Метро 2033. Нити Ариадны - Станислав Богомолов

– Еще раз лопухнешься – кишки выпущу, – пообещал Бах. – Ты уже понял, чем может грозить любой косяк? Испугался мутов? Попрощался с жизнью? Все это цветочки по сравнению со мной. Запомни, щегол…

Мужчина развернулся и нарочито спокойно направился к видневшемуся в стороне человеку, жестом приказав идти следом.

– Псих… – пробурчал Василий, поднимаясь на ноги и отряхиваясь от снега.

– Ничего-ничего. Вернемся домой, разговор с ним по душам будет, – пообещал я спине командира.

Странноват его поступок, мягко говоря… Да, парень ошибся. Но точно так же могло случиться и со мной. А то и с самим Бахом. Что бы он делал в таком случае, пустил бы себе пулю в лоб? Вряд ли. Похоже, мужик просто пар выпускал. Вон, шагает сейчас, как киборг, и пофиг ему на все. Ладно, потом разберемся с этим ненормальным.

Незнакомец явно был не робкого десятка – людей не испугался совершенно, вел себя спокойно. Карабин, правда, на нас нацелил, но, скорее, для порядка.

– Доброй ночи! – сказал я, вспомнив о своей роли парламентера.

– Здравствуйте, – последовал ответ. – Что-то позднее время вы выбрали для прогулок. Откуда же вы будете?

– Вот оттуда, – встрял Вася, показав рукой в сторону искореженного контейнера. – Ай! – затылок юноши загудел от влепленного мной подзатыльника.

– С Митина мы, – невозмутимо произнес я. – Про Митинское Содружество слышали, наверное? Оттуда идем.

– Не только слышал, но и бывал, – хмыкнул незнакомец. – Меня зовут Александр Зурко, может, слышали?

Елки-палки. И как я сам не догадался? У этого парня рост – два метра с лишним, как и у того, который приходил год назад. Да еще и карабин, СКС-45, если не тот самый, но такой же… Всему виной противогаз, скрывавший лицо парня.

– Ну так что, соседушки? – осведомился Александр. – Соль закончилась или ключи от гермы забыли? Ну, не стесняйтесь. Воды в рот набрали, что ли?

В его голосе не слышалось ни издевок ни насмешек, одно лишь добродушие. Значит, действительно не враг…

– Александр, извините, что не узнали. Богатым будете, да-с… А вообще, сейчас не место и не время болтать, – сказал я и недвусмысленно пнул ногой одну из мертвых лже-собак. – Нашумели мы тут знатно.

– О, Отродий не бойтесь. В ближайшее время они не выйдут. Мы пока что в безопасности.

– Мы же шумим здесь, как бабки на базаре, – вмешался Бах. – Еще и этот взрыв. Это ты устроил?

– Я, – ответил Александр с неприкрытой гордостью в голосе. – Сделал бомбочку небольшую. Ну, несколько снарядов промышленной взрывчатки упаковал в контейнер, насыпал еще болтов и гаек всяких, замотал скотчем да подложил. Вышло великолепно просто! Три десятка трупов. Личный рекорд…

– Этот грохот привлечет сюда еще сотню! – воскликнул я. – Быстрее в подземку, там договорим.

– Да успокойтесь вы! – Зурко демонстративно переложил оружие на плечо. – Я обо всем позаботился. Видите?

Освободившаяся рука Строгинца показала куда-то на землю. Присмотревшись, мы увидели небольшую стальную коробочку, в которой стояло несколько зажженных свечей. Такие раньше использовали в христианских храмах.

– Отродья запах зажженного пчелиного воска напрочь не переносят, – ответил Строгинец на наши вопросительные взгляды. – Пока свечки горят, эти твари носа наружу не высунут. Благо, нюх у них, как и слух, шикарный. Адские создания, иначе не скажешь…

Вот оно, значит, как! Интересно-интересно. А ведь Строгинец хотя бы отчасти не врет, раз ни одного живого мута рядом нет.

– Все равно, говорить по делу стоит только в метро, – произнес я. – И лучше не медлить. Свечки свечками, но мы не поэтому спешим.

– Я тут вообще-то еще не закончил. Хотя… Ладно, пошли, – Александр нагнулся и, подняв с земли одну из свечей, поманил нас за собой.

Пока мы шли, Бах беспрестанно крутил головой по сторонам, будто высматривая кого-то. Оружие держал наготове. Я тоже был удивлен, поэтому не удержался от новых вопросов проводнику:

– Слушай, так ты один здесь, что ли?

– А вы думали, я буду кого-то еще подбивать на это дело? – ответил Зурко. – Нет уж, сам прекрасно справляюсь.

– Не верится, что тебя никто не прикрывает.

– Ну так оглянитесь повнимательнее, – хмыкнул Александр. – Где здесь можно спрятаться?

И действительно, достойных укрытий и вправду нет. Везде как на ладони. Разве что те же строительные контейнеры. Но это, скорее, ловушка, нежели укрытие…

– Дело в том, что у меня с Отродьями личные счеты, – произнес Строгинец. – Других они не касаются. Поэтому я порой, гм… охочусь здесь. Заодно изучаю повадки и, по возможности, особенности.

– Особенности? – переспросил я.

– Ну, например, я узнал, путем несложных экспериментов, что они к боли вообще нечувствительны. Наверное, у них и болевых рецепторов нету. Поэтому эти монстры безбашенные совсем, несутся к добыче напролом, и им все равно, есть ли у нее клыки, когти или еще какое-нибудь оружие, насколько она опасна… Инстинкт самосохранения на нуле! Но вообще Отродья – умные и хитрые твари. Специальные ловушки устраивают, повсюду разбрасывают предметы, издающие шум и звон. Кости съеденных жертв, например, уже сильно лежалые. Они хрустят так, что бестии сразу слышат…

– Так вот оно что! – воскликнул Василий. – Это я в ловушку угодил! А я-то думал, что это за дрянь…

– Верно. Тут-то вы и попались. Но больше всего они почему-то реагируют на «белый шум». Несутся на него как пчелы на мед. Я их так к бомбе и приманил – старый приемник притащил, положил рядом с бомбой и включил. Сразу же вас бросили и прибежали.

– Пчелы… Мед. Белый шум. Почему белый? – донеслось до меня бормотание Петрова.

Похоже, юноша пробовал на вкус новые для него слова. Я горько улыбнулся. Малыш, ты даже не представляешь, сколько знаний мы потеряли и сколько из этого придется открывать заново. Если будет, кому…

– Со свечой тоже на практике допер? – спросил я.

– В точку. Один раз меня Отродья загнали в ловушку, на крышу трансформаторной подстанции. Патроны закончились. Помирать приготовился, а свечка в кармане завалялась. Решил зажечь, просто так. Смотрю, а эти твари разбегаются, будто ошпаренные… Сначала не понял, в чем дело, но уж потом ноги в руки, и домой. С тех пор всегда свечи с собой ношу. Оп, вот мы и пришли.

Перед людьми находилось запорошенное снегом серое здание с распахнутыми настежь створчатыми дверьми. Табличка с надписью над дверным проемом гласила нечто невразумительное: «…оск…о…и… м…тро…ен ст…а…и… Мя…и…ни…о».

– А теперь предупреждаю, – шутливо-веселый тон Александра исчез без следа. – Станция Мякинино обитаема. Там живет монстр, умеющий запудривать мозги. Видения всякие насылает, глюки завлекающие. Тот, кто попался, сам идет к этому чудищу в пасть. Правда, оно двигаться не может, совсем. И зона его влияния – не вся станция, а только часть. В общем, мной там специально обозначены границы, за которые ни шагу ступать нельзя. Поняли?