Проснувшийся - Антон Демченко

Ким покосился на браском, вспомнил ангар-стоянку, старика, попивающего клему, и хмыкнул. Ну-ну… паранойя цветёт и пахнет. Из тай Хрона такой же дознаватель, как из дерьма – пуля. Уж это-то орм может заявить со всей уверенностью.

После заката Вейн и вовсе превратился в живую декорацию к историческому видео. На улицах тихо, прохожих почти нет, даже вездесущие квадры, недавно шмыгавшие без всякого порядка по дороге и успевшие испортить Киму настроение по пути на стоянку, и те исчезли. По крайней мере, так было в той части города, через которую шёл Дрём в поисках гостиницы. Полагаться на карту Троя он больше не собирался, а потому забрался в местную сеть и, довольно быстро отыскав адреса имеющихся в городке отелей, решил посетить их все по очереди…

Конечно, Ким мог бы переночевать и в «Рокоте», как обычно, но желание комфорта и мечты о горячем душе перевесили бережливость и расчёт. В конце концов, в прежней жизни ему чаще всего приходилось довольствоваться пустотным душем… когда вообще была возможность воспользоваться хоть каким-то душем.

Только оказавшись в сотне метров от первого отеля, Ким понял, что не весь город засыпает сразу после заката. Ближе к центру жизнь продолжала бить ключом и сейчас. И судя по звукам, доносящимся из подворотни, некоторых она била по голове.

Глянув по сторонам и не обнаружив поблизости ни одного прохожего, Дрём уже собрался было пройти мимо разбирающихся в тёмном углу личностей, но… всегда находится это идиотское «но»!

Раздавшийся из подворотни приглушённый взвизг явно не принадлежал взрослому человеку. И ноги Кима сами понесли его навстречу неприятностям. Почти мгновенно сформированные нанитами морф-системы активные линзы разогнали и без того не слишком густую темноту, краски выцвели, зато картинка тут же обрела чёткость и контрастность.

В глаза бросилось сжавшееся в комок на грязном пластобетоне маленькое тело, вздрагивающее от ударов обутых в тяжёлые ботинки ног… и тихий гогот трёх уродов. Били несильно, явно не желая быстро распрощаться с «игрушкой», но и этого было достаточно, чтобы свернувшееся в позу эмбриона тело ребёнка подлетало от каждого удара, распространяя вокруг волны боли…

Ким мотнул головой, прогоняя воспоминания о своей жизни в Нижнем Салеме… и рванул вперёд. К игольнику он даже не прикоснулся, незачем оставлять такие следы. Беззвучно, в лучших традициях ормов, преодолев тот десяток метров, что отделял его от веселящихся отморозков, Дрём впечатал кулак в основание черепа стоявшего ближе всех урода и, тут же сменив направление, резким и хлёстким ударом пробил второму, аккурат под приподнятую руку. Хруст рёбер и тихий хрип. Третий противник, заметив падающее тело своего товарища, на одних инстинктах попытался отскочить в сторону, и тут же получил сокрушительный удар открытой ладонью в нос. Хлынула кровь, и неудачник, дёрнувшись от скрутившей его судороги, рухнул наземь. Хм… а сержант в учебке уверял, что убить таким ударом можно только при большой удаче…

Двое в минусе, остался один. Ким развернулся к хрипящему от боли, но находящемуся в сознании уроду и, смерив его коротким взглядом… добил. Где двое, там и третий…

Жёстко? Наркоши, обдолбавшиеся какой-то синтетической дрянью и решившие ради подогретого дурью интереса запинать ребёнка, жить не должны.

Ким осторожно подошёл к скрючившемуся на земле телу и уже протянул было к нему руку… но тут же отвёл её в сторону.

– Эй, ты как? – В ответ на этот идиотский вопрос ребёнок только тихо что-то простонал. Ким дёрнулся. Перед внутренним взором заскользил список доступных для синтеза препаратов. Не то… не то… снова не то… Да где же?!

Есть! Вот этой вещицей в учебке разрешали пользоваться даже на первом курсе. Правда, это больше стимулятор и болеутоляющее, созданный только для того, чтобы боец мог добраться до медика… но ничего более подходящего и быстрого для создания у Кима всё равно нет. Эх… головная боль завтра обеспечена!

Вытянутый из браслета шунт ловко скользнул к тонкой руке ребёнка и, окутавшись на миг пси-полем, вошёл под кожу. Теперь подождать пару секунд и можно… идиот! Сначала надо проверить на предмет сломанных костей… может, его и с места трогать нельзя без силового корсета!

Ким сосредоточился, избавляясь от проецируемой ребёнком боли, и попытался провести простейшую диагностику. Минута… слава звёздам! Кроме перелома руки и пары трещин в рёбрах, только гематомы. Так… кажется, дитё приходит в себя. Девочка, возраст… лет десять-одиннадцать. Хотя по виду не скажешь. Слишком маленькая и худенькая…

– Эй, ты меня понимаешь? Слышишь? – Никакого ответа, ребёнок только сжался ещё больше. – Они тебя больше не тронут.

– …шли? – тихо, на грани слышимости…

– Я их прогнал. Где ты живёшь, скажи. Я тебя отнесу. Позволишь?

– Д-да. – Голос чуть окреп, явно сказалось действие стимулятора. Да и болью ребёнок стал фонить чуть поменьше. Уже хорошо.

– Тогда держись за меня. Будешь показывать дорогу. – Ким протянул руки и осторожно подхватил девочку, одновременно укутывая её в своё пси. Так будет вернее, да и «пассажир» будет меньше страдать от боли. Все-таки боевой коктейль, пусть и рассчитанный на юные организмы, полностью погасить болевые ощущения не в состоянии.

Оглядевшись по сторонам, Дрём убедился, что рядом нет глазастых свидетелей, и двинулся вглубь переулка, повинуясь тихим указаниям обхватившей его за шею девчонки. Чумазая, одетая явно с чужого плеча… но вещи аккуратно перешиты… вручную! И нет того застарелого запаха грязи и ночлежек, что так долго снился Киму в приюте, после трущоб Нижнего Салема.

А идти пришлось далековато. Попетляв по узким переулкам, Ким миновал через трубу ливнестока уже знакомую кольцевую дорогу и, внимательно выслушав тихие объяснения девчушки, стал осторожно спускаться в овраг. Пять минут быстрого шага вдоль ручья, стремительно несущегося по каменному ложу, пересечь небольшую рощицу молодых деревьев и…

Руины… те самые, остатки прежнего Вейна. Когда-то здесь был огромный город, раскинувшийся на многие километры вдоль побережья океана, а теперь только тонны и тонны вездесущего пластобетона, раздолбанного, громоздящегося гигантскими терриконами, да кое-где виднеющиеся пеньки обрушившихся зданий. Вот только люди неохотно уходят оттуда, где жили. И здесь, в этом с виду мёртвом, давно уничтоженном городе ещё теплилась жизнь. Пусть и совсем не похожая на ту, что царила за холмом.

– Что значит, ты не знаешь? Какого харга, Мик! Ты же обещал за ней присмотреть!

– Да что у меня десять глаз, что ли?! Я на секунду отвернулся, а её уже на месте нет!

– Кхм… Извините, что вмешиваюсь в вашу беседу… это не вы девочку потеряли?

Немая пауза… и оба спорщика медленно развернулись в сторону непонятно откуда возникшего в подвале незнакомца, на руках у которого с любопытством сверкала глазами их пропажа.

– Тина… – Стройная, скорее даже худая девушка с огненными волосами, одетая в старый потёртый комбез техников, метнулась к незнакомцу, но, не дойдя всего пары шагов, застыла, будто наткнулась на стену.