Корона льда и лепестков - Шеннон Майер

бы ни предложили. Потому что ты мне охренеть как нужна.

Я удивленно заморгала, глядя на него снизу вверх и осознавая, что большей части одежды на мне уже нет. А чьи руки постарались, его или мои, я не помнила. Может, это вообще какая-то магия, потому что… странно… вещей нигде не было видно.

Сон, где мы с Ланом голые? Почему бы не кайфануть.

Я снова обхватила его лицо ладонями, всмотрелась в темные глаза, которые всегда, всегда уничтожали меня без остатка. Я не хотела без них жить. Даже если именно это и означало следовать пути героя.

– Это все взаправду? – глухо спросила я.

Ладонь Лана скользнула мне в волосы, пальцы запутались в длинных прядях.

– Мне плевать.

Он осыпал мое лицо горячими поцелуями, спустился к губам, а затем ниже, покусывая шею и нежно касаясь ключицы.

Его прикосновения практически лишали меня способности думать, задаваться вопросом, было ли это чем-то большим, чем просто очень, очень хороший сон.

Лучший из снов.

Я шумно втянула воздух и чуть не подавилась стоном.

– Еще.

Рот Лана творил собственную магию, оставляя жаркий след на каждом сантиметре моего тела, неторопливо продвигаясь к бедрам. Слишком неторопливо. Будто в его распоряжении все время в мире.

Пальцы огладили мои ягодицы, следуя изгибам тела. Если это был всего лишь сон, я могла бы насладиться происходящим в полной мере, позволить себе забыться.

Я могла бы дождаться восхитительного момента, когда губы Лана коснутся меня там, где я действительно хотела их ощутить.

Но… что, если Элва отправила меня сюда намеренно и это не мой личный сон? Что, если за нами наблюдают? И тут, как будто я ее позвала, в воздухе прозвенел ответ фейри-мистика:

– Времени осталось мало, скоро придется тебя вернуть. Узнай о лагере Рубезаля все, что сумеешь.

Серьезно, блин?!

Я застонала, и Лан хмыкнул, неверно истолковав этот звук.

– Где Рубезаль приказал разбить лагерь? – спросила я, хотя разговаривать, когда низ живота пронзало жаром, было очень уж трудно.

Взять бы себя в руки, но каждое прикосновение губ и пальцев Лана к обнаженной коже заставляло мысли разлетаться в разные стороны.

– Хм-м? – Лан прикусил внутреннюю сторону моего бедра, и у меня подогнулись колени.

Он подхватил меня под бедра и медленно приподнял, пока его лицо не оказалось напротив них. Одно прикосновение языка между ними – и мысли вымело из головы напрочь. Пузыри вокруг задрожали, взрываясь фейерверками, реагируя на мои эмоции.

Язык снова скользнул вверх, медленно, с нажимом.

Я задохнулась, и когда Лан отстранился, готовясь к новому натиску, мысли все же прорвались сквозь ощущения:

– Где ты, Лан?

– Связан, и глаза тоже завязаны, – прошептал он и потерся щекой о мою ногу, будто желая пометить. – Гигант использует меня против тебя, Сиротка. Я этого не допущу. Так что я прощаюсь.

Я распахнула глаза шире. Нет!

Лан подмял меня под себя, прижался всем телом.

Я в который раз обхватила его лицо ладонями.

– Лан, я правда здесь. Скажи, где ты находишься. Помоги тебя найти.

Он улыбнулся – мягко и очень, очень грустно.

Я бы перевернула целые миры, лишь бы увидеть, как эта печаль сменяется радостью.

– Не могу. Я слишком сильно тебя люблю, чтобы дать ему подобную власть над тобой.

Я затрясла головой, но он уже начал таять.

– Лан! Нет, не сейчас!

Он исчез прежде, чем я успела еще раз вдохнуть. Я вскочила на ноги, повернулась на все триста шестьдесят, прислушиваясь к малейшему вздоху, стону, к чему угодно, что привело бы меня обратно к Лану.

– Фаолан. – Не крик, даже не шепот. Скорее молитва. – Луг, если ты питаешь к своему внуку хоть каплю любви, позволь мне его найти. Он не… я не могу его потерять. Даже ради того, что я должна сделать.

Воздух в этом странном месте вдруг наполнился энергией. Парящие пузыри начали лопаться один за другим, открывая просвет для того, кто ко мне приближался.

Призрачного.

Властного.

Я с трудом сглотнула. Каллик без Дома, наверное, упала бы на колени в полном шоке. Но не эта Каллик. Нет, эта Каллик была королевой всех фейри.

Я стояла в чем мать родила, и ко мне шагал печально известный Луг. Тоже голый.

Ну, вот такой у нас выходил вечер обнаженки.

Луг улыбался почти как его внук, но на этом сходство заканчивалось. Где Фаолан был темным, Луг был светлым. Светлые волосы, светло-серебристые глаза, бледная кожа. Более стройное, чем у Фаолана, тело.

– Найти его – лишь полбеды, королева всех фейри. Он на грани смерти. Пытка, которую он терпит… – Веки Луга затрепетали, будто он тоже ощутил боль. – Ужасна. Как это всегда бывает. Скажи мне, почему я не должен дать ему умереть и обрести покой?

Его слова разбили мне сердце. Лана пытают?

– Ты можешь их остановить.

– Не могу, – Луг вздохнул. – У меня больше нет власти в мире фейри. Позволь ему умереть. Если ты его любишь, то не станешь просить еще больше из-за тебя страдать.

Теперь слова Луга сокрушили мое сердце в пыль.

– Я видела его здесь. Он был в порядке.

– Это место смерти, – Луг обвел пространство рукой. – Или, точнее, между жизнью и смертью.

У меня подогнулись колени. Не может быть. Нет. Я только что его видела и…

– Пожалуйста…

– Он мой внук, но это мало что значит для тех, кто его окружает, – произнес Луг. – Жаль, у мальчишки куда больше моих способностей и сердца, чем у моего собственного ребенка.

– Тогда спаси его! – заорала я, забывшись.

Луг вскинул бледную бровь.

– Ты требуешь?

– Я умоляю, – судорожно исправилась я.

– Они думают, что он умирает, – Луг склонил голову набок. – Раз уж я все же помню, на что похожа любовь, а твоя любовь из тех, что редко приходит в этот мир… – Выражение лица Луга смягчилось. – Я могу уберечь его душу от смерти. Но нужно торопиться. Откажись от большей части плана. И подготовки армий.

Я в мгновение ока вскочила на ноги.

– Выступаем сегодня же.

Пальцы начали таять, в сознании раздался пронзительный крик Элвы:

– Я пытаюсь ей помочь! Поверь, Цинт, я пытаюсь ей помочь!

– Ты сперла мою одежду и притворилась мной, сука! Поэтому расспрашивала, как все прошло с Рябинником? Ты что с ней сделала?!

На мое полупрозрачное плечо опустилась рука, потянула меня назад, и Луг произнес мое имя.

– Вещица из стола Елисаваны – возьми ее с собой, когда откроешь проход в Андерхилл.

Я кивнула. Сама планировала так поступить после того, как увидела, что безделушка пропитана Благой и Неблагой магией. Ох, все бы отдала за несколько часов, чтобы ее разгадать