — покачал головой Ибет.

— Жаль.

Я помахал рукой Иги и Рине. Вот и закрывается такая приятная страница пребывания в Эльтаине.

Мои спутники надели на плечи по большому кожаному мешку с завязками — местный аналог рюкзаков. А Рина взгромоздил поверх мешка музыкальный инструмент, похожий на гавайскую гитару.

— Поедем с музыкой? — с ухмылкой спросил я.

— Это часть моего нового испытания для посвящения. Я должен к концу похода уметь играть на инструменте песню заката. И ещё должен сохранить его в целости. Но это уже не связано с испытанием, за такое мне Эль просто голову оторвёт.

— Весело у вас, — хохотнул я. — Что ж, с песней и путь веселее. А как инструмент называется?

— Сай, — торжественно ответил Рина.

— Только у нас есть проблемка. Миа решил, что я ему не друг. — Я укоризненно посмотрел на коня.

— Да, Аса уже рассказал, пока поедешь со мной, — Иги указал на серого скакуна, уплетающего низкую сухую траву.

Он привязал Миа к своему коню и запрыгнул тому на спину. Рина проделал посадку так же мастерски. Я подошёл к серому скакуну и начал карабкаться наверх по могучей спине. Всё равно, что лезть по отвесному гладкому камню. Иги подождал немного, дав мне время побарахтаться. Но потом устал от ожидания и в стиле Асы сгреб в охапку и закинул позади себя.

Я помахал Ибету и Ирре на прощание, и мы двинулись по южному тракту. Миновали большую фруктовую посадку и поехали вдоль пшеничного поля. В конце поля стоял деревянный столб, за которым тракт разрезал заросли кукурузы.

«За всю свою жизнь я никогда не уходил так далеко от дома», — проговорил бы Сэмуайз Гэмджи.

Рина и Иги пустили коней галопом. Мы ехали ещё несколько часов и остановились у кромки соснового леса.

После долгой тряски нестерпимо болела спина. Мои спутники разбили лагерь на опушке, прямо на жаре. А я, зайдя в тень под зелёный свод деревьев, облегчённо вздохнул. Пахло хвоей. За кромками деревьев плыли лёгкие барашки облаков. Я медленно зашагал вглубь леса, смахивая пот знойной дороги. Ещё одной подобной поездки просто не вынесу.

— Опять ты?! — сзади послышался раздражённый, но такой милый голосок.

Я обернулся. Прямо рядом в воздухе парил образ Эль в бежевом домашнем платье. В отличие от «встречи» на утёсе, изображение уже не было наскоро слепленным. Казалось, вот она, настоящая, прямо передо мной. Только слабое свечение по контуру тела выдавало, что это лишь наваждение.

— Спишь? — укоризненно прожестикулировала она.

— Сплю? — растерянно прошептал я, — Да нет… Вот, по лесу гуляю. Думал, это ты спишь.

Эль задумчиво наклонила голову набок:

— Странно. Мне казалось, эта твоя штука только во сне работает.

Сосны за Эль задрожали, и сквозь них выплыл полупрозрачный интерьер домика. Видимо, её жилища.

Я ухмыльнулся:

— Да никакая это не моя штука. Сам без понятия, как оно работает.

— Угу, — Эль неопределённо развела руками, — Слышала, вы в большой поход отправились? Где сейчас?

Под внешней надменностью и раздражительностью Эль проскочил лучик интереса. Впрочем, возможно, я выдавал желаемое за действительное.

— Да, сейчас по пути в Рунтаин. Там, как я понял, и будут верстаться дальнейшие планы. А у тебя как дела?

— Да как дела, — она утрированно скривилась, — Не особенно ожидаешь во время отдыха увидеть мужчину с прозрачными соснами у себя дома.

Я вспомнил утреннее недоразумение и осторожно произнёс:

— Утром у реки я всего лишь гулял. Безо всякого умысла.

Она ухмыльнулась и резко прожестикулировала:

— Как-то слишком много тебя в моей жизни стало, не находишь?

Я покраснел.

Эль сложила брови домиком, глядя мне за спину, и её образ разлетелся мириадой пушинок.

Там, куда она с удивлением смотрела, зашуршали заросли кустарника.

— Да дайте хоть немного отдохнуть и побыть одному! — раздражённо буркнул я.

Но из-за кустов появились не Иги и Рина, а четверо неприятного вида оборванцев со спутанными сальными волосами.

— Ну пошли, — один из них прыгнул ко мне и схватил за плечо.

— Куда? Да что вам вообще от меня надо? — я одёрнул руку.

— Давай, не бузи, — двое других ухватили меня с двух сторон и потащили в лес.

— Ээ, ребята, да что происходит?! — закричал я.

В кровь прыснул адреналин, и сердце перешло в галоп. Оборванцы стали ещё крепче меня держать, исключая любую возможность вырваться. Ответа не последовало. Я стал цепляться ногами о землю, и меня поволокли.

Вдруг один из диких, который шёл сзади, ойкнул и я услышал звук падающего тела. За ним последовали и остальные, огретые по голове походным мешком Иги. Неплохая такая увеличенная боксёрская перчатка. Интересно, что там твёрдое внутри мешка так усыпляюще действует на людей. Иги мотнул головой в сторону нашей стоянки, и мы, развернувшись, затопали назад.

— Как думаешь, чего им от меня нужно? Уже второй раз пристают.

Тот лишь пожал мускулистыми плечами.

— Так и оставим их там лежать? — я потёр синяки на руках.

Иги ничего не ответил.

Глава 7. Тревожная кнопка

22 августа 1983 года. Серпухов 15, закрытый военный городок.

Смуглый мужчина, с обветренным, осунувшимся лицом, высокими скулами, выпирающими над впалыми щеками, зашёл в маленькое облупленное здание поселковой библиотеки. Внутри было тихо и безлюдно. Библиотекарь в очках с квадратной оправой диоптрий на пять лениво переворачивала очередную страницу газеты. Сорокалетний мужчина в форме с погонами подполковника хмуро прохаживался вдоль полок с книгами.

— Что ищете? — поинтересовался смуглый мужчина.

— Добрый день. Станислав Петров, — представился офицер.

— Василий Минин, — дружелюбно ответил тот.

— Да вот, на службе в этом году не продохнуть. Обстановка с Америкой, как вы знаете, горячая. Вот, хотел что-то увлекательное взять, чтобы хоть как-то отвлечься, — посетовал Станислав.

— Понимаю, — сочувственно произнёс смуглый мужчина, — у самого так же. Кстати, недавно перечитал «преступление и наказание». Очень грустное произведение, но прекрасно отвлекает от насущных проблем.

Василий почесал нос, и Станислав заметил у него на запястье странную татуировку: пять кругов, соединённых прямыми линиями. Словно незнакомое созвездие.

— Хм. А и правда, возьму его, пожалуй. Освежу классику.

Станислав подошёл к библиотекарю.

— Люд, мне «преступление и наказание».

Та посмотрела на него профессиональным снисходительно-равнодушным взглядом и отправилась за книгой.

— Кстати, Василий, а ты из каких войск?

Станислав обернулся, но в библиотеке уже никого не было.

26 сентября 1983 года.

Заорала сирена, отдаваясь болью в барабанных перепонках. На стене загорелась ярко-красная надпись «СТАРТ». Боевой расчёт засуетился. Люди стали посматривать вверх, на подполковника, ожидая от него немедленных действий. Времени на принятие решения было всего минут пятнадцать. Система предупреждения