Дети небес - Вернор Виндж

Они посидели еще какое-то время, греясь на солнышке и наслаждаясь игрой света на ряби Проток. Тут и вправду было тихо, спокойно, если бы даже Амди не разлегся сверху, снизу и позади Равны. Амди поднял к ней еще одну голову. Погладив его за ушами, она заметила глубокий шрам, полускрытый наросшей шерстью. Шрам тянулся от глотки почти до среднего уха. На память о Проныре, как и многое другое.

– Не переживай, – сказал Амди. – Уже все зажило. Я как новенький.

– Не буду.

Но два глаза, конечно, не восстановились. Их нельзя было заменить так же легко, как исцелить прочие раны Амди или переломы лицевых костей Равны.

В Протоках не проплыло ни лодочки, а дальше на север расплескалось безбрежное солнечное сияние. Равна и Амди с легкостью могли представить себя единственными человеком и стаей в целом мире.

Поправочка.

Один из глайдеров Детей только что появился с юга. Выполнив несколько головокружительных маневров и взобравшись по воздушным потокам чуть не на полнеба, пилот заложил широкий вираж и устремился к Холму Звездолета. Обогнув его и развернувшись, он на миг завис под небесами совершенно неподвижно.

Амди показал мордой на аэролет:

– Знаешь ли, вот еще один повод обзавестись радиоплащами. Один элемент стаи куда меньше человека. Он может летать в плаще, а другие могут остаться внизу – или даже взять и себе глайдеры!

Созерцательное настроение развеялось. Равна усмехнулась:

– Я помню свое обещание, Амди, помню. Ты получишь свои радиоплащи. Щепетильник уже работает над вторым комплектом, но ты знаешь, с какими трудностями предстоит столкнуться. Проныра не был особо щепетилен, подбирая элементов для радиостаи.

– Но ведь Шкуродер воспользовался плащами без подготовки, – возразил Амди.

Это было одиннадцать лет назад, в Битве на Холме Звездолета. И с тех самых пор – Амди еще не вышел из щенячества и даже с Равной не успел встретиться… он просто помешался на радиоплащах. Ей припомнились неустанные просьбы позволить ему надеть плащи. Нынче же Амди избрал менее надоедливый подход:

– Мы поймем как. Ты подожди, Равна, с радиоплащами мы будем как боги!

– Гм.

Основная проблема Амди состояла в ограниченном опыте общения с настоящими богами.

Амди что-то забормотал себе под носы.

– А если мы этого не сделаем, то Магнат – наверняка. Радиостая – его ближайший советник, не считая Йоханны.

– Эй! Йоханна ведь на нашей стороне.

– Советник, друг, какая разница? Если хочешь, скорректирую: радиостая – ближайший его советник среди народа Когтей. Она даже оптимистичней моего настроена к радиоплащам. Радио полагает, что при должной селекции десятка, а то и дюжина удержит слитное мышление.

Дюжина. Совсем как на эмблеме Стаи Стай, облюбованной Магнатом.

– Амди, здесь, Внизу, на путях интеллекта есть и другие препоны. Тебе не суждено зайти дальше гениев-людей, если только не поднимешься к Трансценденции.

– А, ну да. Но радиостаи наверняка добьются поистине впечатляющих результатов. Радио уже очень умен. Он восстановил свою восьмерку. Ты знаешь, какую замену он нашел для Ута?

Вопрос был задан искоса, исподтишка, словно бы стесняясь.

– Ритль? – догадалась Равна. – Это она теперь носит плащ Ута? Ей это удалось?

Амди кивнул и закачал головами, невесело усмехаясь.

– Но ведь это прекрасно! То есть Ритль доставляла тебе одни проблемы, Амди. Ты пойми, она впала в отчаяние. Она не хотела тебе навредить.

– Еще чего! Она пыталась меня разъять, я так перепугался… Но да, она впала в отчаяние. Часть меня все еще тоскует по ней, но в целом я доволен, что ее больше нет рядом. И она стала для Радио, так сказать, краеугольным камнем. Она сделала его умнее, самовыразила. Я говорил с радиостаей, когда они сюда прилетали. Ну а что Ритль не со мной… так Радио классный чувак. История Ритль и Радио могла бы лечь в основу прекрасного стаелюбовного романа… если бы я писал любовные романы, чего я, разумеется, не собираюсь делать.

Равна внимательно разглядывала стаю. Неужели он ходит сюда восстанавливать душевное равновесие?

– А как твои личные проблемы, Амди?

– Я достиг… успехов. Когда я был сплошь щенком, я стал слишком похож на человека. И как только вы, двуногие, живете, зная, что вам суждено умереть полной смертью? У нас, стай, своя версия смерти, и она сама по себе прескверная. – Амди потупил большинство голов и мгновение помолчал. – Ритль дала мне понять, что я не смогу остаться собой навеки. – Он снова посмотрел на Равну. – И Проныра тоже преподал мне ценный урок. Проныра научил меня, что порой смерть – самая легкая из проблем. Обмануть его оказалось не особенно трудно. Труднее было не струсить, а продолжать действия по намеченному плану, когда он… стал выдирать мне глаза. Вот это было труднее всего в моей жизни. Я и представить не мог…

Он говорил тихо, мягко, грустно. Равна заметила, что каждый его элемент на нее смотрит. Словно бы стая до этого пряталась за невидимой завесой, а теперь решительно отдернула ее. Амди спустился в ад и вышел обратно живым. С кем угодно такое может случиться, если ему сперва очень не повезет, а потом, напротив, неслыханно посчастливится. Но Амди загодя распланировал свое возвращение! За те ужасные дни в плену у Проныры ребенок, каким Амди прежде был, возмужал и превратился в существо неожиданной глубины души, но при этом весьма немногословное.

Равна кивнула и потрепала его по головам:

– И чем ты займешься теперь, Амдиранифани?

Амди отвернулся – миг его откровенности миновал. Смущенно поежившись, он сказал наконец:

– Нам с тобой и Джефом было хорошо вместе. Так?

«Хорошо, Амди». Она ответила, подделываясь под его тон:

– Хочешь сказать – в те редкие минуты, когда не надо было бежать, спасая свои жизни, а нам с Джефри притворяться врагами?

– Да. Я никогда не стану твоим врагом. А Джефри… ты ведь понимаешь, что Джефри в тебя влюблен?

– Вы оба меня любили, когда были совсем щенками, Амди.

– Сейчас, Равна. Сейчас.

«Этого я и боялась». Теперь настал ее черед обескураженно уставиться в землю.

– Амди, я…

Амди прижался к ней, осторожно провел по щеке лапой ближайшего элемента.

– Ш-ш, – прошептал он. – Кто-то идет.

Равна, естественно, ничего не услышала. На склоне холма под ними никого не было видно. Даже глайдерист куда-то улетел, оставив небо птицам и низкому солнцу. Она снова потрепала Амди по холке, ободряя его, и откинулась на валун.

Но нет, кто-то действительно поднимался на холм с юга, так что они его не замечали. Ботинки скрипели по мху, шаги были человеческие. Новый посетитель явился один.