Мир-тень - Игорь Шенгальц

«Должностная записка. Тема: снижение боевого духа среди рядового состава»…

Бред! С какой стати Алиев носит с собой всю эту ерунду? А вот уже интереснее. Копии приказов по фронту. Выдвинуть войска… занять позиции по таким-то координатам… подготовить боевую технику…

Так, совсем интересно – мандат, дающий право на любые действия и подписанный первыми лицами как Франции, так и Англии. Прямо-таки знаменитый приказ Ришелье, выданный миледи: «То, что сделал предъявитель сего, сделано по моему приказу и для блага государства…» По крайней мере, смысл именно такой. Алиев при желании мог отдать приказ о начале или остановке наступления, расстреле любого генерала, да, черт побери, он мог чуть ли не завершить войну! Полномочия безмерны! И конечно, приказ ко всем – оказывать всяческое содействие… любыми доступными средствами…

Следующие двадцать – тридцать страниц оказались нечитаемыми и покрытыми странными каракулями, с виду осмысленными, разбитыми на абзацы, но незнакомого мне начертания. Шифровка, как пить дать!

Я листал бумаги и понимал, что ничего у нас нет. Все эти отчеты, заметки, записки, справки – такого добра полно в любой военной канцелярии. Приказы выглядели интереснее, но были практически идентичны тем, которые мы забрали у мертвых французов, а зашифрованные листы, если и представляли ценность, то без правильного кода оставались для нас абсолютно бесполезными.

Только вот личность самого мнимого француза – обладателя замечательного мандата – представляла крайний интерес. Захватив в плен такую важную птицу, мы гарантированно получили бы по ордену от начальства. Вот только местные ордена меня совершенно не интересовали!

Алиев, с видимым удовольствием наблюдавший за моими мучениями, наконец поинтересовался:

– Товарищ, может, я могу вам помочь?

– Конечно, если расшифруете эти записи!

– О! – Капитан заулыбался. – Там нет ничего интересного ни для вас, ни для вашего начальства. Это личное. Дневник, так сказать, заметки на память…

– Что в бумагах? – спросил Влад.

– Пустышка по большей части: несколько приказов командующим полками, несколько зашифрованных страниц. Их я прочесть не могу. И особый мандат, дающий право на любые действия!

– Любопытно!..

Лурье устроился напротив Алиева, заглянул ему в глаза и неспешно начал:

– Очень хорошо, что вы говорите по-русски. Это облегчит наше с вами общение. Начнем?

– Извольте, – кивнул капитан.

– Ваше имя?

– Капитан Греве.

– Разве вас зовут не Алиев? – встрял я.

– Ах, вот в чем дело, – улыбнулся Греве. – Вы знакомы с моим коллегой? Тогда все понятно. Я зафиксировал скачок поля при переброске вашей группы. Необычный формат, как я понимаю: сразу несколько связанных между собой человек! И как я вижу, вы и тут оказались вместе? Как долго вы здесь? Второй день? Все правильно. Вы один помните или товарищи тоже? Нет, вижу, что один. Теперь мне все ясно!

Значит, Алиев и капитан Греве – разные люди? Не может быть! Ведь выглядят они как близнецы. Вот только манера говорить слегка отличается. Кто же они такие? Биороботы? Дубли? Клоны? А ведь был еще голем, работавший охранником…

– О чем он говорит? – Влад начал терять терпение.

– Что тебе ясно? – спросил я Греве, проигнорировав Влада. – Как нам вернуться домой?

– Это будет затруднительно. – Греве больше не улыбался. – Крайне затруднительно…

– Так, Максимов, нам нужно объясниться!

– Давай позже?

– Хорошо, лейтенант… – По взгляду Влада я понял, что нам предстоит серьезный разговор. – Итак, Греве. Продолжим?

– Обязательно! Но сначала позвольте папиросу? Это поможет мне сконцентрироваться. На столе пачка, зажигалка там же.

Я все еще листал бумаги капитана и добрался до последней страницы. Ничего из того, что заинтересовало бы Ставригу. Ведь, по словам Влада, он прекрасно знает о наступлении. В бумагах он не найдет ничего для себя нового. Только уже знакомые карты и приказы! Тем не менее их нужно доставить по назначению…

Влад вытащил из пачки папиросу. Греве протянул вперед связанные руки и принял папиросу, сунув ее себе в рот. Влад взял со столика массивную позолоченную зажигалку, щелкнул, но огонь не появлялся.

– Она такая непослушная, – покачал головой капитан. – Позвольте мне!

Лурье протянул ему зажигалку, и тут я наконец опомнился. Не знаю, почему я не среагировал сразу на просьбу Греве. Может, просто отвлекся.

Пальцы французского капитана уже почти коснулись металла, когда я, понимая, что даже крик запоздает, метнул в лицо пленнику стопку бумаг, которые все еще держал в руках, а сам прыгнул на него, сбивая вместе с креслом на пол и – главное – выбивая зажигалку из его рук.

Она отлетела в сторону, пару раз звякнув по полу. Греве, на которого я упал сверху, только захрипел.

Сильные руки Влада подняли меня на ноги. Он уставился на меня сверкающим взглядом и, через силу выдавливая слова, яростно прошептал:

– Лейтенант, извольте объясниться немедленно!

– Зажигалка – это оружие!

– Откуда информация?

– Я знаю… лично сталкивался!

– Он знаком с французом, – неожиданно вмешался Чиж, до этого скромно стоявший в дверях и не принимавший в потасовке ни малейшего участия. – Только отношения у них не приятельские…

– Вот даже как? – Невыносимо тяжелый взгляд. Сразу захотелось стать по стойке «смирно» и выложить все с самого начала. Но я понимал, что сейчас для этого не время и не место. Значит, опять придется врать, но дозированно, выдавая часть правды, иначе Влад мне просто не поверит…

– Мы с ним не знакомы, но с его коллегами у меня давние счеты. Позвольте, я после обо всем расскажу? И о подобном оружии я слышал. Военные разработки для внедренных агентов. Зажигалка бы выстрелила или еще каким-то способом навредила нам. Товарищ капитан, спросите у него сами!

Греве уже успел прийти в себя и с интересом прислушивался к нашему разговору.

– Да, – негромко произнес он в воздух, ни к кому не обращаясь конкретно, – я был прав, расстановку сил пора менять кардинальным образом! Вас, русских, лучше держать в узде…

– Что вы имеете в виду? – резко развернулся к нему Влад.

Но француз, или кто он там на самом деле, уже вновь замолчал.

– В любом случае, – добавил я, – это тот, кто нам нужен. Берем его и доставляем к полковнику.

А в дороге мы с тобой еще пообщаемся, будь уверен, Алиев-Греве!..

– Согласен, – решил Лурье. – Разговоры после. Ты молодец, лейтенант. Я бы подумал, что мы взяли пустышку, и пристрелил бы его прямо тут. А это что за коробка?

– Прибор какой-то. – Я вытащил из портфеля металлический параллелепипед с несколькими выступами на торцах, похожими на кнопки. Поэтому я и решил, что передо мной прибор, из-за кнопок, хотя он и не был похож ни на что, мне известное. Я нажал на одну – она мягко поддалась внутрь, но ничего не произошло.