Да здравствует Император - Роман Гончий

её взгляде Император заметил гнев, который достаточно редко завладевает ей, даже когда ситуация требует этого. Воительница без слов попыталась завести двигатели, чтобы чем-то занять себя и отвлечься от дикого похмелья. Но интерфейс был отключён, как и само ядро судна. Тогда Сирена повернулась к старому другу и положила ему свои длинные ножки на колени, затем улыбнувшись, жестами попросила сделать ей массаж стоп, который раньше дико заводил её и Императора. Рамону понравилась данная затея и с улыбкой на лице, он приступил к так называемой ранее прелюдии. Медленно сняв с подруги длинные магнитные сапожки и убрав их в сторону, гигант по мышечной памяти прошёлся рукой по всей длинной ножке, акцентируя особое внимание на бёдрах. Но заметив слишком довольную улыбку со сторону, резко переместил руки на стопы, которые желали, чтобы ими занялись. Император начал лёгких массаж с пальцев, не торопясь переходя к подошве и миниатюрным пятам, которое достаточно часто использовались не по своему предназначению, в те времена, когда флирт и игры слов были заменены обычным сексом. Который был достаточно горяч и не предсказуем. Сирена в первую очередь человек искусства, поэтому всегда желала что-то нового в ощущениях и действиях, чему Рамон был только рад и не ограничивал свою и её фантазии.

Через десять минут Сирена полностью расслабилась и казалась, будто она вернулась в свои лучшие времена. Рамон тоже не скрывал своего удовольствия от процесса, которым раньше он мог заниматься часами, но каждая минута промедления волновала его. Закончив с массажем, он аккуратно одел сапожки своей подруге и разрешил дальше использовать его колени, как подставку для своего удобного положения. Сирена со вздохом огорчения посмотрела на своего Императора и ещё раз проверила интерфейс, который был уже активен, но не само ядро.

(Сирена) — Я хорошо тебя обучила. Раньше твоими руками можно было только сваи заколачивать. А про язык и другое место я вообще молчу. Признай, это я сделала из тебя мужчинку.

(Император) — Горько признавать, но это так. Но мне не стыдно за наши первые шаги. Я всё время был занят сопротивлением, да империумом, который только зародился. Я трахался морально до такой степени, что до физической близости мне не было дела.

(Сирена) — Я не упрекаю тебя. Ты был плох, но обучаем — это главное. Спасибо, что помог расслабиться. Как же меня бесит этот Левис. Я знаю, что он твой старейший друг, но ублюдок тот ещё. Я минут десять не могла засунуть его в это хреновину. Он назвал меня твоей личной собачкой, вернее сучкой и попытался пару раз пырнуть прихваченным скальпелем. Что с ним не так?

(Император) — Прости его. Он ненавидит замкнутые пространства, а сидеть в капсуле для него — это настоящий ад. Он даже в лифт заходит с опаской. Если не покурит, то пойдёт по лестнице, не смотря на этаж. Это со времён войны. Он как-то пропал с отрядом во время локальной войны. Я нашёл его через пару дней, под горой трупов. Он спрятался там, чтобы выжить. С тех пор он боится находиться в небольших помещениях и больших скоплениях людей. Они напоминают ему ужасы войны.

(Сирена) — Ох. Я не знала.

(Император) — Роб повидал столько-же дерьма, сколько и я. Но мне было уже не привыкать, а он адаптировался слишком поздно. Тебе повезло, что ты не застала те ужасы. Они сломали многих. Роб не исключение.

Однако диалог Императора и его ближайшей подруги был прерван внезапно открывшимися дверьми лифта. Из них вышел Че Агре с несколькими своими дронами, которые сопровождают его повсюду. Ученый не отрываясь от заполнения журнала, подошёл к своему повелителю, чтобы сообщить ему несколько новостей полученных от ближайшего союзного поста. Они были весьма важны и требовали необходимого вмешательства Императора в их решении.

(Моомон) — Нужно немедленно возвращаться на Землю. Со мной связался один из наших разведчиков с ближайшего мира. В империум наведались гости из далёких звёзд, которыми в данный момент занят господин Аизик.

(Император) — Кто именно?

(Моомон) — Неизвестно. Но уровень их технологического развития, судя по присланным данным выше, чем тот, которым располагает Земля, в данный момент. Они хотят заключить союз, но лишь в присутствии вас.

Император немного подумав, связался с Электрисити и попросил активировать все системы, что-бы немедленно поднять судно в воздух. Через минуту судно было уже на орбите. Сирена, убрав ноги со своего повелителя, полностью сосредоточилась на пилотировании и направилась в сторону дома, чтобы, как можно скорее вернуться в родные стены. Ей и Императору были известны манеры общения Дориана, которые с лёгкостью могут вывести из себя совершенно любого здравомыслящего существа с нотками рациональности. Император попытался связаться с родными стенами, однако Земля находилась слишком далеко и единственное, что он смог сделать, передать через союзные посты простое сообщение, для своего мальчика.

"Дориан задержи их на сколько сможешь. Мы находимся в пути, но полёт займёт значительное время. Держи Джерси подальше от столь неожиданных гостей, его пасть уже не раз развязывала войны. И самое главное мой мальчик — держи себя в руках. Ты хорошо разобрался с Кайлосом, но помня твои старые договорённости, которые в частности кончались жестокой расправой над оппонентами. Просто поддакивай и если они не захотят остаться, не удерживай их. Очередной конфликт мне ни к чему."

В это время в империуме.

Дориан после чудесных часов, проведённых во дворце отца, наедине с юной принцессой, решил в одиночку пройтись по улицам родного империума. Юная невинная кровь, которая одна из немногих видела в своём собеседнике человека, заставила вспомнить сорвиголову времена, когда окружающие люди радовались его присутствию, а не обходили стороной. Когда стены и общество не казались очередной тюрьмой, которая медленно губила его рассудок и тело, в равной степени со все возможными наркотиками. В первые за многие годы, Дориан чувствовал себя равным, находясь под взглядом ужаса случайных прохожих. Люди, зверяне, иноземные расы — все старались держаться подальше от ходячего прислужника смерти, который спокойно шёл среди них, полностью концентрируясь на своём ноже бабочке, который разрезал воздух и наносил душевные раны тем, кто созерцал его умение владения столь обыденным предметом быта.

Наследник прошёл несколько кварталов, внимательно рассматривая наступившие изменения, в периоды его отсутствия на Земле и отхода от наркотического опьянения, в котором он находится большую часть времени своего существования. Внимание сорвиголовы сразу привлекло достаточно огромное число пешеходов, которые спокойно разделяли присутствие иных рядом с собой. В ещё не такие давние времена, расы относились к друг-другу по разному, в частности