Фантастика 2024-158 - Андрей Третьяков

кто нашёл время прийти, пообщаться. Главной темой нашего собрания сегодня, по предложению генерал-полковника Лавра Семёновича Копытина — Император склонился к столу, и поднял документ ближе к глазам, — Вопиющие бесчинства, и беззаконие, сотворённое генерал-майором егерских войск, князем, героем России, Владимиром Соколовым. И прежде чем я дам слово начальнику Охранительной Стражи, хочу отметить, что Лавр Семёнович, с нашей с вами помощью, пытается сделать некое судилище, для того, кто единолично уничтожил одним ударом трёхсоттысячный корпус Индийской армии, и закрывал аномалии всех уровней. В одиночку. Я подчеркну этот момент. Там, где собранные в ударный кулак архимагистры, разбегались, он шёл вперёд, и убивал монстров запредельных уровней. Я специально избегаю слова «человек», потому что не знаю к какому роду относится Владимир Соколов, которого я отлично знаю. Но если кто-то дойдёт до родового алтаря Рюриков в Кремле, сможет убедиться в том, что осыпавшийся уже тысячу лет идол Перуна, стал как новый, а лик его покровителя очень подозрительно кого-то напоминает.

И ещё напомню, что с тварями изнанки мы бились столетиями, и вдруг появляется этот парень, и всё как в сказке разрешается в нашу пользу. Твари дохнут, враги скулят о пощаде, казна ломится от доходов.

Это так сказать фон. Теперь по сути преступлений. Я напомню, что моим указом, Владимир Соколов приобрёл княжеское достоинство, что вполне соответствует его реальной власти. Что бы мы не думали, а планета Земля, в каталогах, числится как домен Дома Рассветных Сумерек, владыки Влада Сокола, равно как ещё три планеты. И то, что он тут не развёл самую махровую диктатуру, есть целиком заслуга его нежелания возиться с таким проблемным активом как Земля. Но примите во внимание также и то, что каждый бог, из тех, чьи алтари здесь стоят, сначала отмечаются в маленьком степном городке, принадлежащем князю, и только после убывают по своим делам.

Ну и самое главное. — Император достал из папки новый документ. — По дополнению к судебному уложению от тысяча шестьсот тридцатого года, подписного всеми главами общин и Собраний, и не отменённому по сию пору, имперский князь, вправе судить, рядить и казнить свободных общинников, холопов обельных, рядных, служилых и прочих, а также воев любых дружин и к тому же царских, за похищение людей, и покрытие похищений, равно как и за подделку бумаг оплатных, денег, и государеву измену, на месте преступления.

А это значит, что князь находился в правовом поле, и имел право на суд. — Рюрик, державший документ повёрнутым к залу, осторожно положил ветхий пергамент на стол. — Следствие конечно ещё идёт, но Пётр Николаевич Гагарин руководящий имперской стражей, ведущий это дело, уверен, что эпизод, ставший причиной смерти капитана Сорокина, не единственный, и за той районной управой целый ворох преступлений с высшими мерами наказания.

Император помолчал.

— Вот так уж вышло, что в наших лесах завёлся настоящий хищник. И хорошо, что он, прежде всего думает о нашем здоровье, а не о своём. Разогнал богов-дармоедов, загнал обратно в яму хаоситов, и кстати, придумал огромное количество технических новинок. Даже новые клиники, и те его рук дело. Хотите с ним ссориться — пожалуйста. Но в частном порядке. Я как самодержец никого в этом не поддержу. Мало того, я сильно удивлён, если не сказать больше, бездействием наших общин и собраний. Дворянское собрание и собрание торговых людей, могли бы как минимум высказать своё отношение к работе охранителей. Но, видимо там уже действуют совсем другие основания нежели честь, совесть и правда.

Закончив речь, император спрятал все документы обратно в папку, и кивнув залу, вышел, оставив собрание.

Владимир ни о чём этом конечно не знал, да и знать не хотел. Девочка и её родитель, получили всё необходимое лечение, а так как мужчина являлся ветераном и военным пенсионером, ему предоставили работу в одном из подразделений Гипербореи, чтобы находился под контролем, на случай если вдруг охранители захотят подчистить концы.

Но дрожжи, брошенные в нужник, уже вскипели так, что их остановить стало невозможно, и работой охранительной стражи занялась не только комиссия Государственной Думы и Государственного Совета, но в дело шустро влезла Имперская Стража, и прочие организации, и дело дошло до полного паралича работы Стражи, и по решению главы партии коммунистов на улицы городов вышли двести тысяч дружинников, практически полностью прекратив даже мелкое хулиганство на улицах.

Понемногу, когда прошедшие проверку охранители возвращались к несению службы, работа отделений и управлений восстанавливалась, но в целом встряска для общества получилась весьма показательная.

Показательная, но для Владимира очень редкая, потому что далее пришлось заниматься сплошной рутиной. Человеко-часами, тонно-километрами, рублями, эргами, и всем тем что наполняло его беспокойное хозяйство.

С одной стороны, всё работало и без него, а с другой, ряд непопулярных решений пришлось принимать самому, выговаривая матрисс, за нежелание брать на себя ответственность, а старшим управляющим, вообще «за жизнь» и для профилактики. Конечно, дамы, даже живущие не первое, и не второе столетие, расслабились и размякли, глядя на малышей, и больше времени уделяя кормлению, уходу на самом деле прячась так, от утомившего их мира, но поставленный Владимиром вопрос, а что они оставят своим детям, в качестве наследства, заставил дам снова взяться за дело.

Глава 22

И Эпилог

Дорога, состоящая из одних лишь шипов, или только усыпанная цветами, будет скучна, и утомительна, и лишь в чередовании оных и есть радость и глубинный смысл любого пути.

Ойо Ави. Лоранэ лави, дочь Матери Облако.

Главной проблемой долгожительства является вовсе не сохранение здоровья, хотя этот пункт и находится вверху списка. Главное для долгоживущего — не утратить радость жизни. Любовные переживания, дружеские встречи, путешествия и даже война, приедаются и становятся пресными словно кусок чёрствого хлеба. Поэтому так ценятся у Старых рас творцы произведений искусства, и их творения. Книги, картины, музыка, спектакли. Также в цене острые ощущения риска для жизни и вообще визуальных впечатлений. Адреналин прекрасно вымывает тоску и хандру даже на пятом столетии жизни. Конечно многие осваивают десятки профессий, и порой буквально начинают жизнь с ноля. Сделав себе новую биографию, и оставив в прошлом дворцы и толпы поклонников и возлюбленных, они бросаются в новую жизнь двигаясь с самого социального дна, достигают новых высот, но в конце такого витка, следует присоединение новых владений к старым, словно нанизывание очередной жемчужины в ожерелье.

И лишь единицам удаётся вырваться из бесконечного круга, не через смерть со стиранием памяти, а