Вечная жизнь Смерти - Лю Цысинь

Ифань глубоко вздохнул:

– Не думаю, что есть смысл идти дальше. До конца все равно не дойдем. – Он указал вверх, затем вниз. – Спорю, что если бы земля и небо не перекрывали обзор, мы увидели бы то же самое и над головой, и под ногами.

– Ты знаешь, что это такое?

– Ты знакома с работами Чарльза Мизнера?[71]

– Кто это?

– Физик из Общей Эры. Один из первых, кто придумал эту модель. По сути, мы находимся в очень простом мире. Это куб со стороной около километра. Представь себе комнату с четырьмя стенами, полом и потолком. Но комната создана так, что потолок – это и пол, а каждая стена совпадает с противоположной. На деле у нее только две стены. Как только пройдешь через одну, немедленно оказываешься у другой. То же самое с полом и потолком. Это полностью замкнутый мир, в котором конец одновременно служит началом. То, что мы видим, – это свет, проносящийся от одного края до другого и возвращающийся к начальной точке. Мы находимся в том же мире, в который вошли, потому что только он один и существует. Каждая из окружающих нас копий – это просто вид на наш мир.

– Значит, это…

– Да! – Ифань обвел рукой все вокруг. – Юнь Тяньмин однажды подарил тебе звезду, а теперь он дал тебе вселенную. Чэн Синь, это целая вселенная! Пускай она маленькая, но зато полновесная, самая настоящая!

Чэн Синь смотрела вокруг и не находила слов. Ифань спокойно присел на холмик в поле, подхватил горсть чернозема и медленно просеивал его сквозь пальцы. Похоже, его что-то угнетало.

– Он настоящий мужчина; подарил своей любимой сначала звезду, потом вселенную. А у меня для тебя ничего нет.

Чэн Синь села рядом и прислонилась к его плечу. Рассмеялась и сказала:

– Ты единственный мужчина в целой вселенной. Не думаю, что тебе нужно что-нибудь мне дарить.

Их раздумья об одиночестве в этой вселенной вскоре прервал звук открывающейся двери. Из домика вышла фигура в белом и двинулась в их направлении. Этот мир настолько мал, что можно различить кого угодно на любом удалении. Путешественники увидели, что к ним приближается женщина в кимоно. Ее одежда, украшенная маленькими красными цветами, казалась шествующим кустом роз; по вселенной пронеслось дуновение весны.

– Томоко! – вскрикнула Чэн Синь.

– Я ее знаю, – сказал Ифань. – Это робот, которым управляют софоны.

Они двинулись ей навстречу и сошлись под одним из деревьев. Чэн Синь убедилась, что это действительно Томоко, – невероятная красавица ничуть не изменилась.

Томоко низко поклонилась Чэн Синь и Гуань Ифаню. Выпрямившись, она посмотрела на Чэн Синь и улыбнулась.

– Я тогда сказала, что Вселенная велика, но жизнь еще больше. Судьба и в самом деле опять свела нас.

– Уму непостижимо, – ответила Чэн Синь. – Я действительно рада тебя видеть. Очень рада! – Томоко напомнила ей о событиях, случившихся восемнадцать миллионов лет назад. Впрочем, это не совсем так – сейчас они находились в совершенно другом потоке времени.

Томоко снова поклонилась:

– Добро пожаловать во Вселенную № 647. Я ее управляющий.

– Управляющий вселенной? – Ифань ошеломленно смотрел на Томоко. – Вот это должность так должность! Для меня как для космолога…

– Нет, нет, – рассмеялась Томоко, отметая его предположения. – Настоящие хозяева Вселенной № 647 – это вы, делайте здесь, что хотите. Я лишь служу вам.

Томоко жестом пригласила их в дом. Они вошли в изысканную гостиную, оформленную в восточном стиле, с несколькими умиротворяющими картинами и каллиграфическими свитками на стенах. Чэн Синь оглянулась, надеясь найти артефакты, которые она привезла с Плутона на «Ореоле», но их здесь не было.

Все сели за старинный деревянный стол, и Томоко разлила чай – на этот раз обошлись без сложных ритуалов чайной церемонии. Чай, похоже, был сорта «Лунцзин»; чаинки собрались на дне чашек, словно миниатюрный зеленый лес, и источали аромат свежести.

Чэн Синь и Гуань Ифаню все происходящее казалось сном.

Томоко заговорила:

– Эта вселенная – подарок. Господин Юнь Тяньмин подарил ее вам обоим.

– Я полагаю, он предназначал ее для Чэн Синь, – ответил Ифань.

– Нет. Вы тоже один из получателей подарка. Ваш доступ был добавлен в систему распознавания позже; иначе вас бы сюда не впустили. Господин Юнь надеялся, что вы укроетесь в этой крохотной вселенной и переживете коллапс Великой Вселенной – то, что называют «Большим сжатием». А после очередного «Большого взрыва» выйдете в новую Вселенную, в ее эпоху Эдема. Сейчас мы находимся в независимом временном потоке. В Великой Вселенной время летит быстро, и вы несомненно проживете достаточно, чтобы увидеть ее финал. Если точнее, по моим оценкам, Великая Вселенная схлопнется в сингулярность где-то через десять лет по нашим часам.

– Если произойдет новый «Большой взрыв», как мы об этом узнаем? – спросил Ифань.

– Мы узнаем. Мы чувствуем через супермембрану, что́ происходит в Великой Вселенной.

Слова Томоко напомнили Чэн Синь о послании, которое Юнь Тяньмин и 艾 АА вырезали на каменном склоне. Но Гуань Ифань подумал о другом. Он заметил, что Томоко упомянула «эпоху Эдема» новой вселенной. Этот термин ввело в употребление человечество Галактики. Получаются два варианта. Первый: трисоляриане совершенно случайно тоже выбрали это название. Второй, более страшный: Трисолярис обнаружил поселения человека в Галактике. С учетом того, как быстро Юнь Тяньмин смог добраться до Голубой планеты, очевидно, что Первый Трисолярианский флот должен быть где-то недалеко от человеческих миров. А теперь цивилизация Трисоляриса развилась до того, что умеет создавать небольшие вселенные… Угроза! Страшная угроза для человечества!

А затем он рассмеялся.

– Над чем ты смеешься? – спросила Чэн Синь.

– Над собой.

До чего же он смешон! С того дня, когда он взлетел с Мира II и направился к Голубой планете, прошло уж больше восемнадцати миллионов лет. И все это случилось прежде, чем они ступили в эту вселенную, у которой свой ход времени. В Великой Вселенной прошли сотни миллионов лет! Он беспокоится о событиях невероятной древности.

– Ты встречалась с Юнь Тяньмином? – спросила Чэн Синь.

– Нет, никогда, – покачала головой Томоко.

– Видела 艾 АА?

– В последний раз это было на Земле.

– Как же тогда ты оказалась здесь?

– Вселенная № 647 была сделана на заказ. Я нахожусь в ней с момента ее создания. Не забывай, я по сути всего лишь программа, можно сделать сколько угодно моих копий.